Восхождение Примарха 5 (СИ)

«Друг, — сказал на это Магнус, — надо же понимать, что ты уже немного стал материален. И будешь становиться всё более настоящим раз за разом. Поэтому аккуратнее, пожалуйста. А то, знаешь ли, несоблюдение техники безопасности ведёт не только к гибели людей, но и к их непосредственному рождению».
Я не понял последний пассаж, а вот Архос явственно покраснел. Ага, значит, Магнус попал, куда надо.
«Что ты подразумеваешь под интерфейсом? — поинтересовался мой учитель, предпочтя перевести тему. — Сделать ментальную панель управления магией?»
«Ага, — кивнул пришлый маг. — Как на телефоне есть значки приложений, так и ему сделать. Иначе мы реально лет десять будем только в этой куче магий ковыряться».
«А это идея, — согласился Архос. — Странно, как я раньше до этого не догадался?»
— Что требуется от меня? — спросил я, представляя в воображении телефон, вместо значков приложений на котором обозначения различных магических сил.
— О! — сказал Магнус воодушевлённо. — Продолжай представлять. Сейчас это самое важное твоё дело. Каким представишь, таким и будет.
Экран моего воображаемого смартфона покрылся множеством значков, рун и пиктограмм. Некоторые в одиночку занимали массу места, другие оказались совсем компактные, а третьи и вовсе собирались по несколько штук в специальные папки.
И так заполнялась страница за страницей, страница за страницей.
— Сколько же видов магии существует? — спросил я, постепенно раскрывая глаза от удивления всё шире и шире.
— На самом деле, магия есть магия, — ответил мне Магнус древней как мир мыслью. — Всё это лишь разные точки применения одной и той же силы. Тот же эфир даёт хорошее понимание данного факта. Я бы сравнил виды магии с различными инструментами. Под разные задачи они свои, хотя все служат одной цели. Но, согласись, глупо будет откручивать гайку на двенадцать крестовой отвёрткой, так?
Я кивнул. И хоть понимал, что сравнение с инструментами всё-таки не совсем корректное, но всё же очень доступное.
— И чем дальше движется человечество, тем задач становится больше, их решение сложнее, а значит, и увеличивается количество применяемых инструментов. Это так, в двух словах.
— Понятно, — ответил я, хотя сомневался, что сейчас с разбегу разберусь сразу во всём. — Начнём?
— Давай приступим, — сказал Магнус. — Так вот этот значок бетмена, — он ткнул в изображение, больше похоже на летучую мышь с клыками. — Это вампиризм. Ты им уже пользовался с подачи Архоса. Хотя, конечно, используется он обычно, чтобы ослабить слишком сильного соперника и выпить часть его энергии. А ты, по сути, на основании уже готовой магии создал новое применение. Так появился ещё один инструмент.
— Теперь понимаю, почему это займёт двести лет, — улыбнулся я, разглядывая при этом свой магический смартфон, который я для разнообразия решил называть планшетом.
— Тогда дальше, — маг согласился с тем, что слишком задержался на одном. — Давай пройдёмся по известным тебе. Ну вот эти четыре — ты должен знать, как свои пять пальцев. Да не смейся! Это, соответственно, земля, вода, огонь и воздух, — он указал на разнонаправленные волны. — Это похожее на излучение из головы — эмпатия, в голову — ментальная магия.
— А вот это со значком официанта что? — поинтересовался я, и вдруг до меня дошло. — Иллюзия?
— Совершенно верно, — кивнул Магнус. — И значок стал таким, потому что именно личину официанта ты принял, когда впервые воспользовался этой магией. Впрочем, ты всё можешь поменять по своему вкусу.
— Хорошо, что я в первый раз не решил принять вид чего-то неприличного, — хмыкнул я. — А то бы сейчас…
В этот момент в дверь постучали.
— Никита, ты тут? — раздался голос Беллы. — Я войду?
— Да, — отозвался я, отвечая на первый вопрос, а сам без задней мысли залюбовался значком, изображающим паука с крыльями, то есть самого настоящего аэраха.
— А то ты трубку не берёшь, — сказала на это бабушка и, судя по всему, решила, что я «дакнул» на второй её вопрос. — А то тебе там дед названивает…
 
А я уже нажал на значок, изображающий аэраха, и превратился в огромного, размером с автомобиль, чёрного паука с матовым очень красивым покрытием из гибкого и весьма прочного материала.
Белла, увидев паука, закричала и шандарахнула по мне каким-то водно-воздушным заклинанием, которое было мне, что слону дробина.
А дальше последовала непередаваемая смесь итальянского и русского сквернословия.
* * *
Первое же, что я почувствовал в новой ипостаси — жуткий дискомфорт. Всё тело ломило, конечности толком не гнулись, во рту пересохло, глаза почти не видели. Как-то не так я представлял себе могучего аэраха, способного завоёвывать миры.
«Что-то не так, — подал голос Архос. — Что-то очень сильно не так!»
«Что именно? — спросил я, понимая, что внутри меня что-то жутко начало нагреваться».
«Всё! — ответил мне ментальный учитель. — Буквально всё не так! Вырубай назад!»
Я, честно говоря, больше всего перепугался именно от тона Архоса, потому что никогда ничего подобного от него не слышал. Максимум ироничное подтрунивание и лёгкий сарказм. Иногда лёгкая озабоченность. Но паника? Паники в его голосе я не слышал никогда.
— Что с ним происходит? — я уже не понимал, спрашивает ли это Магнус вслух или в сознании, или и так, и так.
Меня начала обуревать слабость. Многочисленные лапы отказывались держать тело и подгибались. Вместе с этим наваливались тошнота и изжога. То, что нагревалось внутри, начало обжигать всё моё естество.
— Что со мной происходит? — повторил я вопрос Магнуса, но настолько тихим шёпотом, что меня просто никто не услышал. Или я решил, что меня не слышат.
Потолок над головой начал произвольное кружение против часовой стрелки.
— Я не знаю! — кричал Архос и, кажется, реальным голосом. — Его форма не соответствует той, которую должен принимать Примарх! Нет крыльев! Нет боевого режима! Нет защитного поля! Он словно воробей против орла!
— Спасибо за твои меткие сравнения, — быстро проговорил в ответ на это Магнус и хотя бы в его голосе я не слышал паники. — Но что всё это значит? Что мы должны делать?
— Я не знаю! — повторил мой ментальный наставник. Я чувствовал, что он пытается успокоиться и не может. — Крылья используются для создания прорывов в ткани миров и прохода сквозь них. Но это совершенно не объясняет, почему ему так плохо. Как и отсутствие возможности плеваться плазмой не может причинять таких катастрофических мучений.
Слова их начали уплывать, хотя затем накатывали обратно волнами. Две лапы безвольно обмякли, и я частично рухнул на пол, попутно выдавая из себя фонтан малоаппетитной жижи.
— У него внутри! Внутри что-то! — подал голос Штопор, который свою панику вообще не скрывал.
— Что? — спросил Магнус. — Что у него внутри?
— Не знаю! — чуть ли не плакал Штопор. — Кастрюлька какая-то. И она кипит, там всё ходуном ходит и пар во все стороны.
— Архос, что это? — Магнус пытался разобраться во всём, но, кажется, понимал, что его познаний не очень хватает. — Чёрт! — выругался он. — Не работает! Это целительство всегда срабатывало и на всех, а сейчас — нет! Архос!
— Не понимаю, — отозвался тот. — Штопор, что за кастрюлька?
— Да вот эта! Посередине, — мой фамильяр практически плакал.
Остальные лапы подогнулись, и я рухнул на пол, заливая всё тёмно-зелёной жижей, от которой шипело и пузырилось покрытие.
«Мне просто надо вернуться назад, — хотел сказать я, но даже мысленно был почти не способен говорить».
Но думать я ещё мог.
— Какая? — ревел Архос. — Эта? Это не кастрюлька, балда! Это эфирное сер… Магнус! У нас проблема! У нас эфирное сердце кипит!
— Никита! Никита! — Магнус сел прямо рядом со мной и пытался достучаться до моего сознания, но то уже покрывалось плотным туманом. — Никита, надо срочно обернуться обратно!
«Ваши кони тихо скачут», — сказал бы я ему, если бы смог, ведь я именно это я и пытался сделать.