Злодей для ведьмы. Дилогия

И как она смеет меня отталкивать? Испепелю к темным, все! Но почему-то вместо этого нахожу ее губы. Звездные небеса, да я не могу ею надышаться. И абсолютно не знаю, что с этим делать.
Драконья бездна, ну почему Яне обязательно надо ввязываться в какие-то жуткие истории с убийством кочевницы? А я… Я как в клетке! Бессилен! Не могу дать защиту, помочь, уберечь… И от этого хочется рычать и кидаться на стены.
И ранен мой огонек к тому же… Лечил и не осознавал, как получилось так, что я оказался перед женщиной почти на коленях. Отец если узнает, придет в ярость. Где такое видано, чтобы я склонялся перед кем-то, кроме него? Но я склонялся и готов был скользить губами по ее ногам, чтобы только услышать желанный стон своей пары.
Боги драконов! На кого я стал похож? Старался не думать о девчонке, что стояла передо мной, запереть собственные желания. Но едва заглянули братья, огнем загорелась ревность. Тоской в сердце отозвалось все, когда я понял, что Яна знает о том, как появляются дети у ведьм. Надо ей рассказать, что если в паре с ведьмой окажется дракон, умирать не придется. Я не отпущу ее за грань, отдам свою магию богам, лишь бы она жила и по-прежнему оставалась ведьмой… Без магии я сумею жить, а без Яны – нет. Моего огня обязательно хватит для нас двоих. А крыльями, когда появятся, укрою от всех бед… если смогу.
Обнимал – и понимал, что хочу от нее детей. Дочку. Такую же непоседливую и хрупкую. Впервые о таком подумал и сам удивился, как легко принял это. И ведь о том, что Яна откажется, мысли не допускаю, все уже решено. Для меня.
Завоевывать, проявлять терпение, дать необходимое. Было бы это так просто! Но когда в тренировочном зале взметнулась ведьминская сила, чуть не сошел с ума от безысходности. Не так ее берут под контроль! Она же там сгорит! Боги драконов, смилуйтесь! Я вдохнул и собрался сделать шаг. Моя боль лучше, чем ее смерть. И пусть сгорю, превращусь в пепел, лишь бы она дышала. А звать уже бесполезно. Яна становится частью своей силы, огнем… Я слышал, такое случалось раньше, если дар силен, но никогда не думал, что сам столкнусь с подобным.
Не успел. Пламя свернулось в ее руке, как котенок, бросая отблески на лицо. Жива… Справилась. А у меня от страха и ужаса почти отказал разум. Отказал настолько, что был готов испепелить весь дворец, и потом вернуться сюда, к ней. Такой удивленной и безумно прекрасной в этот момент. Опрокинуть на пол и не выпускать из своих объятий. Любить… так, чтобы разучилась думать, рисковать собой. Стирать жаркими поцелуями и властными ласками любые страхи и сомнения. Быть нежным я не смогу, слишком сильно бьется внутри драконья темная сущность, грозится вырваться и разрушить… все, что я так берегу. И кто из нас победит – моя собственная тьма или внутренняя сила – вопрос времени.
Вдох. И исчезающая в портале ийрия. И мой бессильный гнев, когда я перенесся в сад к водопаду и выпустил силу.
Все-таки прав дайне: связь с парой, чувства, которые пробуждаются в драконе, нельзя логично объяснить. Только принять. Но кто бы знал, как это невыносимо!
 
Глава седьмая
 
Яна
На кухне было тихо, только потрескивал в очаге огонь, да по-прежнему шумел за давно не мытыми окнами дождь. Я взглянула на спящих русалок, закутанных в старые одеяла, перевела взгляд на Лиса, который сидел чуть дальше девушек и рассматривал меня, как неведомую зверушку.
– Только не надо меня ругать! – тут же выпалила я, заметив его весьма красноречивый взгляд.
– И не собирался, ведьмочка. Просто переживал, что ты можешь попасть в беду.
Он зевнул, кивком указал на одеяла, сваленные неподалеку от огня.
– Устала наверняка. Давай спать ложиться. Чую, завтрашний денек будет не из легких.
Надо же! И даже не спросил ни о чем. Как-то это… неправильно! Но спорить не стала, поблагодарила за заботу и растянулась возле огня рядом с русалками.
– Лис… – все же не выдержала я через пару минут.
– Что?
– А я смогла силу подчинить… кажется.
 
– Кажется – или смогла? – тут же встрепенулся он, приподнимаясь и сверкая глазами.
Шепотом пересказала произошедшее, стараясь передать эмоции, которые испытала.
– Чудесно! Одной проблемой меньше.
«И сотнями больше», – захотелось добавить мне, но глаза закрывались сами собой, нещадно клонило в сон. Лис зевнул и повернулся на другой бок, я откинула выбившуюся из косы прядь и, прислушиваясь к треску поленьев в камине, плотнее завернулась в одеяло.
* * *
Утро началось с непонятного шума. Сначала послышалась ругань, потом по полу, гремя, покатилось что-то металлическое, затем раздался хруст и непонятный звон, будто кто-то бил тарелки. Я лениво приоткрыла один глаз, уставилась на Ринару, за неимением гребня расчесывающую светлые волосы прямо пальцами, и зевнула.
– Привет, – улыбнулась, наконец садясь и прислушиваясь к тому, что творилось в доме.
Судя по звукам – точно что-то интересное и даже не совсем приличное.
– Доброе утро, Яна, – смущенно поздоровалась Ринара, щурясь от солнечных лучей, пробивавшихся даже сквозь немытые окна.
Дождь за ночь закончился, снаружи, похоже, стояла чудесная летняя погода.
– А где Лис и Адария?
– А не слышишь?
Послышался грохот, будто рухнул шкаф с посудой, потом злобный вопль, а затем очередной хруст.
– Это они решают, кто из них пойдет на разведку, а заодно купит еды и на первое время нам всем одежду, – хихикнула девушка.
А нас с Ринарой даже в расчет не взяли. Как интересно!
– Хотя вчера сестрица была в еще большем ударе. Лис попытался ее одеялом укрыть, а она ему спросонья кулаком в глаз заехала. Оборотню пришлось перекидываться. И он решил Адарии отомстить весьма традиционным способом.
– Каким же?
Что-то я слишком мало знаю о своем фамильяре.
– Куснул сначала за ногу, а когда сестрица попыталась возмутиться, лизнул в лицо и забавно зафыркал. А когда Адария потеряла бдительность, снова укусил. И что потом было…
Я хмыкнула, представляя эту картину.
– И чем дело закончилось?
– Адария за ним гонялась по кухне, – хихикнула Ринара. – Наверное, это длилось бы долго, да только они перевернули корзину с золой и вымазались. Никогда не думала, что Адария может так красноречиво выражаться. Вайрис был бы в шоке и запер ее на месяц во дворце.
– А потом что случилось?
Русалка весело сверкнула глазами, наморщила нос.
– Сестрице пришлось вытаскивать Лиса под дождь и мыть. Тот наотрез отказывался превращаться в человека, сколько мы его ни уговаривали. Уж не знаю, что на него нашло… Но вернулись оба мокрые. Лис тут же обернулся, закутался в одеяло и безумно довольно улыбался, щурясь на огонь и делая вид, что ничего не произошло. Адария злилась и бросала на него многообещающие взгляды. Сдается, готова была даже магию использовать, если бы не боялась, что нас обнаружат.
Ринара перекинула за спину заплетенную косу, подошла к ближайшему окну, распахнула его, запуская в дом теплый летний ветерок. Он принес запахи еще покрытых росой цветов и травы.
Я вдохнула поглубже, улыбнулась и поморщилась, прислушиваясь к звукам за дверью. М-да… Надо прекращать это безобразие! Решительно поднялась, осторожненько выглянула из-за двери, фыркнула. Лис держал Адарию за талию так, что ее ноги болтались над полом. Шипя и ругаясь, русалка пыталась освободиться. Глаза у нее гневно сверкали, наливаясь немыслимой синевой, а волосы каскадом разметались по плечам. И выглядела она даже в такой нелепой ситуации до безумия прекрасно! Мне бы так…
 
– В чем дело? – поинтересовалась я, решив не выдавать Ринару, рассказавшую о поведении этой сладкой парочки вчера вечером, пока меня не было.
– Он меня в город не пускает! – пожаловалась Адария, зло глядя на Лиса.
– Тебе небезопасно там появляться!
– Я владею боевой водной магией!
– Которая пока недоступна! Вот если бы умела в руках держать меч – другой разговор.