Торговец плотью [= Торговец живым товаром]

Если уж быть точным, Лео не говорил ничего подобного, но Шарки, похоже, грубая лесть пришлась по душе.
— Да? Он так высказался?
— Конечно. Мы с Лео неплохо поладили. Он объяснил мне, что даже не представляет себе, на кого он работал бы с большим настроением. Ну, в общем, он и приучил меня к этой мысли.
Кивнув, Шарки спросил:
— Слушай, малыш, ты как насчет выпивки?
Тони замешкался с ответом. Уж очень не хотелось ему произвести с самого начала плохое впечатление. Он колебался: пить или не пить с этим типом? Наконец — а, была не была — решился:
— Спасибо. Не отказался бы от стаканчика. Я видел ваш бар в субботу, когда был здесь. Шикарная штука.
Шарки громко закричал:
— Джинни! Эй, Джинни!
Она появилась в дверях, и Шарки попросил ее приготовить пару напитков для себя и «этого малыша».
Джинни тут же поправила его:
— И один для меня. Ну как, мистер Ромеро, вы уже стали сводником?
— О господи, — простонал Шарки. — Ты еще, со своим поганым языком.
Рассмеявшись, Джинни вышла, вернулась вскоре с напитками и села, в другое кресло. Потягивая из высокого стакана, Шарки наставительно говорил Тони:
— Вот что я скажу, Ромеро. Вижу, тебе чертовски хочется поработать. Я дам тебе такую возможность. Сегодня ночью отправишься в обход вместе с Лео. Он посетит некоторые дома, и ты с ним. Я не собираюсь платить тебе за урок. Лео объяснит, что следует делать, и ты будешь исполнять, что он скажет.
— С радостью, мистер Шарки. Я очень ценю предоставленный мне шанс. И готов на что угодно.
Шарки осушил свой стакан и повернулся к Джинни:
— Налей-ка мне еще. — Потом обратился к Тони: — Будешь стараться, получишь даже небольшую оплату. На этом все. Мне нужно еще поработать.
Тони встал, догадываясь, что Шарки собирается поработать с бутылкой.
— Огромное спасибо, мистер Шарки, — сказал он. — Я очень благодарен вам.
Шарки благосклонно кивнул, и Тони вышел из кабинета.
Джинни смешивала коктейль в баре. Он подошел к ней, сжал руками ее талию и тихо проговорил:
— Спасибо, милая. Я практически в деле.
— Я тебе звякну, — пообещала Джинни.
Тони готов был приплясывать от радости, но, не говоря больше ни слова, вышел из квартиры. Спускаясь в лифте, он продолжал довольно дыбиться. Похоже на то, что он просунул-таки свой ботинок в приоткрытую дверь. А теперь пора собирать компромат на Френка Элтери.
 
Глава 4
Френк Элтери оказался весьма крутым типом, но Тони вышел с честью из стычки с ним.
Тони, разумеется, не мог предугадать, чем все обернется, когда после делового свидания с Шарки вернулся в свой отель, но самоуверенности ему не занимать, и он уверовал, что с первых шагов немало преуспел. Позвонив Лео, он уговорился с ним встретиться в семь часов вечера и пропустить по стаканчику в «Святом Франциске». Потом они сели в новехонький «олдсмобил» Лео и поехали на первую точку.
На Ван-Несс Лео повернул на север и оживленно заговорил:
— Ну, парень, вот уж не думал, когда впервые увидел тебя у Шарки, что ты будешь сопровождать меня. А что тебе сказал Эл?
— Не много. Объяснил, что ты покажешь мне, что к чему, можешь поручить мне что-нибудь по своему усмотрению. Куда мы сейчас?
— В небольшое заведение на Пасифик. Тридцать десятидолларовых девочек. Видишь ли, Тони, у меня сорок точек. За одну ночь я объезжаю восемь из них, а два дня отдыхаю, бездельничаю, можно сказать.
— Через твои руки должно проходить порядком наличности, Лео.
— Еще бы. Поэтому я и делю заведения на пять ночей. Не хочу таскать с собой мешок деньжищ. Слишком тут много парней, которые были бы не прочь пощупать меня.
Тони задумался, даже нахмурился. Раньше ему не приходила в голову мысль о риске в его работе.
— И сколько намечаешь собрать сегодня ночью? — поинтересовался Тони.
Из внутреннего кармана пиджака Лео достал сложенный листок бумаги и протянул его напарнику. На нем были записаны названия восьми заведений и суммы, которые предстояло получить в каждом. Рядом с адресом первого дома проставлено число «124».
 
— И что сие значит, Лео? Эти один-два-четыре?
— Двенадцать тысяч четыреста. Мы заберем половину этой суммы в первом доме. Там показаны суммы и по другим объектам. Понимаешь, эти суммы получены через Шарки — к нему стекаются сведения со всех точек. Они ведут свою бухгалтерию, естественно, и Шарки знает, сколько мы должны собрать в качестве доли организации.
— Так ты снимешь столько бабок в одном только доме?
— Точно, шесть тысяч двести — наши законные пятьдесят процентов. Прикинь сам. В доме ведь тридцать десятидолларовых девочек. Такой получается половина дохода за всю неделю, включая прошлую ночь. Неплохая, согласись, неделька.
Тони быстро сложил в уме остальные цифры.
— Бог мой, — пробормотал он, — значит, сегодня мы ночью соберем более двадцати четырех тысяч долларов?
— Двадцать четыре тысячи триста баксов.
— А если кто-то решит все же грабануть тебя?
— Тот, кто соображает, не осмелится на такое. Все, у кого в городе свой бизнес, знают, что мы пашем на Шарки, ну и на Анджело. Есть у нас и свои копы. — Лео помолчал. — Если же какой-то забулдыга решит, что мы легкая добыча, его есть чем угостить. — Лео сунул руку под пиджак и бросил что-то на колени Тони.
Тони осторожно взял в руки эту тяжелую штуку — кольт 45-го калибра, — и у него вдруг перехватило дыхание, когда он представил себе, что случилось бы, если кто-то и впрямь попытался бы потребовать у них выручку. Он с трудом сглотнул и пожал плечами. Черт, такова часть работы, себя-то нечего обманывать. Когда у тебя столько бабок, приходится принимать меры предосторожности.
И все же Тони был потрясен, узнав, что Лео носит пушку.
Лео ему симпатичен. С самого начала Тони подстроил «нечаянное» знакомство с Лео как раз в надежде использовать его в своих целях. Теперь же парень начал ему просто нравиться. И все же Тони даже не подозревал, что этот приятный низкорослый малый носит оружие.
— Лео, тебе приходилось уже пользоваться этой пушкой?
— Однажды полез на меня какой-то дурик. Не выгорело, я сумел спасти бабки.
Лео не стал распространяться об этом случае, а Тони невольно обратил внимание, что он бессознательно поднял руку и потрогал правую сторону нижней челюсти. Еще при первой встрече с Лео Тони заметил небольшой красный шрам на подбородке, но ничего не сказал ни тогда, ни сейчас. Захочет Лео, сам расскажет.
Тони откинулся на спинку сиденья, рассеянно следя за дорогой, сегодня у него начало складываться несколько иное представление об этом бизнесе, нежели из рассказов Марии.
Стараясь говорить небрежно, он спросил:
— А на других нападали?
— Один раз на Элтери. Какой-то чувак оглушил его и забрал около тридцати штук. Часть даже в чеках — всегда бывает несколько чеков.
— А тот сукин сын скрылся?
— Ага. — Лео прижался к тротуару и добавил: — Первая остановка, Тони. Пошли.
Они вылезли из машины и пошли к дому. Это было старое, построенное лет семьдесят — восемьдесят назад, двухэтажное здание, отстоявшее от тротуара футов на сорок. Выглядит оно вполне пристойно, подумалось Тони. В доме было темно, словно все его обитатели спали. Они поднялись по ступенькам, и Лео позвонил. Открыла им служанка-негритянка, которая заулыбалась, увидев своего:
— Заходите, мистер Лео. Этель ждет вас.
Они вошли в длинный холл, протянувшийся до задней стены дома. Проходя мимо открытой слева двери, Тони заглянул внутрь и увидел просторную, хорошо обставленную комнату, в которой находилось двое-трое мужчин. Женщина в сером сатиновом халатике сидела на диване рядом с молодым человеком, положив руку ему на колено. Тони заметил еще двух женщин прежде, чем они прошли по холлу в небольшую комнатку справа.
В ней стояли кушетка, три кресла и туалетный столик, загроможденный косметикой и духами; ее заполнял сладковатый, почти тошнотворный запах. Этель оказалась миниатюрной женщиной лет под пятьдесят. Не вызывало сомнений, что это мадам, а не одна из девочек. Она сидела за туалетным столиком и, глядя в зеркало, подрисовывала черным карандашом брови, но тут же встала и повернулась к вошедшим Лео и Тони.