Моя лучшая студентка (СИ)

Анжела спрыгнула с подоконника, и все доводы разума отступили на второй план. Нервно сглотнув, я машинально сделала шаг назад.
— Егорова! — разнесся по коридору ее обманчиво ласковый голос. — Куда это ты собралась? Иди сюда, поговорить надо.
Горящие злобой глаза моей сокурсницы не предвещали ничего хорошего. Лихорадочно пытаясь вспомнить, чем могла разозлить Анжелу, я против воли ссутулилась и уставилась на свои туфли.
— Егорова!
От своей фамилии, вылетевшей из ярко-алого рта Анжелы, я ненароком вздрогнула, а она, одним небрежным движением отбросив за спину длинные белокурые волосы, оправила короткую джинсовую юбку, и по пустынному коридору разнесся стук тонких каблучков. Честно признаться, Анжела очень привлекательная, словно дива, сошедшая с обложки глянцевого журнала, и одевается она хоть и неуместно для института, но очень красиво. Подумав об этом, я невольно затеребила край своей простенькой коричневой водолазки. Может быть, причина в том, как одеваюсь я? Может быть, за это они меня ненавидят? За то, что отличаюсь от них. Но если я надену на себя подобную юбку, до неприличия оголяя свои ноги, или топ, почти не прикрывающий грудь, родителей, наверное, удар хватит. Мама всегда покупала мне строгие брючные костюмы; юбки, которые неизменно должны были быть на ладонь ниже колена; белые или голубые блузки, ну и такие вот водолазки под самое горло. Не скрою, иногда мне хотелось надеть что-нибудь хоть чуточку посмелее. Однажды я даже сделала это. Ту красную юбку, которая была чуть выше колена, я не забуду никогда. Отец устроил грандиозный скандал. «Какой колледж? — кричал он, побагровев от злости не меньше той злосчастной юбки. — Давай уж сразу на панель дуй! В таком виде только там тебе и место!» Про использование косметики я просто промолчу… Накрасить губы алой помадой — это просто предел моих мечтаний! Но вы не подумайте, мой отец вовсе не тиран, как может показаться. Просто он всегда хотел воспитать меня достойным человеком. И в принципе я во многом с ним согласна, одежда должна быть уместна. Было бы странно прийти в магазин в банном халате, вот и с учебным заведением то же самое. И в том, что я должна уметь защитить себя папа тоже прав… Егоровы не сдаются, верно? Резко выдыхаю, отрываю взгляд от пола и расправляю плечи, хотя поджилки так и трясутся.
— О чем ты хотела поговорить?
Получилось не так уверенно, как звучало в моей голове, но сегодня я хотя бы смогла заговорить.
— А то ты не знаешь, потаскуха мелкая!
Я совершенно не ожидала от Анжелы подобного оскорбления и уж тем более не думала, что она со всей силы толкнет меня в плечо. Пошатнувшись, я все-таки устояла.
— О чем ты говоришь?
Скривив в ухмылке кроваво-красный рот, Анжела лишь усмехнулась в ответ.
— Посмотрите-ка, дурочку включила!
До этого молчавшие девочки переглянулись и рассмеялись, от чего я ощутила себя еще более уязвимой. Никто не поможет мне…
— Я… я не понимаю…
— Не понимает она! — процедила Анжела в ответ, толкнув меня так сильно, что в этот раз я все же не смогла удержаться на ногах. Рухнув на пол, так больно ударилась локтем, что чуть искры из глаз не посыпались. Моя книга… она вылетела из рук, с глухим стуком приземлившись на грязный пол. Я потянулась, чтобы поднять ее, но Анжела со всей силы отопнула учебник. Настолько, что тот вписался в стену. Обложка оторвалась и… это стало последней каплей. Не в силах сдержаться, я горько расплакалась к своему огромному стыду. Прости, папа, но борца из меня не получится… — Еще хоть раз увижу, как ошиваешься рядом с ним — башку снесу, усекла?
Я совершенно не понимала, о чем сейчас говорит Анжела, но машинально кивнула в ответ. Казалось бы, экзекуция уже окончена, но нет.
— То-то же! — прошипела Анжела, резко замахнувшись.
— Что здесь происходит? — я была настолько напугана, что по началу решила, что это мне послышалось. — Я спрашиваю, что черт возьми здесь происходит?
Андрей…
Внутри меня разразилась просто буря эмоций. Раскрыв глаза, которые сами собой зажмурились в ожидании удара, я увидела его, моего спасителя. Сердце сладко заныло. Невероятной красоты лазурные глаза сейчас смотрели строго, но взгляд этот предназначался вовсе не мне. Темные брови грозно сошлись на переносице.
 
— У кого-то здесь проблемы со слухом? Повторю еще раз: что здесь происходит?
— Андрюшенька, котик, — тут же залебезила перед ним Анжела, разом растеряв весь пыл и невинно захлопав веером длинных ресниц. — А мы тут просто общаемся.
— Ну-ну, вижу я как вы тут «просто общаетесь». Кажется, пары уже давно закончились. Шли бы вы девочки… домой. — сделав акцент на последнем слове, Андрей красноречиво уставился на моих обидчиц, и те сразу сдулись. Да, в этом был весь Андрей Холодов. Одним взглядом, единым словом заставить человека подчиниться. Смелый, несгибаемый, настоящий лидер. Не зря ведь его единогласно избрали старостой. Я безмерно уважала этого человека и очень… любила. Наверное, с самого первого дня, как впервые увидела его. Так глупо… ведь такое совершенство, как Андрей, обратит внимание на такую, как я, разве только что в моих фантазиях. От осознания этого стало ужасно горько. Настолько, что к горлу подступил ком. Вновь опустив взгляд, я еле сдержалась, чтобы снова не разреветься. Это будет ужасным позором, показать слабость человеку, от которого просто сходишь с ума. Хотя, я и так в незавидном положении.
— Поговорим еще, — услышала я шипение Анжелы, а потом удаляющийся стук ее каблуков.
— Нина, — взглянув на Андрея, я опешила. Он протягивал мне руку. Мне! Руку! Тонкие губы растянулись в легкой улыбке. — Ну же, смелей, не укушу!
Окончательно смутившись, я все же нашла в себе силы вложить свою руку в его широкую ладонь. Как приятно… такая мягкая и теплая. Голубые глаза смотрели так сочувственно, что меня вдруг окатило волной жгучего стыда, который явно отразился румянцем на моем лице. Так ужасно, что Андрей увидел меня в таком жалком состоянии. Я для него, наверное, не больше, чем спасенный от избиения хозяев щенок… Как же мучительно стыдно!
— Нина, вот объясни мне, почему ты позволяешь им так с тобой обращаться?
Хотела бы и я знать ответ на этот вопрос…
— Я… я не знаю, Андрей.
Господи я получила настоящее блаженство лишь от того, что произнесла сейчас его имя! Наверное, я и правда ненормальная.
— Вот, — на подоконник легла разорванная книга по геронтологии и тут, к огромному стыду, меня просто прорвало.
— Почему я такая невезучая? Мало того, что книгу сдать не успела, так теперь еще и это! Она… она окончательно испорчена! Что я скажу завтра Лидии Константиновне?
Я просто захлебывалась этими нелепыми рыданиями. Это была всего лишь книга, но… она стала просто последней каплей в океане неприятностей, постигших меня за этот день. Я ревела, как ребенок, пока не ощутила крепкие руки Андрея на своих плечах.
— Нин, ну чего ты тут сырость развела? Пустяки же, в самом деле. Подожди.
Отпустив меня, он стал что-то лихорадочно нашаривать в рюкзаке. И наконец извлек на свет… скотч. Самый обыкновенный скотч! Пара минут и книга была аккуратно заклеена.
— Вот, держи и не вешай нос! — легонько щелкнув меня по оному, Андрей широко улыбнулся и всучил мне в руки книгу. — Увидимся!
Парень уже скрылся за углом, а я все продолжала стоять, прижимая к груди учебник и улыбаясь вслед как идиотка. Андрей… как бы я хотела, чтобы ты взглянул на меня по-другому!
  
Глава 3. Нина
 
— Она сделала что??? — взревела Лера так, что я даже оробела.
— Толкнула меня.
Подруга с силой ударила кулаком по столу и тут же скривившись от боли принялась дуть на руку. Честное слово, я уже тысячу тысяч раз пожалела о том, что рассказала Лере о произошедшем…
— Потаскуха мелкая? — все не унималась подруга, расхаживая из стороны в сторону, словно тигр, загнанный в клетку. — Ну я ей покажу потаскуху!
Нервно взъерошив пятерней свои короткие светлые волосы, она снова сжала руки в кулаки. Господи, какая же я идиотка! Знала же, насколько Лерка вспыльчивая, и все равно нажаловалась. Но мне так хотелось хоть с кем-то поделиться произошедшим, ни родителям же о таком рассказывать, отец как пить дать снова на меня разозлится.