Злодей для ведьмы. Дилогия

И никто, кроме меня, в произошедшем не виноват. Все должно было пойти не так.
– Наказывай, – тихо сказал я, покорно склоняя голову.
Я заслужил это, знаю. И быть может, боль от сделанной глупости станет глуше, свернется клубком на дне сердца.
Сила отца неожиданно меня отпустила. Он сел на чудом выживший в погроме стул, задумчиво посмотрел в мои глаза.
– Сдается, ты сам себя наказал, сын. Ты хоть понял, что она не человек?
Я нахмурился.
– Отец?
Тот вдруг усмехнулся:
– С этим будешь сам разбираться.
Да о чем он?
– И как ее искать…
Никак. Это понимали мы оба. Наш народ заперт собственной магией. И не снять эту защиту, не уничтожить, не обойти, пока боги не смилуются.
– Если бы вы не прошли обряд, у тебя был бы год, а так… пока эта проклятая линара вновь не зацветет.
– Ты о чем?
Я не понимал происходящего. Ну нашел я пару… Если полюбим друг друга, есть шанс, что наш народ станет свободен, если нет… Яна все равно будет моей. Инстинкты и желания сильнее условностей.
Но от этой мысли… что силой, когда она не хочет… внутри стало гадко и мерзко. Я ведь никогда так не поступал с женщиной, не обрекал на подобный исход. Но ведь ни одна из них не была избранной.
Темные силы! Что со всем этим делать?
– Отец, что за срок? Откуда он взялся?
– После войны боги изменили условия для создания пары.
Я глупо моргнул, так как впервые об этом слышал.
– Когда встречаешь избранницу, дается год, чтобы добиться ее взаимности.
– То есть…
Вопрос замер на губах, я не решился спросить, сколько у меня времени, а отец – ответить.
Мы встретились с ним взглядом, и холодным ледяным пламенем по позвоночнику прошлась правда. Отец молчал, но я знал, о чем он не решился сказать вслух. И только сейчас осознал последствия своего поступка. Но я унял панику, глубоко вдохнул. До цветения линары еще есть время. Я справлюсь.
– Я давно собирался с тобой поговорить об ийриях и последствиях войны для нас, но не было подходящего случая. Теперь… неподходящий нашелся. Моя вина. Не уберег, не рассказал. Все надеялся, тебя минует подобная участь.
Отец выглядел уставшим и измученным.
– Прости, сын. Садись и слушай.
Он что… Я ослышался? Впервые слышу от отца «прости». Да еще в ситуации, где виноват я.
– Садись и слушай.
Голос отца звучал ровно, когда он рассказывал об ийриях и обряде, который соединил меня с моей парой. Пусть чисто случайно, нелепо, но… я не жалел. Не мог.
Ийрия. Девчонка, чей голос я слышал тогда в степи и не узнал. Не узнал и не понял, кто она, даже когда Яна стонала в мои губы, а кровь отзывалась и кипела.
Мое пламя… Нет, не пламя. Огонек.
– …через несколько дней связь окрепнет, если твоя ийрия от нее не откажется.
Я стиснул зубы.
– К счастью, этого не случится. Она не знает, во что ввязалась. И на твоем месте…
Зацелую. Разрисую ласками все ее тело.
– …обряд всегда срабатывает по-разному.
Значит, есть шанс, что кто-то из нас будет друг к другу перемещаться. Сначала – редко, а потом, когда связь станет сильнее… Но на это нужно время. Придется снова делать невозможное – просить у отца один из двух древних артефактов. Иначе Яна сможет перемещаться только тогда, когда ей станет грозить опасность. А мне из Раганрата совсем не вырваться… Разве что… когда связь окрепнет и мы станем ближе.
Отец вдруг поднялся, а я очнулся от своих мыслей.
– Реши для себя сразу, сын. На что ты ради избранницы готов, если даже Яна не ответит на твои чувства.
Умереть. Я готов ради нее умереть. Мой огонек… И это осознание было настолько неожиданным, что я понял и другое. Ни за что не сдамся! Мне нужна она вся: со своими мыслями и желаниями, неуклюжестью и смешными кудряшками. Вся. Без остатка.
 
Глава четвертая
 
Яна
Перемещаться в этот раз было больно – словно я падала с огромной высоты долго-долго. Из легких вышибло воздух, заложило уши, напряглись руки и ноги, которых уже не чувствовала. И кричала я так, что горло едва не охрипло.
 
– Яна!
В одно мгновение Лис оказался рядом, ощупал меня, о чем-то спросил. Но слова как-то ускользали. На губах все еще горел предательский поцелуй, лишал благоразумия.
Этот злодей однозначно меня околдовал! Или я просто отказываюсь верить в невозможное? Понравился же… несмотря на произошедшее, тронул в душе какую-то давно забытую струну, показал, насколько я живая… И от подобного осознания еще горше.
– Яна! Да откликнись же ты!
– Со мной все хорошо.
– Да неужели?
Лис по-прежнему продолжал меня ощупывать, что-то бормоча себе под нос, принюхиваясь и сверкая серебром во взгляде. Наконец отпустил, видимо, убедившись, что я не ранена, но тут же вгляделся в мое испуганное лицо, сощурился.
– Опаньки! Звезды Аралис! Губы припухшие, на щеках слезы, плащ незнакомый… И где же моя ведьмочка побывала?
Я посмотрела в его глаза, которые в свете луны казались ярче и больше, жалобно всхлипнула.
– Не реветь! – рявкнул фамильяр, заставив меня вздрогнуть.
Надо же… А при знакомстве Лис произвел совсем другое впечатление.
– Коротко, внятно и по делу.
– Я встретила Лиравира, – выдала, решив, будто подобный ответ многое объяснит.
– И этот пройдоха довел тебя до такого состояния? – поразился Лис. – Он, конечно, тот еще хитрец, просто так не помогает, но невесте верен. И целоваться бы точно не полез.
– Ты знаком с богом удачи? – решив не заострять внимания не последней фразе, поинтересовалась я.
– Пересекались, – спокойно отозвался оборотень, слегка пожимая плечами. – И я с ним, похоже, поговорю уже на правах твоего фамильяра. Ведь впутал же тебя в историю… Чую!
И носом так красноречиво повел, снова зло нахмурившись, будто учуял нечто неприятное и раздражающее.
Я всхлипнула.
– Не надо. Он хотел как лучше.
Лис вытянул руки, сжал кулаки, нехорошо прищурившись. Вот только драки не хватало для полного счастья! Но само осознание, что оборотень решил меня защитить и даже готов набить мор… лицо божеству, окутало теплом.
– Лиравир желал помочь. Правда. Русалки нас обманули, Лис. Чтобы очистить источник, одному из нас необходимо умереть.
Фамильяр нахмурился, в глазах сверкнуло что-то непонятное. В словах бога удачи он, похоже, не сомневался. Получается, тот не лгал?
– Так и знал: хвостатым доверять нельзя. Что предложил Лиравир?
– Отправить меня туда, где можно добыть редкое зелье.
Я вытащила флакон, сунула его в руки удивленного таким поворотом событий оборотня.
– А там… – осторожно начал он, не сводя с меня взгляда.
Я вздохнула и выложила все без утайки, как есть. Разве что про поцелуй умолчала, но про него Лис и так знал.
– М-да…
– Все совсем плохо? – уточнила я, смотря, как фамильяр вертит в руках флакон с добытым зельем.
– Ну что тебе ответить… – Лис задумчиво посмотрел на меня, словно решал – сказать правду или нет, потом усмехнулся: – Зелье редкое настолько… Да за него любой правитель взамен откроет сокровищницу.
– И чем ценное?
– Снимет любое темное проклятие, если использовать с бескорыстными намерениями.
– А…
– Забудь про того, кто его сделал. Ненормальный он, однозначно. Хорошо, что выбралась и вернулась.
Точнее сказать, благополучно сбежала, оставив нахала с носом. Надеюсь, наши пути больше не пересекутся. Но до чего же от этой мысли тоскливо!
– Пойдем лучше разбираться с источником, а потом… с русалками.
В голосе Лиса слышались весьма красноречивые, обещающие неприятности нотки. Не поздоровится хвостатым, но в этот раз я вмешиваться и защищать их точно не буду. Не терплю подлости и обмана.
 
Лис протянул руку, помогая подняться. Я оглядела небольшую поляну, на которой мы находились. Отовсюду тянулись лианы, на некоторых распустились белые и голубые цветы.
– Нам туда, – указал фамильяр, убирая ветки, коснувшиеся моего плеча.