Моя лучшая студентка (СИ)

— Я подожду тебя, Нинок, — привел меня в чувство голос Димы.
— Зачем?
— За книгами, — фыркнул он, закатив глаза. — Мы же договорились, что ты меня сегодня мучишь. Ой, учишь.
— Денисовы, вы невыносимы! — простонала я ему вслед.
— Я тоже тебя люблю, Нинок! — прокричал он на всю аудиторию, заставив меня покраснеть еще больше. Вот… засранец!
Послышался грохот со стороны преподавательского стола, и я невольно вздрогнула. Книги, у Максима всего лишь упали книги, разлетевшись по полу. Он тут же, чертыхнувшись, принялся их собирать. Дверь за последним студентом закрылась, и я поспешила помочь Корнилову.
— Спасибо, Нина, — как-то нервно улыбнулся он, приняв книги из моих рук.
— Я хотела сказать, что в субботу буду в парке после обеда, часа в два. Хочу запечатлеть цветущие деревья у озера, пока лепестки не опали. Передадите Сергею?
— Да, конечно.
— А вы придете? — невольно вырвалось у меня. Боже, как неловко! Максим подумает, что я ему навязываюсь. Но вопреки моим опасениям, мужчина улыбнулся.
— Конечно приду, Нина. Я всегда сдерживаю свои обещания.
Внутри все затрепетало от счастья. Как хорошо, что мне не придется оставаться с Сергеем один на один!
— Ой, простите, вы ведь хотели что-то мне сказать? — запоздало спохватилась я. Как невежливо получилось.
— Да. Ева просила вам передать, что если вы пойдете на выставку, прихватите свои работы. Мой портрет ее впечатлил, и она хотела бы увидеть другие ваши картины. Пейзажи.
Мое несчастное сердце совершило бешеный кульбит. Сама Прохорова Ева Андреевна, гений изобразительного искусства, желает видеть мои работы?! Запищав от восторга, я поддалась порыву и бросилась Корнилову на шею. И только через мгновение осознала, что натворила.
— Господи, как стыдно! Простите меня! — покраснев до корней волос, выдохнула я, попытавшись отстраниться, но не тут-то было… Максим не спешил меня отпускать. Я замерла, не в силах даже вздохнуть. Словно время остановилось, а сердце перестало перегонять кровь по моим венам.
— Максим Алексеевич! — громом разнесся по аудитории голос замдиректора, и нас просто отбросило друг от друга. Внутри меня все сжалось от ужаса! Боже, неужели он видел этот неловкий момент? Как мы могли не заметить, что дверь открылась? Хотя… я не видела ничего, кроме его глаз…таких глубоких, словно бездна. Чёрт, Егорова! Не время думать о глазах Корнилова!
— Здравствуйте, Анатолий Матвеевич, — пытаясь унять дрожь в голосе, пролепетала я, буквально ощутив, как моя шея покрывается алыми пятнами.
— Добрый день, Нина, — кивнул он в ответ, и у меня от души отлегло. Кажется, пронесло. Ох, нужно было срочно уходить, но ноги словно приросли к полу. Тем временем Никифоров перевел взгляд на Максима.
— Максим Алексеевич, зайдите после пар, будьте добры, несколько моментов по организации учебного процесса нужно обсудить. Вот, ознакомьтесь.
И он протянул ему какие-то бумаги.
— Хорошо, Анатолий Матвеевич, — ровным голосом ответил Корнилов. И я просто поразилась его выдержке. Или он действительно не видел ничего предосудительного в том, что сейчас произошло? Если подумать, это ведь я бросилась ему на шею, а Максим видимо просто опешил, поэтому и не отпустил меня сразу. Господи, какая я дура! Нафантазировала уже того, чего и в помине нет! Сейчас я действительно ощущала себя полной идиоткой. Не в силах выносить этого, я сорвалась с места.
— До свидания, Максим Алексеевич, Анатолий Матвеевич, — пробормотала я, буквально выбежав за дверь…
  
Глава 30. Нина
 
Едва не прихлопнув дверью Никифорову, я полетела в сторону лестницы с такой скоростью, словно за мной бесы гнались.
— Ненормальная! — лишь донесся до моих ушей возмущенный голос Анжелы, но мне было совершенно плевать. Я успокоилась и перешла на шаг лишь миновав два лестничных пролета.
У гардероба меня все еще дожидались Лера и Дима. Хотя чему удивляться? Прошло не более пяти минут, это мне показалось, что пронеслась целая вечность, пока я как под гипнозом смотрела в эти голубые глаза… Ох, как же мне стыдно сейчас! Набросилась на него, словно ненормальная! И где только было мое благоразумие? Увы, в последнее время мое благоразумие стало давать сбой… И, как назло, происходило это постоянно в присутствии Максима Алексеевича. Стыдоба!
 
— А ты чего такая красная вся? — с подозрением уставилась на меня Лера. — Алексеич все-таки приставал?
Подруга рассмеялась, даже не подозревая, какую бурю вызвала в моей душе своими словами. Нет, дорогая, это скорее я к нему приставала. Боже, надеюсь, Корнилов так не думает!
— Тупые шутки, — вдруг, к моему огромному удивлению, проворчал Димка, легонько отвесив сестре подзатыльник. — Ну мы идем, Нин?
— Эй! — возмущенно воскликнула Лерка, вернув подзатыльник брату. — С каких это пор ты у нас сама серьезность, а? Шутить мне, видите ли, нельзя!
— Шутить можно, но не так тупо, — огрызнулся Димка.
— Да что с тобой не так?
— Хватит, — прекратила я этот бессмысленный спор. — Дим, пойдем, работы море. Кстати, имей в виду, что тебе еще со мной на выставку идти.
Видимо намереваясь ответить Лерке, Димка раскрыл рот, да так и не закрыл его, удивленно уставившись на меня.
— Какая еще к черту выставка?
— Абстракционистов. Пойдем уже!
Мне хотелось как можно скорей покинуть стены колледжа. Мы задержались здесь слишком долго, а я боялась ненароком наткнуться на Корнилова, только не сейчас, пожалуйста. Мы вышли из колледжа и зашагали по мокрому после дождя тротуару. Продолжающаяся перебранка Леры и Димы шла фоном. А я, вдыхая заметно посвежевший воздух, смотрела на небо, по которому быстро проносились свинцовые тучи. Словно мрачные мысли в моей голове. Боже, и как теперь встречаться с Корниловым послезавтра в парке? Хорошо, что там будет Сергей! От этой мысли я истерически расхохоталась. Дожилась, то шатаюсь от него как черт от ладана, то уже рада его присутствию!
— Нин, что с тобой? Ты в порядке? — удивленно протянул Димка, и я осознала, что уже давно оказалась в тишине. Мы шли только вдвоем. Даже и не заметила, как нас покинула Лера, видимо умчавшись на остановку. Да уж, я явно не в порядке…
— Да, в полном, — тем не менее ответила я. — Просто кое-что вспомнила.
— Ты и правда такая испуганная выбежала от Корнилова, — осторожно проговорил друг, обхватив своей ладонью мою руку, и я не стала ее отнимать. Воспоминания того постыдного вечера уже выветрились из моей головы, а с ними прошла и неловкость. — Он точно тебя не обидел?
Казалось бы, безобидная фраза друга отчего-то ужасно меня разозлила.
— Нет, Димка. Не обидел, испугал. Твоими двояками испугал! Когда уже возьмёшься за ум наконец?
— Нин, ну не начинай, а? — закатил глаза друг. — Вот сейчас и возьмусь, ты же мне шанса не оставляешь.
— Это ты себе шанса не оставляешь на лучшее будущее!
— Как хорошо, что у меня есть ты, моя помощница! — промурлыкал этот гад, на ходу приобняв меня за талию и устроив подбородок на моем плече. Ну вот как на него злиться?
— Моя помощь дорого тебе обойдется, — проворчала я, тряхнув плечом.
— Да, насчет выставки… — тут же протянул Димка. — Может, это… лучше натурой возьмешь?
И с этими словами он вдруг ущипнул меня за мягкое место! Задыхаясь от возмущения, я резко остановилась и сделала то, о чем мечтала уже целую вечность — отвесила ему звонкую оплеуху!
— Ауч!
— Денисов, ты что дурак?!
— Ну да, — как ни в чем не бывало проговорил он, блеснув угольками хитрющих глаз. — У меня даже справка есть.
— Обязательно было делать это при толпе народа? — прошипела я, опасливо покосившись на проходящих мимо людей. Надеюсь, никто не заметил этого вопиющего непотребства.
— То есть, я могу сделать это, когда останемся вдвоем? — подмигнул мне этот нахал.
— О, боже! Этот человек безнадежен! — завопила я, возведя глаза к небу.
— Ой, да ладно, — лишь рассмеялся Димка. — Подумаешь, ущипнул по-дружески за попку.