Живое оружие (СИ)

Синтия вздохнула. Она будто бы вновь разговаривала с Джулианной.
— Может и так. Когда вопросы касаются военного ремесла, моё мнение не ровня вашему. Однако, вам стоит мыслить шире. Мы не воюем. Более того, мы пытаемся не допустить войны.
— И поэтому вы хотите дать им время окрепнуть, чтобы они сами нанесли удар когда будут готовы?
— Поэтому, Легат, я хочу сесть за стол переговоров.
— С еретиками?
— Да, Легат. Еще утром эта идея казалась мне нереальной. Но после всего произошедшего… — Синтия закрыла глаза, понимая как бездушно прозвучат её следующие слова, — Из произошедшей сегодня трагедии мы можем извлечь некую пользу. Ничто так не сплачивает людей как общее горе, Легат. Сообща разгребая последствия, работая над восстановлением города — мы можем отвести внимание людей в сторону. Направить их рвение в другое, полезное всем нам русло.
Легат ухмыльнулся. По всей видимости, слова Синтии пришлись ему по душе.
— Вы очень похожи на своего отца. Говорите точь-в-точь как он.
— Спасибо… — натянуто поблагодарила принцесса. Такое сравнение не вызывало у неё ничего, кроме отвращения. К самой себе.
— Хорошо, допустим люди и вправду, забудут на какое-то время о своих глупых мыслях. Однако у них есть предводитель, и ему вы вряд ли сможете запудрить мозги. Может, прикажете Легиону разобраться с Сайрасом? Обещаю, мы постараемся сделать это по-тихому.
— Ваше “постараемся” вызывает у меня через чур много опасений. Поэтому, пока давайте не будем прибегать к крайним мерам. Если он пережил катастрофу, то я бы хотела поговорить с ним еще раз. Думаю, если Джулианна не будет мешать, мы сможем вместе решить наши проблемы.
— Словом и мечем можно достичь куда больше чем простым словом, ваше величество.
— Я понимаю. Поэтому, Легион войдет в город и поможет расчищать развалины. Будет под рукой, так сказать. На этом все. Вы свободны.
— Слушаю и повинуюсь, ваше величество. Пусть над Империей вечно светит солнце!
Отсалютовав Синтии, Легат надел шлем, и покинул кабинет. Однако, девушка недолго наслаждалась тишиной ведь спустя пару минут, в дверь постучав вошли трое.
Два уставших на вид стражника, вели под руки, паренька, лет пятнадцати, с криво вышитым на груди кругом. На щеке паренька виднелась свежая ссадина, а нижняя губа слегка посинела.
— Ваше высочество. Тут вот мерзавец мелкий, проник во дворец.
— Вижу. И по вашему мнению стоящий повод чтобы меня отвлекать?
— Простите, госпожа. Просто он начал мямлить что он посыльный, и у него для вас есть послание.
— От кого?
— От Сайраса! — прокричал паренек, за что схлопотал подзатыльник от стражника.
— Молчать, крысёныш! Будешь говорить когда тебя спросят.
“Сайрас. Значит жив таки…”.
— Вы обыскали мальчика?
— Да, нашли вот, письмо, — ответил стражник протягивая смятую бумажку принцессе.
“Я, Сайрас Нейраз, Король Нексикана, и указующий перст Отринувших, послал этого мальчика дабы он говорил от имени моего”, — было написано на сером листе. Также под этим коротким посланием стояла размашистая роспись и печать в виде пустого круга.
— Понятно, — Синтия посмотрела мальчонке в глаза. Тот тут же отвернулся, не выдержав её холодно взгляда, — Подождите снаружи. Я позову вас…
Стражники вышли, плотно закрыв за собою дверь.
— Ну? — спросила принцесса после пары секунд тишины, — И что же Сайрас приказал тебе передать?
— Эмм, господин просил передать что хочет заключить с вами перемирие, — на одном дыхании выдал мальчик, — Также он просил передать что готов встретиться с вами когда вам будет угодно.
“Даже так, — Синтия закинула ногу на ногу, смакуя эти слова. Если в прошлый раз Синтия сама пришла к Сайрасу, в надежде предотвратить кровопролитие, то теперь право выбора места и времени было за ней, и это говорило о многом,
— Похоже Сайрас понес куда более значительные потери чем я думала, раз уж он решил отдать мне инициативу…”.
— Это всё?
Мальчик кивнул, и склонился в поклоне, едва ли не под прямым углом.
— Хорошо. Благодарю за работу. Передай ему что я согласна на перемирие, и что о встрече мы поговорим позже. Вот, держи, — Синтия кинула мальчику золотую монету, которую тот ловко словил и тут же спрятал в карман, рассыпаясь в благодарностях. Синтия же позвала стражников и попросила их проводить мальчика к выходу, — Да, и ещё, я надеюсь, что по пути у него не появиться больше травм.
 
— А? Вы о синяках? Да это он таким к нам и прибежал. Мы его и пальцем не трогали, сразу к вам привели.
— Хорошо. А теперь также отведите его назад, — холодно произнесла принцесса, возвращаясь к работе.
За следующий час, дверь в кабинет открывалась еще трижды, и ни разу новости не были хорошими. Собор Даина обвалился окончательно, в нескольких частях города были замечены мародёры, а сердце герцога Вальдеса окончательно остановилось. Теперь помощь принцессе могла оказать лишь Советник Джулианна. Вот только у инквизиторши принцесса собиралась просить совета в последнюю очередь. “Уж лучше, чтобы она и дальше не приходила в себя…”.
И пока Синтия отвлеклась, обдумывая последствия кончины Вальдеса, дверь без стука отворилась.
— О, ваше высочество, вы здесь! Я так рад, что вы целы и невредимы. И вижу, вы уже вся в работе… — принцесса оторопело уставилась на Калеба, который стал носиться по кабинету в поисках чернил.
— Советник…?
— Да, да, одну минутку, ваше высочество, — сев за соседним столом, он подозвал следовавшую за ним ассистентку, и начал ей что-то объяснять, — Передашь это заместителю ректора. Миллард, вроде так его звали… Так вот…
Синтия в это время, осторожно встала, и выйдя за дверь подозвала к себе стоявшую поодаль помощницу.
— Олли, найди, пожалуйста, Маркуса. Возьмите с ним пару солдат, и ждите в гостевой комнате этажом выше.
Оливии не нужно было повторять дважды, поэтому она тут же умчалась прочь. Синтия тем временем, вернулась в кабинет, где Калеб как раз заканчивал свои пояснения.
— … он должен разобраться с аномалией, любой ценой. Слышишь? Так ему и передай. Вот, — он отдал девушке письмо и та тоже в спешке покинула комнату, — Итак, чем я могу помочь, ваше высочество?
В его широкой улыбке ощущалась легкая фальшь. Однако это было естественное его выражение лица.
— Да, знаете, есть один вопрос. Мы можем поговорить наедине?
— Да, конечно, я сейчас прикрою дверь…
— Нет, я думаю посыльные могут помешать. Знаете, некоторые до сих пор не могут прийти в себя и постоянно врываются без стука. Давайте лучшем отойдем. Этажом выше есть прелестная гостевая комната.
— Как скажете, — со все той же улыбкой произнес Калеб, галантно пропуская принцессу вперед.
Идя по коридору, Синтия то и дело оглядывалась назад. Рэджинальд, карауливший у двери, все понял без слов, и тоже направился за ними, поддерживая некоторую дистанцию. Быть может Калеб, что-то заметил. Может он даже понял, что его подозревают. Однако, принцесса решила перестраховаться. Все сейчас и вправду на взводе, поэтому, мало ли что они могли подумать, если бы её величество начала ни с того ни с сего арестовывать последнего дееспособного Советника по какому-то надуманному обвинению. А именно так все и могло показаться со стороны.
— Так в чем же вопрос, — начал Калеб войдя в комнату, но увидев внутри личную стражу принцессы, запнулся. Позади в дверном проеме тут же появилась тень Рэджинальда.
— Присаживайтесь, пожалуйста, Советник Калеб, — Синтия со скрипом отодвинула ему деревянный стул, — Думаю, я наконец-то докопалась до истинны.
— Да…? — неоднозначно спросил Калеб. С виду не скажешь, но в его голосе появились нотки тревоги, — Боюсь я не совсем понимаю, о чем вы…
 
— Садитесь, садитесь. Я сейчас объясню, — Калеб сел за стул, и косо взглянул на Маркуса стоявшего прямо позади. Его рука угрожающе лежала на эфесе клинке, — В первую очередь я хотела бы узнать, как давно вы знакомы с Герардом Керасом?