Не пара для Его Светлейшества (СИ)
— Позволите?
В замешательстве я посмотрела на внезапно выросшего рядом с нашим столом магистра Вайтли. И, спохватившись, кивнула. Даже травяного напитка ему налила. Мы никуда без своих запасов не ходили, в столовой привыкли уже, что ведьмочки пьют что-то свое. А почему бы и да? Травы-то едва ли не самое замечательное, что росло с благословения Триединой. И от любой хвори могли вылечить, и бодрости духа придать, и успокоить… Зря многие общины не принимали в расчет их воздействие. А тратили с трудом пополняемые магические резервы, хотя помощь буквально под ногами.
— Я прошу прощения, — после некоторого молчания сказал тихонько мужчина и отхлебнул хороший глоток. И даже не поморщился, — Мне не стоило так на вас накидываться после лекции…
— Погодите — погодите, я вам противоядие дам, — потянулась якобы забрать его чашку, а когда тот поперхнулся и едва не выронил инквизиторское имущество, рассмеялась, — Я пошутила.
— Шутки у вас… — сердито буркнул Вайтли и резко встал.
— И я тоже была неправа, — признала с неохотой. Но тут же сообщила, чтобы он не подумал чего лишнего, — Не в сведениях! В тех так я полностью уверена.
Он лишь мученически закатил глаза и отошел. Инквизитор какой. Тоже мне… Не для закатывания Свет тебе дал глазки, не для того!
— Может вычеркнем магистра из списка? — Вимала проводила его задумчивым взглядом.
— Не торопись, — покачала головой, — Он еще не показал свое истинное лицо.
— То есть ты пока что не довела его окончательно? — поинтересовалась Ума.
— А разве я не так сказала? — удивилась.
Немного побродив по Академии после ужина, мы сделали вид, что на ночь возвращаемся в свой домик.
Ведьмочки так и поступили. А я, выждав немного, неприметными коридорами, сгущая темноту в углах, добралась до покоев ректора. И кивнула сама себе довольно. Как я и думала. За дверями тишина, а в дверях все тот же замок — поменять не успели.
Второй раз заколка сработала даже быстрее. Так что уже спустя несколько минут я стояла в гостиной и смотрела на нашу пре-елесть. Гибкая, блестящая, роскошная, текучая… Вездесущая, как ведьма. Красивая, как любая женщина. Совершенная, как все то, что создавали Верховные.
Я протянула руку и осторожно погладила ее, прикрывая глаза…
Она! Точно она. Не просто похожая. Я чувствовала за печатями всю мощь, которую эта реликвия когда-либо принимала и отдавала.
Кто же запечатал твою силу? Кто забрал тебя у ведьм? Счел безделицей? Это не мог быть Агрэ — слишком молод. И он не стал бы хранить ее так, если бы знал о настоящей сути. Инквизиторы коварны, но не настолько хитры, чтобы прятать что-то на видном месте…
Может просто взять ее и унести?
И никто поначалу не заметит?
А потом бежать без устали…
Но чувствовала — ковен не одобрит.
Только руки уже сами тянулись к статуэтке… Просто подержать!
Звук вставляемого в скважину ключа едва не заставил меня вскрикнуть от неожиданности. Триединая! Неужели отвоевались уже, что так быстро вернулся?! Ну чего ему с дикими не боролось?!
Объяснить свое очередное появление я точно не смогла бы. Надо прятаться. Или убегать… но куда побежишь из этого пресветлого замка, стоящего почти на обрыве?! Я метнулась в спальню, подумала мгновение… и забралась под кровать. Слава темноте, здесь убирались тщательно, а то это уже слишком: торчать в спальне инквизитора еще и в пыли.
Шаги и какая-то возня вынудили меня замереть и не дышать.
Спокойно.
Он сейчас завалится спать, а я тихонько-тихонько покину излишне гостеприимное место. Надо только дождаться, когда уснет крепко…
Женское воркование, идиотский смешок и звук влажного поцелуя едва не заставил меня завопить от досады.
Нет-нет-нет, пожалуйста! Только не инквизитор. Только не с женщиной. Только не при ведьме. Не хочу ничего знать о том, как он сношается неизвестно с кем!
Темная кровь почему-то вскипела от промелькнувших перед мысленным взором картинок, а пальцы скрючились. Похоже, в надежде вцепиться кому-нибудь в лицо. А потом кто-то — ха! я знаю, кто! — повалился на кровать. И снова противное женское хихиканье, и подозрительные звуки, и чмоки…
Невозможно просто…
Ковен меня простит!
Я раскрыла ладони и рот, чтобы произнести что-нибудь особенно гадостное и прилипчивое — ну нельзя же так с ведьмами! нас и так мало! — но все затихло. Точнее, затихли шевеления на кровати. А потом раздался неразличимый шепот и шорох, снова звуки шагов, какое-то гневное восклицание, хлопок двери…
А дальше только мой дикий визг!
Потому что меня сцапали за лодыжку и потащили из-под кровати под пресветлые очи.
Визжать и брыкаться я перестала почти сразу. Невозможно визжать, брыкаться и думать одновременно. Да и вообще, не будем же мы тут бои устраивать… Всем понятно, кто победит. И объяснить, откуда взялись следы темной магии и труп ректора — в его же спальне — будет еще сложнее, чем откуда здесь взялась я.
Да и тащили меня не долго. И светлы ректорские очи оказались очень даже темными — от расширившихся в бешенстве зрачков. Надо же, магические лампы даже включил, чтобы я все рассмотрела.
Ситуация мне что-то напомнила… я, инквизитор, кровать…
Ах да, утречком такое было. Надо внести эффект неожиданности в эту картинку.
Я и вношу. Всплескиваю руками и бросаюсь на шею бешеному ректору. Но не с целью ее свернуть, а чтобы обнять крепко-крепко и вздохнуть радостно-радостно. И даже проворковать что-то глупое. Ну, вроде как я дождалась своего мужика с войны и теперь счастлива его видеть.
Его Светлейшество, понятное дело, застывает.
Вот и стоим.
Молчим.
Я, всей ведьмой прижимаясь к инквизитору.
Он — столбом каменным.
И только спустя какое-то время отрывает меня от себя и спрашивает хрипло:
— Вы это зачем сделали? — и тон такой… обиженный немного. Как-будто вот этой гадости он точно не ожидал. Может надо было палаш все-таки вытащить?
Ладно, подраться всегда успеем.
— Что из того, что я сделала — зачем? — уточняю участливо.
— Прыгнули на меня?! — обвинительно прищуривается Агрэ.
— Соскучилась, — развожу руками.
— Торчите у меня под кроватью зачем?! — ничуть не верит в мои прекрасные чувства инквизитор.
— Понравились, — “признаюсь” со вздохом.
— Что значит “понравился”?! — у него начинает дергаться глаз.
— На языке женщин это означает, что она почувствовала непреодолимое желание сделать мужчину счастливым… — поясняю с подробностями.
— Счастливым?! — не верит все-таки. Вечно они не верят.
— …где бы этот несчастный не прятался, — заканчиваю пояснение спокойно.
— А всплеск темное магии мне почудился?! Или она у вас тоже… приветственная?! — а вот это плохо. Что почувстовал. Видимо, так и обнаружил меня. И если мое нахождение в спальне ректора даже ковен одобрит, то за попытку применить темную магию рядом с инквизиторами Совет точно отправит на костер.
— Так взревновала… — опускаю взгляд в пол.
— Ч-чего?!
И хорошо, что не смотрю. А то он та-ак это сказал…
— Не чего, а кого, — заторопилась и закончила весьма смущенно, — Вот я может пришла вся взволнованная по вашему поводу, а вы здесь… Инквизиторство свое выставили напоказ и другую женщину соблазняете.
На этот раз пауза в разговоре была длиннее. Такой длинной, что я не удержалась — глянула на ректора. И испугалась. Потому что ни бешенства, ничего такого… Только глубокий интерес и задумчивость. Ох, терпеть не могу, когда мужики думать начинают.
— Врете все время… — протянул Джейдев Агрэ
— Не правда!
— И сейчас тоже, — хмыкнул с иронией.
Поджала губы. Ведь что ни скажи — будет только хуже.
— В моих покоях ведь нет ничего интересного или секретного… — продолжил ректор, а потом заявил такое, от чего сердце удар пропустило. Потому что теперь я знала, что он знает… — И в кабинете тоже ничего. Воровать, подслушивать, строить козни, подкладывать неприятные сюрпризы бессмысленно… Но что-то вам нужно. Настолько, что вы готовы забыть и про подвалы Академии, и про королевский указ.