Каникулы бога Рандома (СИ)
— Боги, — женщина коснулась рукой, обтянутой сморщенной кожей, лба. — Старческий маразм. Вашей маме невестка, случайно не нужна? Поверьте, я — очень перспективная партия, так как достаточно состоятельна и дышу на ладан, — она захихикала.
«Рандом, она же тебя клеит, — захихикал Игорь. — Ей же лет сто, не меньше».
«Не меня, а тебя, — поправил я его. — Будешь выделываться, и это у неё получится».
«Молчу, молчу».
— Не наговаривайте на себя, — произнёс я, мягко улыбаясь и заодно удостоверяясь, что печати Смерти на ней нет. Та, словно забыла о моей собеседнице. — Вы ещё ого-го! По вашему виду могу сказать, что уже, как минимум, трое не дождалось, пока вы оставите им своё состояние.
— Вообще-то пятеро, — хохотнула старуха и закрыла рот веером, хотя я успел заметить, что зубы её были в идеальном состоянии. — Но такая лесть моему возрасту мне приятна, продолжайте, юноша, и я влюблюсь в вас, как девчонка.
— А наша девчонка, кстати, — вступила в разговор Эльвира с улыбкой до ушей, — моя хорошая подруга. Графиня Жозефина Павловна Зубова.
— Жозефина Павловна? — переспросил я, едва сдерживая смех. — Серьёзно?
Графиня кивнула с видом, полным достоинства.
— А ваши родители были знатными троллями, могу я вам доложить, — мне реально хотелось заржать в голосину, да и лёгкая обстановка вокруг соответствовала. — Так обозвать любимую дочь.
— Что есть, того не отнять, — согласилась Жозефина Павловна с доброй улыбкой на лице. — Но зато они оставили меня с редким именем и с миллионами личного капитала.
— Туше́, — я поднял руки ладонями вперёд. — Тут вы меня уделали.
— Вот видите, — произнесла она наставительно. — Благозвучность имени не гарантирует финансовую состоятельность.
— Графиня Зубова, кстати, — проговорила Эльвира, положив руку на плечо старушки, — действительно завидная невеста. Её состояние по некоторым оценкам…
— Что ты, моя хорошая, — перебила её старушка. — Не стоит об этом при первом знакомстве.
— Действительно, — кивнул я, уже находясь в восторге от графини, которая в этот момент достала из ридикюля огромный мундштук, вставила в него тонкую сигарку и закурила. — А то ещё не удержусь, — хохотнул я.
— А ты не держи себя, не держи, — подбодрила меня Жозефина Павловна. — Партейку?
— С вами? — произнёс я, оглядывая взглядом остальных присутствующих. — С удовольствием.
— Эй, молодняк! — крикнула графиня обернувшись. — И остальные кошёлки старые. Давайте в кучу, красавчик княжич нашёлся!
На её возглас к нам приползло несколько реликтов, которым, несмотря на это, всё равно было меньше, чем Зубовой. И мы начали партию по мелочи. Хотя, конечно, для кого-то начальная ставка в десяток тысяч показалась бы весомой.
Через час с небольшим все деньги старушек перекочевали ко мне. Я понимал, что мне потребуются все возможности, чтобы выйти сегодня отсюда победителем. Но они не выказывали никакого беспокойства по этому поводу, а, скорее, наоборот, светились от счастья.
— Знаешь, — проговорила мне графиня доверительным тоном. — Впервые за пять миллионов я получила от молодого мужчины только моральное удовлетворение, — и она хихикнула в руку.
— Какие ваши годы, Жозефина Павловна, — сказал я, глядя на одуванчик её седых волос. — Ещё получите!
— Ох и не знаю, молодой человек, не знаю, — ответила та, но всё с прежней улыбкой. — Лучше поделитесь, как вы так хитро нас обставили? Уж не мошенник ли вы часом? — она игриво ткнула меня локтем в бок. — А то поиграем в хорошего и плохого полицейского, а?
— Я смотрела, — со смехом наблюдая за игрой престарелой графини, ответила Эльвира. — Наш молодой княжич ни разу не допустил нечестной игры.
— Да знаю я, знаю, — отмахнулась та. — Но не может же так везти!
— Может, — я легонько кивнул и перешёл на свой самый доверительный тон. — С недавних пор я молюсь богу Рандому. И мне везёт практически во всём. Попробуйте! Только искренне. И вот увидите, всё наладится. Может, даже замуж выйдете!
— Рандом, — попробовала она на языке непривычное слово. — Что ж, обязательно помолюсь. Надеюсь, мне повезёт.
— Обязательно, — ответил я и встал из-за стола.
И только я это сделал, как из соседней комнаты донёсся горестный голос Туманова-старшего:
— Да как так-то⁈ Я должен был выиграть!
Глава 15
Несмотря на все заверения Лаки, Попадос всё-таки решил взглянуть на то, как Рандом мучается в парализованном теле. Говоря откровенно, он Попадосу уже давно стоял поперёк горла, а тут и вовсе захотелось Рандома развоплотить окончательно.
Но богов убить не так просто даже другим богам. Поэтому для начала его надо поместить в смертное человеческое тело.
Взглянув на Землю и конкретно на Рандома, Попадос пришёл в ярость.
Мало того, что тело, в котором находился его обидчик, ничуть не было парализовано, а скорее, наоборот, радовалось жизни. Так ещё на Рандоме ясно виднелся поцелуй Удачи.
— Ах ты, сучка крашенная, — пробурчал Попадос себе под нос. — Говоришь, что капризная и можешь отвернуться? А сама поворачиваешься в одну и ту же сторону? — он буквально кипел от ярости. Настолько, что почти не мог себя контролировать. — Вижу, как ярко горит твой лайк! Ну что же, тогда я уравновешу его Дизлайком!
И где-то в глубинах подземелий под Олимпом раздался страшный вой.
* * *
Покер!
Как же я люблю атмосферу этой игры. Столы с зелёным сукном, шелест карт и голосов, тихая классическая музыка… Но при этом все друг друга подначивают и подшучивают над проигравшими. Выпивают жидкость разной крепости, которая зачастую зависит от размера ставок. Хлопают девиц по всяким выпирающим местам.
Одним словом, отличная атмосфера, как по мне.
Итак, отец Туманова слил двадцать миллионов, на которые думал отыграть долг, но у него оставалось ещё сорок. И он поплёлся менять их на фишки. Вот же неугомонный. Видишь же, что не прёт, остановись! Но нет, пока не проиграется в пух и прах, не прекратит.
Эльвира Оболенская, видя, куда я иду, отвела меня за колонну и прижала к ней.
— Послушай меня, — никаких непристойностей, хоть я был и не против, а предупреждение. — К Минееву за стол не садись! У них там уже отработанная схема, сначала дают выиграть немного, а затем раздевают до нитки.
— И все об этом знают? — спросил я, удивлённый её откровением. — И молчат?
Она пожала плечами, отпуская меня, но не выходя из-за колонны.
— Постоянные игроки знают, — тихонько сказала она. — И многие предпочитают играть за другими столами либо с минимальными суммами. Либо, как твой отец, ставят раз за разом, надеясь выиграть. Но вот эта троица: Минеев, Котенин, Барк — они выигрывают всегда, если речь идёт о приличных ставках.
— Не понимаю, почему сюда вообще ходят, — я по-прежнему не понимал логики. Ну если ты знаешь, что тебя обманут, зачем же туда идти? — Куда власти смотрят?
— Да они сами в своём роде власть, — грустно усмехнулась репортёрша, а затем посмотрела мне в глаза. — Идти против них бесполезно, а с остальным… Не знаю, такова уж человеческая психология. Некоторым хочется, чтобы их обманули.
— Что ж, — ответил я, ободряюще похлопав Эльвиру по плечу. — Тем интереснее будет игра. Я же говорю, бог Рандом не даст меня в обиду и позволит выиграть!
* * *
С первой же игры Минеев и сотоварищи взяли банк в шестьдесят миллионов. А это значит, у них самих должно было быть не меньше. Итак, на троих у них сто двадцать миллионов юнитов, а у меня что-то около двадцати пяти. Изначальная диспозиция не очень, если честно.
Впрочем, у меня был ещё козырь в рукаве, если можно так выразиться. Да и чего там только не было.
Но я собирался играть предельно честно. Ровно настолько, насколько это возможно.
После игры освободилось три места. Я занял своей именной карточкой приглянувшееся мне, между Барком и отцом.