Записки кельды (СИ)
Нужного, собранного в разное время по поводу частного строительства-сада-огорода-животноводства получилось несколько книжек. Я бы даже сказала, несколько пачек книжек. Мда.
Ближе к шести начали подтягиваться риелторы. По итогу собралось человек восемь. Лишний раз убедилась, что профессия накладывает на людей определённый отпечаток.
Первый раз я это заметила, помнится, на Шумаке. Было это в далёком две тысячи то ли четвёртом, то ли седьмом году, когда Шумак был совершенно диким местом, доступным только для пеших туристов — в крайнем случае, для тех, у кого водились денежки на аренду бурят с лошадьми (лошадей с бурятами?) или для совсем уж богатеньких буратин, прилетавших на нанятых или казённых вертолётах. Для меня это был подвиг — пройти за три дня семьдесят километров по тайге/горам, вброд перейти стылую горную реку по скользким обледенелым (в конце июня, кто бы мог подумать!) камням, перебраться через перевал, проснуться утром в заваленной снегом палатке… Но суть не в том. На Шумаке мы сидели три недели (целебные источники же, кто не в курсе).
И вот в один из дней нам навстречу попались трое мужиков с канистрами. Что меня дёрнуло? Ребята, говорю, а вы не аэропортовские? Вот они удивились! А вы, говорят, откуда знаете? А вот, говорю, по лицу прочитала. Муж (первый) и брат у меня тогда работали в диспетчерской службе Иркутского аэропорта, круг общения был соответствующий. И у этих товарищей было в лицах что-то неуловимое…
Вот и у набежавших риелторов что-то такое своё было: как проштампованные. Глазки цепкие, а в глубине как будто старинные счётные машинки колёсиками крутят.
Всё посмотрели, задали вопросы, пытались торговаться.
Стоп, говорю, цена корректная. Не нравится — не ешьте, мне не к спеху. Вознаграждение, как было уже заявлено, зависит от скорости продажи. Всё. Будут предложения — звоните. Делайте фото, видео. Показ только конкретно покупателю. До свидания. Была страшно рада встрече!
Я выпроводила риелторов и до конца дня составляла список медикаментов. Пока не начала падать лицом в клавиатуру.
Я ОСТАЮСЬ. ВОСКРЕСЕНЬЕ
Обратно Иркутск, день девятый от открытия порталов
Утром меня разбудил звонок.
— Добрый день! — бодро начал собеседник.
— Слушаю, — мрачно ответила я. По утрам любезность — не мой конёк, — Только не представляйтесь.
— Хорошо. Я вчера смотрел вашу квартиру.
— Так.
— Ваше предложение по вознаграждению остаётся в силе?
— Конечно.
— Когда вам удобно заключить сделку?
Та-а-ак, интересно…
Короче, мужик решил выкупить квартирку лично. Зачем — не моя печаль. Может, перепродаст с наваром. А может, гостиницу устроит. Район хороший.
По итогу мы договорились на продажу с правом проживания в течения месяца. Оформление документов и оплата сразу, наличкой. Не хочу я париться, бегать по частям снимать…
Хорошо, что есть МФЦ!
Договор я составляла сама, взяла наш же, на покупку этой квартиры, добавила пункт о праве проживания на месяц…
Бодрый дядька − к обеду у меня уже лежал чемодан денег. Ну, не чемодан, конечно, сами посчитайте — если в пачке сто банкнот, пятитысячными — получается почти шесть пачек. Вот.
Скажете — сильно гладко всё?
А может, это потому что я всё делаю правильно?
Потом мы поехали в аптеку и затарились так, что аптекарши начали что-то подозревать. Чуму там, я не знаю. Нашествие холерных сусликов. Новый виток пандемии… Мы сочинили историю, что мы из очень дальней деревни, где нет аптеки. С другой стороны, не особо и соврали.
Потом готовили стол — всё-таки сегодня из такого далека люди приезжают!
В семь часов мы собрались и поехали на вокзал. Где-то через час должен приехать Рыжий с семейством.
Лёха постарел… Старшие его были довольно-таки уже взрослые, Филе девятнадцать, Марианне семнадцать. Даша выглядела… ну, как мать, вымотанная четырёхдневным путешествием с большим семейством.
Галя с Кирей немного посидели с нами и уехали на дачу, чтобы с утра вернуться вместе с бабушкой и Васей.
За двадцать лет накопилось столько событий, что весь остаток вечера мы проговорили, а потом по-походному разложились на весь зал…
Я ОСТАЮСЬ. ПОНЕДЕЛЬНИК И ВТОРНИК
Всё время Иркутск,* местные достопримечательности и немножко Байкал, дни десятый-одиннадцатый от открытия порталов
* Не узнали, откуда ремарочки?
Древний советский фильм «Свадьба в Малиновке»,
страшно любимый мной в детстве;
сцена раздела Попандопулой спёртого имущества,
где он складывает всё лучшее себе, приговаривая
«Опять тебе, обратно тебе, всё время тебе…»
С вечера дети хохотали и скакали, долго не могли угомониться, но утром я на них отыгралась.
Семь утра:
— Подъём!!! Подъём!!! — я щедро опрыскивала сонь из пульверизатора, — Живее! Вставай-вставай, штанишки одевай! Байкал ждёт! А то ракета уедет без нас!
— Настоящая ракета? — удивился простодушный Борька.
— Конечно настоящая! Только водяная! Давай скорей, а то на Байкал не попадём.
Все сразу забегали, засуетились, начали друг за другом ломиться в ванную и требовать скорейшего движения очереди. Как же — ракета стартует по расписанию!
Я, честно, не знаю — официальное это название таких плавсредств или нет. Но ракеты сильно больше, чем речные трамвайчики. И сильно быстрее. Ходят из Иркутска вверх по Ангаре до Байкала и по самому Байкалу тоже.
На ракету мы грузились целой делегацией: Алексей с Дашей и четверыми детьми, Галя, Кирилл, Миша, Вася, бабушка и я.
У нас было всего два дня, впереди нас ожидали: поездка на ракете в Большие Коты*, пикник, гуляние по берегу, музей в этих же Котах, закат, ночёвка в маленькой местной гостинице, шикарный рассвет, ракета до Листвянки, музей и нерпинарий, маршрутка до «Хрустального колодца»*, баня для желающих, вкусный обед, маршрутка до Тальцов* с гуляниями, бутербродами и чаем из термосов, и наконец — поздно вечером, без задних ног — домой, домой…
*Большие Коты — деревня на Байкале,
с совершенно шикарным музеем природы.
*Листвянка — посёлок на Байкале у истока Ангары,
с видом на знаменитый Шаман-камень.
*Тальцы — архитектурный музей-заповедник
сибирского деревянного зодчества,
*а «Хрустальный колодец» —
просто хорошая турбаза в русском стиле.
Вечером мы из последних сил смотрели с Лёхой и Дашей какие-то сеялки-веялки и даже что-то заказали. Ну да ладно, завтра с Галей ещё посидят.
ДА УЖ СКОРЕЙ БЫ…
Иркутск, «я такой фасон не ношу…», прошла неделя, как Вова перешёл, снова среда
Заканчивались седьмые сутки оговорённого нами срока. В четыре утра я проснулась и долго таращилась в светлеющий квадрат окна. Все тревоги, приглушённые суетой прошедших дней, проснулись с новой силой.
Каждая мысль начиналась с испуганного «а вдруг?..»
А вдруг что-то пойдёт не так? Сместятся эти… небесные оси? Я войду в портал и окажусь не в том месте…
Не в том времени???
Эта мысль была ещё ужаснее предыдущей. Было же у кого-то из старых фантастов такое: мужчины и женщины оказались в разных временны́х потоках. Кошмар какой-то.
Я завозилась, пытаясь убедить себя, что всё будет хорошо, всё по-честному, нам же обещали…
Хорошо, — сказал вкрадчивый внутренний голос, — всё по-честному. Вот встретит твой Вовка каких-нибудь хищников и не отобьётся… Или ногу сломает в гольцах и за этот месяц, пока вы собираетесь, с голоду помрёт… Или так: сломает ногу, а тут его как раз найдут какие-нибудь, скажем, пещерные гиены… А, может, это уже случилось?..
Последняя мысль оказалась такой нестерпимой, что противно заныло сердце. Я пошла в кухню, в утренних сумерках нашарила на полке свои сердечные таблетки, о которых совсем забыла в последние дни, выпила. Подумала, натрясла ещё корвалола в рюмку — щедро натрясла, не считая. Уставилась в окно на пустой перекрёсток. Светофоры подмигнули, переключаясь.