Ванька (СИ)

Под медвежьи консервы и водочку много он про лосей и медведей мне рассказывал. Всего сейчас и не вспомнишь. 
Нельзя ещё от медведя на дерево лезть. Он лучше любого человека и быстрее это делать умеет. 
Если вдвоем вы в лесу, и медведя встретили, то можно одному другому на спину забраться. Как бы больше стать. Увидит медведь, что кто-то выше его перед ним — может и нападать не будет. Забоится.
Врал ли Мишка, правду говорил — сейчас не проверишь. Один я тут… 
Медведь рыкнул. Встал на задние лапы. Как бы рассматривает меня. Ну, так мне показалось. 
Дебил! У меня же маузер есть! 
Медленно, плавно вытащил его. Большой палец сам какую-то штучку слева от курка передвинул. Потом я не раз думал, как так это у меня получилось. 
Видел где? Интуиция сработала? Генетическая память себя проявила? 
Маузер щелкнул. Медведь на это даже внимания из-за своей тугоухости не обратил. 
Если он на меня не побежит, я в него стрелять не буду. Стрелок я вообще тот. Тем более — из незнакомого оружия. Ещё и не было у меня возможности проверить — сколько там патронов. 
Мишка говорил, что медведя в голову бить надо, ну — или в хребет. Просто в тело — может, и не свалишь его сразу… 
Мне бы в тело попасть… 
Медведь что-то головой завертел. Может, смотрит — нет ли свидетелей им задуманному… 
Раз, а он уже на четыре лапы встал. Шаг, второй ко мне сделал. 
  
Глава 24
 
Глава 24 Избушка
Зверь сделал ещё один шаг. 
Тут я начал стрелять. 
Прямо в лохматую голову. 
Раз, второй, третий. 
Попал или нет — сразу и не понял. 
Я стреляю, а он идёт… 
Четвёртый, пятый раз на спусковой крючок нажал. 
Тут медведь заваливаться начал. 
Попал! 
Всё. Животное свалилось. Задние лапы я у него не видел, а вот передние что-то как бы у него ещё подрагивали… 
Подойти? Да ну его… Может он притворяется? Я приближусь, а он как вскочит! 
Назад немного отойти? Тоже не вариант. Сейчас я в него, то ли как надо попал, то ли ранил, а отойду — вообще промахнусь, если он жив ещё. 
Я решил немного на месте постоять. Посмотреть, что с медведем дальше будет. Если он вставать начнёт — снова стрелять буду. До самого последнего патрона. Знать бы только, сколько их в маузере осталось. Может уже и не одного нет… 
Медвежьи лапы перестали подрагивать. С головы кровь капала, но как-то её не много было. 
Мишка говорил, что подранка оставлять нельзя. Он потом тебя догонит. Отомстит. 
Ждал я минут пятнадцать. Не меньше. Точно сколько — не скажу, часов-то у меня нет. Внучок Ванька их ещё в деревне у меня выцыганил. Поменял я их на самогонку. Как-то вечером так мне тоскливо стало, что хоть вешайся. Вот и лишился я часов. 
Палкой какой медведя потыкать? Эта мысль мне показалась здравой. 
Недалеко тоненькая длинная валежина нашлась. Ей и потыкал. Ноль реакции. 
Всё. Дальше идти надо. Мяса я с медведя не добуду. Вон у него шкура какая. Есть у меня перочинный ножик, но не им же медведя разделывать. Что смеяться то… 
Я шёл и оглядывался. Не восстанет ли из мёртвых мой медведь? Вон, в фильмах как показывают. Убьют, вроде, человека, он лежит-лежит, а потом как вскочит и начинает врагов валить налево-направо. Мир спасет и себе девицу-красавицу добудет… 
Дооглядывался. Чуть глаз себе не выколол. Сухой веткой. 
Щёку всё же распорол немного. 
Во, непруха… 
Пока стоял, матерился, понял — что-то не то было… Глаз за чего-то зацепился. Чего в лесу быть не должно. Зацепился, но не задержался. Взгляд я дальше перевёл. 
Так. Стоим. Начинаем вокруг своей оси поворачиваться. Что-то на самой границе поля зрения это было. 
Так — пусто. Так — пусто. Вернее, не пусто, а деревья одни. Они тут автохтонное население. Должны быть. Я же что-то другое вскользь заметил. 
Так — вот. Ещё повернулся. Точно. Едва-едва видно из-за ёлок. Самый краешек. Домик, вроде, какой-то. Вернее, не домик, а избушка. Не такая, как в деревне, а просто поспать одному человеку. Не временный шалашик, а уже жильё. Крыша над головой. Может, её какой охотник для себя сделал. Угодья тут у него. Заповедные. 
 
Я осторожно начал к домику двигаться. Свой маузер опять достал. Тут же про медведя вспомнил. Богат у меня сегодняшний день на приключения. Ещё бы глаза не слипались. Медведь мне хорошо их расширил, на время сон сбил, а потом откат у меня случился. Последние пол часа я уже как зомби по лесу двигался. Как этот домик и заметил... 
Иду. После каждого шага останавливаюсь. Сторожусь. Мало ли кто в этом домике живёт. 
Кто, кто в теремочке живёт? Кто в невысоком живёт… Мышка… 
Половину пути с места, с которого я домик заметил, уже одолел. Да, скорее, это не домик, а сарайчик. В моем представлении домик крышу с двумя скатами должен иметь. В России же живём и снег у нас зимой выпадает. Тут же я вижу, что-то подобное, как у сараев бывает. На сруб сверху тоненькие бревнышки положены. На них — мох. Правильно, доски-то где в лесу взять. Не с собой же их сюда тащить. Вместо досок можно и что-то другое на плечи себе взвалить. 
Встал опять. Прислушался. Тихо. 
Да, и кому тут шуметь. Домик-сарайчик этот, скорее всего, давно заброшен. Серый какой-то он весь, дверь из тонких древесных стволиков на земле лежит. Стоит он ко мне передом, дверным проёмом, а к лесу задом. 
Что внутри — не видно. Окон нет. Солнце садиться начинает. Верхушки деревьев светило своими лучиками сейчас балует, а у земли уже сумрачно как-то стало. 
Маузер на домик-сарайчик направил и опять к нему двинулся. Ко входу подошёл. Внутрь шишку левой рукой кинул. В правой у меня — оружие. 
Не выскочил, не выпрыгнул никто из домика. 
— Эй, есть там кто? 
Говорю не сильно громко. Прибежит ещё кто на шум. 
Нет ответа. Не пискнул даже никто. 
— Эй, есть кто живой? 
Опять в проем без двери вопрос задал. 
Постоял, подождал. Снова мне никто не ответил. 
— Не пугайтесь. Вхожу. 
Зачем так сказал — не знаю. Вырвалось. 
Я вошёл. Темно. Спичку зажёг. 
Тут же как пробка из бутылки шампанского наружу выскочил. 
  
Глава 25
 
Глава 25 Фигурки 
Мля… 
Разве так людей пугать можно… 
Что за день-то сегодня такой! То одно, то другое… 
Один ноги по колено мне отчекрыжить предлагал, второй — чуть не заел до смерти… Теперь, вот испугался я как не знаю кто… 
А, по большому счёту, что, пугаться-то было. Просто неожиданно всё произошло. Ну, подумаешь — умер человек. 
На лежанке в избушке я увидел труп. Вернее, что от него осталось. Мышки-норушки или ещё там кто, жучки какие, голову умершему всю объели, и сейчас из-под чьей-то шкуры, которую покойный вместо одеяла использовал, череп белел. 
Что, я черепов не видал? На анатомии, сколько их через мои руки прошло… Зачёт по костям черепа только с третьего раза сдал… 
Но, всё же, на кафедре череп и в лесу — вещи разные. 
Обломилось мне этой ночью под крышей выспаться. Ну, так-то можно останки с лежанки убрать и самому на нее завалиться. Но, как-то это… 
Я несколько раз глубоко вдохнул-выдохнул. Головой круговые движения поделал. От увиденного в избушке у меня что-то настроение испортилось. А, оно, до этого самого момента хорошее было? Три раза ха-ха. Просто расчудесное… 
Что сейчас делать-то? 
Есть хочется. 
Спать хочется. 
Голову надо на ночь в безопасное место приткнуть… 
Я время от времени до сих пор не прекратил прислушиваться — не идёт ли за мной по пятам вернувшийся в мир живых медведь? Как-то я его больно ловко ухайдакал. 
Это Мишка со свои отцом — браконьеры с младенчества. Медведей в глаз бьют… Нет. В глаз — это белок. Ну, просто — бьют. Я же раньше даже суслика какого жизни не лишал, а тут сразу — медведя…