Никогда не говори никогда (ЛП)

— Врачи сказали тебе, что тебе нельзя употреблять слишком много кофеина, мам.
— Это Америка. У них есть кофе без кофеина.
— Мама, не все думают о тебе каждую секунду дня, — говорит Ева, и лицо Джанет краснеет так, словно вот-вот взорвется.
О боже, действительно.
— Я просто… — я делаю шаг назад, когда Джанет переводит взгляд в мою сторону. — Просто пойду и посмотрю, смогу ли я найти кого-нибудь, кто поможет с коробкой, — я разворачиваюсь и иду к дому так быстро, как только могу.
Когда я открываю заднюю дверь, нахожу Дэниела на кухне с пончиком на полпути в рот.
— Привет, Джанелль нужна ваша помощь, чтобы достать коробку из багажника.
— Что она купила? — спрашивает он, и я морщу нос.
— Вот и увидите.
— Господи, ей нельзя доверять ходить за покупками по складским магазинам, — бормочет Дэниел, прежде чем направиться к двери, запихивая в рот весь пончик.
Улыбаясь про себя, я захожу в комнату, которую мы делим с Джейсом, и останавливаюсь, когда обнаруживаю, что в комнате темно, а он лежит на кровати, прикрыв глаза локтем.
Я не раз заставала маму в таком положении, и это заставляет мое сердце учащенно биться. Я повесила свою сумку на крючок с обратной стороны двери и допила кофе, прежде чем подойти к кровати. Стоя над Джейсом, я сомневаюсь, прежде чем прикоснуться тыльной стороной пальцев к его лбу, который, к моему облегчению, прохладный на ощупь.
— О, — выдыхаю я, когда Джейс захватывает мое запястье своей большой рукой.
— Как прошел поход по магазинам с мамой, принцесса? — спрашивает Джейс, встречаясь со мной взглядом, и даже при слабом освещении комнаты невозможно не заметить боль в его глазах.
— Что не так?
— Головная боль. Ты купила купальник?
— Ты выпил лекарство?
— Нет.
— Выпьешь, если я принесу?
— Ты не ответила на мой вопрос.
— Купила два. Теперь ты выпьешь, если я принесу его?
— Да, — говорит Джейс, и я машу рукой, безмолвно требуя, чтобы он отпустил меня, но он этого не делает. — У тебя все было хорошо с Хейли? — его глаза изучают мои, и я качаю головой, застигнутая врасплох беспокойством в его тоне.
— Конечно.
— Хорошо, — он отпускает меня, и я обхожу кровать, направляясь в ванную, где достаю упаковку тайленола из своей косметички.
— У тебя часто болит голова? — спрашиваю я, вытряхивая две таблетки и возвращаясь к кровати.
— Иногда, — Джейс протягивает руку, и я кладу их ему на ладонь, затем беру бутылку воды, которая стояла у него на прикроватном столике.
— Как продвигается сделка?
— Зашла в тупик, — отвечает Джейс, проглотив обе таблетки.
— Тупик?
— Все это часть переговоров. Это похоже на игру в «цыпленка». Мы должны подождать, чтобы увидеть, кто расколется первым.
— Это звучит раздражающе, — бормочу я, и Джейс раскрывает губы.
— Так и есть, — он ложится обратно, и я переминаюсь с ноги на ногу, не зная, что с собой делать. — Что не так?
— Ничего.
— Это уже что-то.
— Отлично. Сейчас, когда все здесь, я чувствую себя неуютно, выходя на улицу, и твоя бабушка рядом, а я действительно не хочу оставаться с ней наедине.
— Так побудь здесь со мной, — легко отвечает Джейс, и я смотрю на кровать, затем на него. — Я не укушу.
— Тебе нужно отдохнуть.
— Тогда отдохни со мной, — Джейс извивает руку, словно она змея, заставляя меня взвизгнуть, и следующее, что помню, как перекатываюсь через большое тело Джейса и ложусь рядом с ним, положив голову ему на бицепс. — Лучше?
Точно нет. Я пытаюсь пошевелиться, но Джейс другой рукой обхватывает меня.
— Мне просто нужно полежать здесь, пока таблетки не подействуют, а потом мы сможем покататься на водных мотоциклах.
— Ты можешь меня отпустить? — я фыркаю, пытаясь оттолкнуть его тяжелую руку, но она не поддается.
— Ты останешься, если я это сделаю?
— Да, — сдаюсь я, и Джейс отпускает меня.
— Все здесь? — спрашивает Джейс, когда мое сердце начинает замедляться, и я переворачиваюсь на бок, прихватывая с собой подушку, чтобы не опираться на его руку.
— Я не знаю, все ли, но здесь много людей. Я познакомилась с твоей тетей Евой. Она кажется действительно милой.
 
— Так и есть.
— Она сказала, что она экстрасенс и знала, что ты найдешь меня. — Я не могу скрыть улыбку, и Джейс опускает подбородок, чтобы посмотреть на меня.
— Ева так сказала? — Джейс вновь приоткрывает губы.
— Она сказала твоей маме, что ты собираешься найти кого-нибудь, и что она вернет тебя к жизни.
— Черт, значит, я был мертв? — спрашивает Джейс со смешком, и я смеюсь.
— Очевидно.
— Тогда никакого давления на тебя.
— Совсем никакого, — я изучаю его красивое лицо, а затем тихо спрашиваю, — ты скучал по тому, чтобы приезжать сюда со всеми?
Джейс долго не отвечает, так долго, что я начинаю думать, что он и не ответит. Поэтому, когда он тихо говорит «Да», у меня в груди становится тяжело. Не задумываясь, я протягиваю руку и касаюсь его челюсти, а когда начинаю убирать руку, Джейс снова захватывает ее, и прижимает к груди, закрыв глаза.
Я думаю о том, чтобы отстраниться, потому что знаю, что это то, что я должна сделать, но не делаю. Я оставляю свою руку там, где она есть, и закрываю глаза, когда его сердце бьется под моими пальцами.
Эта ситуация становится щекотливой — по крайней мере, для меня. Я не думала, что Джейс может мне нравиться, но я начинаю получать удовольствие от его компании и чувства юмора гораздо больше, чем следовало бы.
  
Глава 14
 
‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒‒
 
Еще хуже
 
— Сколько времени нужно, чтобы надеть купальник?
Услышав этот вопрос, который мне прокричали через дверь ванной, я поворачиваюсь и смотрю на дерево между мной и Джейсом.
— Не торопи меня, — выдавливаю я, распуская волосы из пучка, в который я их собрала, и волосы ниспадают мне на плечи, скрывая верхушки грудей, заставляя меня чувствовать себя немного менее уязвимой.
— Прошло больше пятнадцати минут, — жалуется Джейс, а я закатываю глаза, глядя на свое отражение, когда беру сложенную одежду со стойки рядом с раковиной.
— Не прошло и пятнадцати минут, — я толкаю дверь и вхожу в спальню.
— О, черт, так еще хуже, — стонет он, и я поворачиваю голову в сторону кровати, где сидит Джейс. — Ты не будешь его носить, — он стоит во всем своем великолепии без рубашки, пока я раскладываю стопку одежды на комоде. По крайней мере, я начинаю привыкать видеть его полуодетым. — Ты сказала, что у тебя два купальника. Где второй?
Я прищуриваюсь, глядя в глаза Джейса, которыми он блуждает по моей груди, полоске обнаженной кожи между верхом бикини и трусиками с завышенной талией, а затем спускается к моим бедрам, которые, как я знаю, не идеально подтянуты, а вместо этого покрыты ямочками.
— Не смотри на меня так, Джейс. Я и так чувствую себя достаточно неловко без помощи твоих комментариев и выражения твоего лица.
Я имею в виду, конечно, в примерочной в магазине я знала, что купальники, которые я выбрала, не были потрясающими, но я думала, что смогу, по крайней мере, носить их. Теперь, когда Джейс смотрит на меня, у меня возникает желание прикрыться.
И я ненавижу это.
Каждый день я пытаюсь научить своих детей тому, что люди не запомнят, была ли на тебе самая крутая новая одежда, был ли ты худым или толстым. Эти мимолетные мысли приходят и уходят в мгновение ока. Но то, как вы заставляете других чувствовать себя в вашем присутствии, останется с ними надолго после того, как вы уйдете.
— Черт меня побери, — Джейс проводит руками по лицу. — Я почти поддался желанию позволить тебе думать, что ты выглядишь отвратительно, просто чтобы ты изменилась.
Джейс опускает руки по швам, и мое сердце начинает бешено колотиться, когда я узнаю в его взгляде то, что есть на самом деле.
Признание.
Возможно даже желание.
— Ты... — он обрывает себя, качая головой. — Этот цвет подчеркивает твои красивые зеленые глаза, а с распущенными волосами... — Джейс сжимает руки в кулаки и двигает челюстью, прежде чем выпаливает, — тебе не нужно меняться.