Мои три желания (СИ)

— Достаточно, только вряд ли это можно назвать помощью, — усмехнулся джинн своим мыслям.
— Разве ты не помогаешь людям?
— Помощь бывает разная. Например, однажды лампа попала в руки 50-летнему господину. Узнав о своем несказанном везении, он очень обрадовался. Нормальная реакция, кстати. — Джинн подмигнул мне.
«Это намек на мою неадекватную реакцию?!»
— Чего может хотеть человек в 50 лет? Благополучия своим детям, внукам, а также спокойную жизнь, — рассуждала я, представляя себе человека солидных годов с сединою на висках.
— Ты слишком наивна, — упрекнул меня джинн. — Первым его желанием стал развод с третьей женой без раздела имущества, т. е. он хотел забрать все, хотя у него в браке оставались двое несовершеннолетних детей.
— Как? — я ахнула. — Подло и очень цинично!
— Да. Вторым — иметь много денег, третьим — бесконечное количество доступных женщин.
— Мне жаль его. Потратил свои желания на такую белиберду, — фыркнула я.
— Ты правда так считаешь? — Алан заглянул мне в глаза. Медовые радужки его глаз расширились. Не в состоянии оторвать взгляда, я начала тонуть в них. Каждый раз оказываясь в их плену, окружающий мир переставал для меня существовать. Я не заметила официантку, которая подошла слишком тихо, словно возникнув из ниоткуда.
— У вас все хорошо? — спросила она.
— Что? — спохватилась я. — Да, да. Эм… я разговариваю по наушнику.
— Ваш заказ, — девушка поставила передо мной чайную пару, дымящий чайничек и чизкейк, от вида которого моментально потекли слюнки. И вторую пустую чайную пару с десертом перед Аланом.
— Приятного дня. — пожелала она и удалилась с пустым разносом.
Разговаривая с Аланом, краем глаза я заметила косые взгляды в нашу сторону. Меня это даже забавляло. Одна женщина, сидящая через столик, кидала быстрые взгляды в нашу сторону и что-то говорила своей знакомой. Я закатила глаза. Порой, я не понимала людей, позволяющих вести себя слишком бестактно по отношению к другим. Не моргая, джинн с легким прищуром наблюдал, как я демонстративно заправила прядь волос за ухо с наушником, открывая его окружающим. В его глазах что-то мелькнуло, всего секунда и он дальше продолжал наш разговор.
— Мы можем уйти, — предложил он, тоже заметив открытый интерес посетителей в нашу сторону.
— Я уже говорила, мне все равно, о чем подумают люди, — улыбнулась я. — Наш мир так устроен, общественное мнение порой слишком давит морально, поэтому стоит для себя выбрать оптимальный способ защиты. А лучший способ избежать давления — абстрагироваться.
— Весьма интересное решение, — согласился он, обдумывая мои слова.
— Расскажи еще о других людях.
— Хорошо, — кивнул он. — Была одна женщина, которая получила целое состояние от своего покойного мужа: дом, бизнес и виллу на острове.
— С этим целым состоянием помог ему ты, — догадалась я.
— Да, я. Только ее муж был далеко не первый, кто оставил ей все состояние.
— Хочешь сказать, она выходила замуж за мужчин очень сильно старше нее? — неуверенно предположила я, отламывая десертной вилкой кусочек чизкейка.
— Хуже, — глаза джинна сверкнули.
— Что? Нет! — от удивления я прикрыла рот рукой.
— Да. Она убивала своих мужей ради денег. Однако продавая дом последнего мужа, нашла в кабинете лампу.
— Что в итоге с ней случилось?
— Она стала несказанно богатой, — Алан пожал плечами и откинувшись на спинку стула.
Я была настолько поражена рассказами Алана и не могла поверить в существование другой стороны жизни, где правили жестокость и беспощадность.
— Ужасно, — сглотнув, проговорила я.
— Почему же? Конец они встретили с улыбкой. Последние минуты своей жизни все ее мужья были любимы.
— Любовь нельзя купить за деньги. — Сказав это, я вспомнила слова Юли: «За деньги можно все и даже парня крутого купить». Тряхнув голой, я отогнала от себя неправильные мысли. — Определенно нельзя.
Джинн ничего не ответил. Мне вдруг захотелось узнать его мнение по этому поводу, но вопрос повис воздухе, потому что нас отвлекли.
— Кира? — послышался знакомый голос.
 
Моргнув, я посмотрела в сторону источника голоса. Перед нами, добродушно улыбаясь стоял Костя.
— Привет! — он неожиданно меня обнял. Я растеряно взглянула на парня, затем на Алана, который равнодушно уже смотрел в окно.
— Привет, — поздоровалась я, мысленно сожалея о внезапном появлении Кости.
— Ты одна тут? Или ждешь кого-то? — он показал на второй чизкейк и чайную пару.
— Я… Нет, я жду… друга, — слишком быстро ответила я. — А ты?
— Пришел на работу. Я бармен.
И тут я обратила внимание на одежду парня: джинсы, черная рубашка и галстук-бабочка.
— А, ясно. Я недавно тоже устроилась на работу.
Я вкратце объяснила, в каком заведении получила работу официанта.
— Не знал, что ты была в поисках, иначе предложил бы вакансию здесь. На днях у нас уволилась одна девушка. Может еще передумаешь?
— Спасибо. Я подумаю, — вежливо ответила я.
— В выходные дни здесь очень хорошие чаевые. Ладно, — парень торопливо посмотрел на свои наручные часы. Мне пора. Был рад встрече, — подмигнул Костя и скрылся за барной стойкой.
— Пока.
— Ты ему нравишься, — заметил Алан.
— Чай остыл, — проигнорировав его замечание, я начала разливать чай по чашкам.
— И ты согласишься устроиться сюда?
— Конечно… — я специально потянула время, внимательно наблюдая за его реакцией. В глазах джинна появился слабый огонек. — нет.
Огонь потух, джинн явно не ожидал такого ответа.
— Почему?
— Я уже выбрала себе работу, — спокойно заверила я.
— Тут хорошие чаевые.
— Я слышала. Чаевые везде могут быть хорошие, если хорошо работать.
— Ты сказала, подумаешь.
— Лишь из вежливости.
В целом, наш первый выход в свет прошел хорошо, за исключением ситуации в кафе. После нее, настроение Алана резко изменилось и до дома мы шли молча, мне даже пришлось снять наушник из-за проваленных с треском попыток заговорить с ним. Ох, уж этот несносный джинн!
Мы зашли домой, когда позвонила Юля.
— Привет. Что делаешь?
— Привет. Задавая каждый раз этот вопрос, я знаю, что за ним последует какая-нибудь идея, — рассмеялась я. Краем глаза я уловила быстро брошенный взгляд джинна в мою сторону.
— Мне сейчас позвонил Данил. Костя видел тебя в «Рассвете», и ты была не одна. Не одна? — последний вопрос Юля задала со своей фирменной интонацией, не терпящей обмана и требующей незамедлительного ответа.
Я нахмурилась. Снова Костя!
— Я ждала друга.
— Так… Друг или…?
— Юля, пожалуйста, давай без допросов, — грубо перебила я.
Меня начинала раздражать вся эта ситуация. Костя позвонил Данилу, тот Юле и рассказал о друге. Какая разница, с кем я виделась. Почему они вдруг решили, будто имеют полное право вторгаться в мою личную жизнь?!
— Прости, — осеклась подруга, понимая о чрезмерном вмешательстве своего любопытства в мое личное пространство.
— Все нормально. Ты тоже меня прости, — вздохнула я. — Друг, ты его не знаешь, мы познакомились… недавно. Пока это все, что я могу тебе рассказать. Мне пора, я только пришла домой. Увидимся завтра, — попрощалась я.
Хоть я и злилась на Юлю, но в душе понимала, она желала мне добра.
Остаток дня я провела в одиночестве, готовясь к завтрашнему дню: запекла овощи с куриной грудкой, написала статью для газеты, почитала лекции, прибралась в квартире. Вечером позвонила мама и рассказала об ученике с другого класса, который натер доску мылом, отчего мел на ней не писал. Вызывали родителей к директору. Но, несмотря на такие моменты, работа в школе ей очень нравилась, ведь благодаря ее ученикам, мама никогда не скучала.
— С ними я чувствую себя молодой, — часто говорила она.
Хотя дети порой сильно трепали ей нервы, мама их очень любила. А недавно, призналась, что познакомилась с мужчиной, разделяющим ее интересы в работе и по садоводству. Он тоже был учителем, только истории. Они встретились на курсах по повышению квалификации для педагогов. Я была очень рада за нее, даже спокойна, потому что она теперь была не одна.