Per aspera ad astra (СИ)

Так. Эльза было решила, что это христианские штучки. А они не христианские. Если даже есть что-то от христианства, есть и от язычества. «Фэйри — вотчина Лолы», надо же. Клятые английские еретики. Что бы Эльза подумала, окажись штучки стопроцентно христианскими? «Клятые английские фанатики», наверное.
— Ну ладно, — вздохнула девушка.
— А кто она? — попробовал прояснить ситуацию Питер. Хоть на пиит, хоть на два слова. Пусть даже и одно — только без теней второстепенных и ненужных к этому случаю значений. Греческие тени были не нужны — только конкретика. Которой после встречи со всем чудесным стало очень не хватать.
— Я, если честно, не верила во всё это… но, похоже, зерно истины в этом есть. Лола — последняя из семейства Спринг, местных жрецов. Они содержали оба храма: как христианский, так и храм местных языческих духов. В частности, феи Морганы, — Оливия пожала плечами. — Подносить пожертвования в храмы всегда была традиция, но ныне Лола живёт одна. Её не взяли в местный сиротский приют, так как от неё требовалось отречься от еретических учений родителей, а сама Лола этого не сделала.
— Понятно… — пробормотал Питер. Странная новость, хоть и немного радующая — с фейкой нужно было что-то делать. Хотя бы выяснить, как ей помочь восстановиться.
А местные обычаи… местные — и только. Хотя вот поклонение королеве в глазах Карфа было чем-то странным. А сейчас — кажется, после перебинтовки у него будет небольшая пауза перед копанием могилки.
Не отреклась — это заслуживает уважения. Конечно, Эльза не посвящена в детали истории, но услышанного достаточно, чтоб составить минимально хорошее мнение об этой Лоле. Упираться, стоять на своём, держать линию — любую, даже самую дурацкую, типа христианства, замешанного на откровенно языческом фольклоре. Не каждый сумеет. Дело могло заключаться совсем в другом, детали ведь скрыты, но для затравки впечатление сойдёт.
«А просто так вы сиротку не кормите — только когда приспичит? — подумала девушка. — А девочка точно справится — съесть месячную норму пирогов? А если справится, что же, целый месяц будет питаться пирогами? А если всё так и будет, может, ей не пирогов наготовить? Представляете, каково целый месяц питаться пирогами?»
Хотела поспрашивать, но не спросила. Устала же. Будет отдыхать. Возможно, по пути к логову Лолы спросит, если не слишком утомится копать могилу. Говоря по секрету, Эльза была намерена откосить от этой обязанности. Как? Она ещё не придумала.
— Питер… там в холодильнике остался со вчерашнего картофель с оладьями. Разогреешь пока на всех? Мне надо с остальной семьёй поговорить, — вздохнула тётушка.
А Эльза осталась за бортом. Ну и пусть. Постоит где-нибудь, например, рядом с греющим картошечку Питером. Не исключено, что поможет.
— Да, конечно, — согласился Питер.
Просьба лёгкая: подойти к холодильнику, достать картошечку и разогреть. Всё просто. Даже приятно после всех этих сложностей — отвлекает от размышлений на тему «чем всё обернётся потом?»
  
Глава 16. Все колдуньи — злые
 
Наконец тётушка ушла, так что родственнички — и затихшая фея — могли вновь поговорить. Но фейка что-то не торопилась вылезать.
Минимальный огонь… так, теперь Карф мог отойти, появился вопрос… только не забывать о картошке!
— Негга, вылезай… — Питер аккуратно помог фейке показаться на свет. — Ты что-нибудь знаешь о семье Спринг? Ну и… ей о тебе говорить?
— Наверное, нам надо знать и про всяких других примечательных личностей с семьями — чтоб не удивляться так, как сейчас, — сказала Эльза. — Питер, например, удивился. «Святая Лола» — интересно, она себя сама так называет? «Святая Эльза, зверушкина заступница». «Святой Питер, покровитель овощей».
Эльза раскусила картошечку. Холодненькую. Почему холодненькую? Потому что Эльза голодная. И совсем неважно, что картошечка холодненькая, главное — что это картошечка, а картошечку кушают, тем самым утоляют голод. Так уж устроен мир — в мире всё взаимосвязано. Вот ты какая, экология. Экология замороженной картошки. Без пяти минут диалектика стакана.
 
— Ой… не надо меня к Лоле, я лучше сама-сама со всем справлюсь, — испуганно пискнула Негга. — Лола злая и жестокая.
Ишь, раскомандовалась! То не надо, это не нужно. Эльза подбавила в голос металла:
— Лола — кто она? Расскажи.
— Кто она? — повторил вопрос Питер, поддерживая свою сестру.
— Она… она колдунья, — Негга поёжилась. — Ей собирают и отдают пыльцу фей.
— Кто? — ещё один вопрос Питера.
— Ты можешь рассказать всё, что знаешь, об этой Лоле? — спросила Эльза. — Что за колдунья, зачем ей сдают пыльцу, почему феи её теряют? Это бы очень помогло нам сориентироваться в ситуации.
— Лола — та, кто владеет этой землёй. Она собирает пыльцу, как дань, чтобы творить колдовство, — подняла брови Негга.
— На каком основании Лола обложила местных жителей данью? Это обременительно? На каком основании она считает землю своей? Почему-то мне кажется, законом эта претензия не подкреплена. В каких целях Лола применяет колдовство? Как по-твоему, Лола должна быть связана с Икки, который, как ты утверждала, охотился за твоей пыльцой? В чём выгода местных от сдачи пыльцы Лоле? Насколько часто феи теряют пыльцу? Ты говоришь так, будто местные собирают её регулярно, — засыпала Эльза вопросами Неггу.
Питер промолчал, уступив инициативу сестре.
— Она же колдунья, — Негге, по-видимому, казалось, что это ответ на все заданные вопросы.
Так дело не пойдёт. Или пойдёт, но придётся отступиться: умерить любопытство, позволить наглой феечке вертеть собой по-разному. Рано сдаваться! Эльза попробовала покапать на Неггины мозги авторитетом:
— Питер, как думаешь, сдадим её Лоле?
У Негги мозгов всяко меньше, чем у Эльзы, например. Чем у Питера. Значит ли это, что Негга поведётся? А если не поведётся, может, и вправду сдать эту вредину местной колдунье? Авось чего получится. Например… суп. Очень волшебный суп.
Карф же задумался. Подыграть? Хорошо… может, тогда фея немного больше расскажет.
— Ну… она больше про фей знает, так что стоило бы рассказать. А то это сражение… — «задумался» Питер.
Эльза смотрела на Неггу. Фейка-фейка, будь хорошей и болтливой фейкой — расскажи побольше и о себе, и о той семье. Чего тебе стоит?
— Ик! — Негга испуганно зажала рот руками. — Я про вас всё расскажу Лоле! Всё! И что было, и чего не было!
— Что, например? — поинтересовался Питер.
Вопрос был немного с заковыркой: о феях Карф ничего не знал, а угрозы… ну, это тоже немного прольёт взгляд на общество фей. Хотя бы на то, что точно делать нельзя. А вот отношение к Лоле… к «колдунье» Негга попадать не хотела, но при попытке сдачи… на наследницу тёмных властелинов это не похоже. Наверное.
Негга, кажется, клюнула. Занервничала, по крайней мере. Заныла: «Всё про вас расскажу». Тем лучше. Значит, на крючке, значит, осталось дожать — и узнать то самое. Если хочется, конечно. Эльзе хотелось знать сильно? Может, и не сильно. Но чтобы морально сломать фейку, сильно не нужно. Достаточно хотеть чуть-чуть, остальное приложится. На автопилоте. Потому что не любила Эльза таких вот Негг, потому что Эльзу хлебом не корми — дай уколоть вот такую вот, или отчитать, или… Или раздавить, да. Давить Негг с хрустом, с треском, кровь в кипяток, крылья в порошок, кости в сломанные спички, раскрасить кровкой стены, землю, небо…
Какие-то дураковатые мысли. Эльза себя на дураковщине поймала — поймала и удивилась. Ну! «Кости в спички, кровь в кипяток» — подумается же! Чьи-то другие мысли, кого-то чужого — подлинная, аутентичная Эльза не вообразила бы нечто настолько безвкусное. А пока удивлялась, слово взял Питер. Ничего. Времени полно, успеется повыступать. Следующая фраза будет коронным ударом, будет: «Лола чувствует враньё!», «Неправда до добра не доведёт». Может даже: «Что виновна — это несомненно, осталось вынести приговор. В последний раз прошу: покайся!» Интересно, чтобы покаяться, нужно целовать крест?