Семья по контракту (СИ)
— Теперь я виновата, — закричала она, — кто говорил, что ненавидит вечно сопливых и орущих детишек. Хорошо ты выкрутился из ситуации, нашел себе девку с прицепом.
— Настя, а не ты говорила, что дети мешают радоваться жизни.
Она замолчала. Ей было нечего сказать — дети ее больное место. Папа постоянно требовал от нее внуков. Настя только отмахивалась. Я помню, как она мне призналась, что ненавидит детей.
— Девчонка с тобой спит за деньги, — Настя решила увести разговор в другое русло.
— Прекращай, ты только об это и думаешь!
Настя опять замолчала. Видимо решала поверить или нет. Мне повезло, что Куколка живет у меня с Бесенком. Если Катя была одна — я бы пропал. Настя знала — я не люблю детей и никогда не влюблюсь в девушку с прицепом.
— Макаров, скажи честно, ты меня обманываешь?
— Даже не думаю этим заниматься. Мне нужна сделка, а Старик доверяет только семейным людям. У твоего папы есть жена, и даже дочь — Настя. У меня никого нет. Да девушка с ребенком живет у меня. Куда я их поселю к тебе? Перестань ревновать. Да она прокатилась с моим стилистом. Это девочка провинциалка, мне надо было ее переодеть. Настя ты знаешь, как я отношусь к дамочкам с прицепом. Перестань дуться, как все закончится, мы с тобой поедем отдыхать.
— В Италию? — спросила она.
— Поедем в Италию.
Настя снова замолчала. Она всхлипывала, наверно, представила, как нарожает мне детей, и они будут носиться по моей квартире. Если она прочувствовалась, значит отошла.
— Ладно, Макаров, я сделаю вид, что поверила. Но это тебе не сойдет с рук.
— Конечно, моя любовь, целую.
Я положил трубку и выдохнул. Как я от нее устал. Надеюсь, Настя пропадет с радаров до конца сделки и не будет меня доводить до бешенства. Я развернулся в сторону выхода и в дверях увидел Катю.
— Ты все слышала? — спросил ее я.
Это был глупый вопрос. На ее лице было все написано. Она стояла с заплаканными красными глазами. Катя мне ничего не ответила, только сильно хлопнула дверью. Оставив меня одного в комнате.
16 Глава
Катя
— Дамочка с прицепом, — я была ошарашена от его слов. Теперь понятно кто я для тебя — дамочка, с которой можно переспать, заплатив пару купюр и выкинуть на улицу. Конечно, я не мечтала поехать с ним отдыхать в Италию, но и не думала, что он вытрет о меня ноги.
Я расплакалась, побежав в комнату. Хорошо, что Алиска ничего не поняла. Она сидела на полу и рисовала фломастерами. Я легла на диван, прикрывшись одеялом. Мне было настолько обидно, что хотелось собрать вещи и уехать. Все мое тело тряслось, я пыталась себя успокоить.
— Это просто работа, — сказала я, — ты прекрасно знала, что не надо было влюбляться. Я согласна, но зачем меня оскорблять.
В это время раздался стук. Дмитрий появился в комнате и увидел меня заплаканную, смутился.
— Может ему стало стыдно? — Подумала я наивно, — конечно нет, он переживал о сделке, а на нас ему плевать.
— Пойдемте, поедим, — он выдавил из себя и закрыл дверь. Я не в силах больше сдерживать слезы разрыдалась. Как я доверилась этому человеку? Ведь Дмитрий заботливый и внимательный, дарил подарки, искал Буку под кроватью. Я, конечно, не считала его поведение искренним, но как он относился к нам — переубедили. Мне казалось, что это признаки любви, по крайней мере уважение к нам, но он оказался лицемером.
— Почему ты плачешь? — спросила Алиса, подбежав ко мне.
— Ничего, все хорошо, пойдем есть, — сказала я, вытирая слезы.
Алиску не проведешь, она сразу поняла. Мне пришлось ее успокоить. Сказать, что все хорошо, просто устала. Я много наговорила ей разного вранья. Хотя с раннего рождения хотела быть ей подругой. Как мы будем дружить, если я ей лгу?
— Тебя злой дядя обидел? — спросила она. Я не могла ей соврать, но мои губы сами сказали:
— Нет, я устала, пойдем есть.
Она кивнула и взяла меня за руку. Алиса стала совсем большой. Дочка все поняла или мне так показалось. Мы с ней молча побрели на кухню, где сидел Дмитрий. Он не обратил на нас внимания и продолжал есть. У меня все внутри кололо. Мне хотелось сесть напротив него и спросить:
— Зачем ты притащил нас сюда, снял бы нам отель? Или твоя цель была переспать со мной, после отправить домой на первой электричке.
Я это ему не сказала. Потому что дура! Я себя порой ненавидела за свою нерешительность. Мы сели с дочерью за стол. Алиска моментально уплела весь ужин и громко закричала:
— Иду играть!
Она выскочила из стола и растворилась в коридоре, оставив нас вдвоем. Я к еде так и не притронулась. Мне было противно находится с ним, и я решила встать.
— Катя, — прервал молчание Дмитрий, — давай я тебе все объясню.
От его слов у меня мурашки пробежали по коже. Он на меня и правда сильно воздействует. Глупая замечала в нём только плюсы, не разглядев не один его минус. Сейчас каюсь за такую слепоту.
— Катя, — сказала я сама себе, — этот человек нарцисс, он любит и видит только себя. Ты помнишь, как он разговаривал со своей девушкой или не знаю кто она ему? Он ей врал. На какое отношение ты к себе рассчитываешь? Катя ты Дмитрию вообще никто.
— Прошу ничего не говори, — тихо сказала я и закрыла глаза. Мне не хотелось слушать его ложь. Он готов ради сделки наболтать все что угодно. Я поняла вешать лапшу на уши он мастер.
— Пойми Настя моя бывшая девушка, — он продолжал говорить, несмотря на протесты, — ее папа главный мой конкурент. Мне приходится с ней общаться, чтобы ее папаша не разрушал бизнес. Меня спасет от них только сделка.
Если честно, зачем он мне все это говорит? Я знала, что он врет, видно по его черным глазам.
— Я не хочу есть, — сказала я, и встала из стола. Мои ноги затряслись, и я поняла — не дойду до выхода. Мне хотелось разрыдаться и упасть. Не думала, что этот человек так много для меня значит. Мое тело отказалось уходить. Я не могла оставаться и тем более падать перед ним на колени и рыдать. Мне уже хватило унижений, что прозвучали из его уст. Теперь я хотела отдохнуть и быстрее убраться отсюда.
— Катя, — он позвал меня. Я обернулась, взглянув в его черные глаза. В них не было ни капли сочувствия, — я надеюсь наш конфликт не повлияет на сделку?
— Нет, Дмитрий Петрович, — официально сказала я и вышла из кухни. По моим щекам потекли слезы.
Я дошла до комнаты, что нам выделил Дмитрий, и закрыла дверь. Алиса читала книгу. Я легла на диван и пыталась себя отвлечь, сначала пролистала ленту в социальной сети. Мне как назло попадались счастливые подружки с мужьями. Их довольные лица меня бесили. Я отложила телефон и посмотрела на потолок.
— Дмитрий Петрович, не переживайте я сыграю роль Вашей жены, — сказала я про себя и у меня опять потекли слезы.
Утром я приготовила ему завтрак. Он вышел в своем халате, и поинтересовался: «как дела?». Мне хотелось его послать куда подальше, но я вежливо ответила, — «все хорошо». Дима поел и оделся. Я наблюдала за ним, стараясь не расплакаться. На пороге квартиры он решил меня поцеловать, но я отвернулась:
— Не надо.
Он ушел, я разрыдалась. Мне повезло, что Алиска спала и ничего не слышала. Я села на пол в углу коридора и закрыла лицо руками. Самое обидное, что я в него втюрилась. Это было понятно, когда он хотел меня поцеловать, все мое тело задрожало. Каждая клеточка организма требовала его поцелуй. Мне пришлось с трудом сдерживать себя.
Весь день раздавались звонки. Я получала от него разные инструкции, как себя вести. Если коротко — мы должны с Алисой молчать.
— Катя, прошу тебя, — повторял он бесконечно по телефону, — следи, чтобы Алиса ничего не ляпнула. Нам нужно продержаться всего сорок минут.
— Хорошо, — сказала я, желая поскорее положить трубку.
— Прошу не обижайся на меня, — он это повторял каждый раз, когда звонил. Я отмалчивалась. Теперь он мне был противен, я его вынужденно слушала, пока он не отключался. Через полчаса он звонил опять. Новые инструкции, проработка вопросов. Я говорила: «да и поняла» практически на автомате. Как заведенная игрушка соглашалась с ним. Он пытался извиниться, был со мной максимально мягок. Я не знала, что так можно стелиться под другого человека. Видимо кормление Буки был образцовым ходом. Я думала… Наверно это ему стоило тяжких трудов лезть под диван и кормить воображаемого друга. Надо было с Алиской притащить десяток уличных котов. Я бы посмотрела на реакцию.