Дважды укушенная (ЛП)

Это дает мне минуту паузы, когда мои глаза движутся от Дав к Эрику.
— За свои почти двести лет я никогда не встречал вампиров-близнецов. Все наши чувства усиливаются, когда мы обращаемся, и я не понимаю, почему ваша связь стала бы исключением. Вы двое разделяете то, что большинство людей никогда не получают с другим человеком, так что было бы логично, если бы и удинственную, — и вздыхает, когда начинает идти в ногу.
— Я должен быть честен с вами двумя, — говорит он, останавливаясь на своём пути, чтобы встретиться с нами. — Я не знаю, сработает ли это. Это может быть единственной вещью, которая может разорвать вас на части. Но я знаю, что если вы не дадите этому шанс, то пожалеете о том, что будет дальше.
— Что это? — Спрашивает Эрик, и я боюсь ответа.
— Из того, что я читал о ревности к парам, вы можете в итоге убить друг друга, если почувствуете, что ей грозит опасность. Но я не знаю по собственному опыту, что значит иметь пару, так что я могу только догадываться, на что вы пойдете ради своей второй половинки.
— Нет ничего, чего бы я не сделал, чтобы защитить мою Джульетту, — просто говорит Кейн, но слова наполнены смертельным умыслом.
Только тогда Дав издает звук с дивана, и мы с Эриком пробегаем мимо Бишопа на её сторону.
— Не садись, — мягко говорит Эрик, когда она пытается двигаться. — Мы думаем, ты ударилась головой.
Он тянется, беря одну её руку, пока я хватаю другую в свою.
— Как ты себя чувствуешь? Голова кружится?
— Пойду принесу лёд, — говорит Эрик, и уходит прежде, чем я смог предложить сделать то же самое.
— Что случилось? — спрашивает она, её голос мягкий, как кошачьи лапки. — Где Эрик? — Мое сердце разбивается, когда она ищет его, но, к моему удивлению, она подтягивает мою руку ближе к себе. — Эзра, ты поймал меня?
— Да, конечно, поймал. — Я потираю губы поперек её костяшек, нужно подойти ближе, и как раз тогда Эрик возвращается со льдом.
Дав протягивает к нему руку, когда он прикладывает лед к её голове и осматривает её.
— Позвать ли мне врача? — спрашивает Бишоп, все ещё находится поблизости.
— Нет, похоже это маленькая царапина, — говорит Эрик, убирая волосы с её лица. — Думаю, она потеряла сознание из-за страха. Ты все ещё боишься нас? — спрашивает он Дав, и мы оба ждем её ответа.
— Думаю, теперь я в порядке. Я больше боялась умереть, чем вас двоих. Прямо сейчас я думаю, что просто умру от смущения. — Её щёки расцветают розовым цветом, и мне тоже не терпится провести там губами. — Может, мне лучше уйти.
— Нет! — Мы с Эриком кричим одновременно.
— Я имею в виду, мы хотим убедиться, что с тобой все в порядке, — спешит сказать Эрик и я киваю.
— Мы должны позаботиться о тебе. Это меньшее, что мы можем сделать. — Я не отпускаю её руку, пока она сидит и осматривает комнату. — Осторожно, не двигайся слишком быстро.
— Спасибо, — говорит она и смотрит вниз на наши объединенные руки, но не двигается, чтобы разлучить нас.
— Привет, Кейн. Рада снова тебя видеть, — говорит Дав, когда смотрит на него снизу вверх. — Похоже, мы всегда так встречаемся.
— Я скажу Джульетте, что ты здесь, — говорит он, поворачивается и выходит из комнаты без единого слова. Удивительно, что её не было с ним. Он никогда не отпускает её далеко от себя.
Бишоп вздыхает и качает головой.
— Больше никаких фейерверков, вы двое, — говорит он, глядя на нас. — Я возвращаюсь домой. Если я тебе понадоблюсь, просто позвони, но перестань раздражать Делорес. Она так взволнована, а я не выношу звук её голоса. — Он выходит из комнаты, зовет Кейна, но здоровяк уже, наверное, на полпути домой.
— Я и не думала, что будет так легко очистить комнату, полную вампиров, — говорит Дав, и мы с Эриком пялимся ей в глаза.
— Ты знаешь, кто мы? — спрашиваю я, интересно, как это возможно.
— Я знаю много чего, — говорит она и делает паузу, когда смотрит вниз на свои руки. — Кое-что не хотела бы.
— Давай начнём с малого, — говорит Эрик, двигаясь, чтобы сесть на диван рядом с ней, пока я становлюсь на колени перед ней возле дивана. — Мы знаем, что ты следила за нами, но мы не знаем, почему.
— Мне были любопытны вы двое, — признается она, пожимая плечами. — Вообще-то, мне была любопытна вся ваша семья после того, как Джульетта и Кейн сошлись. Потом я заметила вас двоих и, наверное, стала очарована.
— Значит, ты знаешь, кто мы, но как далеко заходят твои знания о вампирах? — Я говорю, как только чувствую след её пальца на внутренней стороне запястья. — Ты знаешь, что у нас бывают пары?
— Знаешь? — её голос острый и она сужает глаза, но её хватка только затягивается. — Мне казалось, Бишоп сказал, что эта женщина — твоя домработница. — Она смотрит вокруг, как будто ждет, что кто-то появится. — Это Равана? Вы оба её разделяете?
Теперь вопросы обращаются к нам, и внезапно я понимаю, что мой гнев и ревность, которые были раньше, начали утихать. Я теперь смотрю на Эрика не как на врага, а как на союзника. Может ли это означать, что связь между нами ослабевает, или она каким-то образом превращается во что-то другое?
— Равана? — Эрик спрашивает, пытаясь не смеяться. — Она наша сестра, и она спарилась с Валеном. Думаю, он бы вырвал нам глотки за то, что даже упомянул о спаривании с ней.
Дав расслабляется, и её улыбка снова сияет. Я открываю рот, чтобы задать ей ещё один вопрос, когда её живот громко урчит.
Прямо в этот момент Джульетта поднимается по лестнице с Кейном, а в руках у неё корзина с едой. Она какая-то ясновидящая?
— Дав! — Визжит она, когда подходит к нам и пытается обнять свою подругу.
Нам с Эриком приходится уйти с дороги, когда они обнимаются. Я смотрю ему в глаза, а он кивает, и тогда вся прежняя неприязнь угасает. Это возможность, на которую мы надеялись, и теперь я вижу, как она отражается в его глазах. Может, это то, о чем мы мечтали?
Будет, если мне будет что сказать по этому поводу.
Глава четвёртая
Дав
Я обнимаю Джульетту, и замечаю, как сильно по ней скучала. Это может быть потому, что я нахожусь в эмоциональной перегрузке, и она единственный человек, которого я на самом деле знаю, но она всегда была так добра ко мне. Мы никогда не были очень близки, но, если честно, она была моей первой настоящей подругой. Она не ходила в мою школу и не знала меня как жуткую девчонку из морга. Она обращалась со мной, как с нормальным человеком, и я, наверное, была груба с ней, если вспомнить. Я не привыкла быть общительной и не умею обращаться с людьми своего возраста.
— Извини, что меня не было рядом, — говорит она, отступая назад, даря мне тёплую улыбку.
Она так счастлива, и выглядит так, будто светится. Она всегда была милой и легко улыбалась даже в тяжёлые времена. После того, как она переехала из моей комнаты в общежитии, она не сказала об этом в школе, так что они не заполнили её место. Она отдала мне комнату, что было редкостью. Я думала, что мне понравится это место, но я ошибалась. Теперь я избегаю комнаты в общежитии, пока мне не приходится спать. Я в основном в библиотеке или в доме моего дедушки.
— Я не видела тебя в школе, — отвечаю. — Я вроде как скучаю по тебе.