Право на выбор

Помимо нашей небольшой семьи из трех человек, нас сопровождали восемь Альф и десяток одаренных рангом пониже. Едва мы начали испытывать райское наслаждение от отдыха в таком экзотическом месте, как на остров прибыла глава клана Мията и с ходу пригласила нас к себе во дворец на дружеский ужин. Все было обставлено на японский манер, и мы с Ольгой, чтобы уважить гостеприимных хозяек, пришли в гости, оба одетые в юкату – традиционный японский наряд. Мидори Мията приняла нас вместе с дочкой Хироми, и весь вечер они выказывали нам очень теплое и дружеское расположение. Да одно то, что они явно специально прилетели из метрополии для того, чтобы увидеться с Ольгой, уже говорит о многом. Мне тоже перепала толика внимания, но хедлайнером нашей вечеринки, конечно, была моя жена. Чему я совершенно не завидовал, а только радовался, что ко мне не лезут с вопросами. А потом мы вчетвером переместились в беседку в саду, и спустя два часа после начала чайной церемонии я все-таки испытал зависть, но уже к собственной дочери, которая осталась отдыхать на нашей вилле. Судя по виду моей жены, она тоже кайфовала, а вот я совершенно не проникся этим «Японским балетом». Нет, я, конечно, понимаю, что с помощью такой, на первый взгляд, нехитрой процедуры можно по-настоящему расслабиться, отвлечься от повседневных забот и насладиться умиротворением и спокойствием. Но блин, я уже за первый час проникся культурой Японии, её непревзойденным колоритом и расслабился, как говорится, по самое не балуйся. И чайная церемония, несмотря на всю свою философию, вызвала во мне огромную скуку и желание свалить поскорее домой. Добавьте к этому не самую удобную для европейца позу – колени на специальной подушечке и сидя на собственных пятках.
Чайным мастером для нашей компании выступила Хироми и, несмотря на оказанную честь, на разнообразный и очень вкусный чай, я все-таки окончательно убедился, что являюсь фанатом кофейной церемонии. Особенно той, которую проводит кофе-машина. Подошел, нажал кнопку, минута медитации – и твой великолепный капучино готов. Варварство, крикнет кто-то. Возможно. Но я считаю, что у любого человека свои вкусы и каждый вправе выбирать то, что ему больше по душе.
Поэтому когда спустя десять дней, практически перед самым отъездом, нас снова позвали на ужин, я включил «упрямого осла» и наотрез отказался принимать участие во второй части буддистской философии. Ольга, конечно, поворчала для порядка, но в итоге поехала одна, а я, чтобы Софии не было скучно на нашем частном пляже, решил отвезти ребенка на общественный пляж в десяти километрах от нашей виллы. Э-эх, лучше бы я остался в выделенном нам доме или даже на ужин к Мията пошел. София была в восторге, тут оказалось много детей, так что моя дочь была рада такому времяпрепровождению. Большинство детей с грехом пополам болтали на русском, все-таки в этом мире этот язык был первым по популярности. А вот я, несмотря на получаемое эстетическое удовольствие от лицезрения огромного количества сексуальных и привлекательных девушек, начал чувствовать жуткий дискомфорт.
Шесть Альф и две Беты, которые сопровождали нас в этом мероприятии, также разделись практически догола и наслаждались отдыхом. Правда, не забывая, что они тем не менее на работе. Вот и сейчас Яна вместе с двумя Альфами находились рядом с Софией, которая познакомилась с двумя девочками постарше и в данный момент активно строила замок из песка. Остальные охранницы распределились по периметру недалеко от меня, а две Альфы – Кира и Лана – вообще уселись на лежаки рядом со мной, всем своим видом говоря остальным отдыхающим на пляже девушкам, что ко мне лучше не подходить – сожрут.
«Уважаемые гости нашего острова, посмотрите, пожалуйста, направо, и вы увидите великолепную грудь почти четвертого размера, – мысленно комментировал я лезущие отовсюду искушающие меня образы. – А если глянете налево, то сможете насладиться зрелищем очень красивого и явно упругого на вид эталонного образца третьего калибра. А если ваша кровь начала закипать и душа неожиданно запросила уединения, то вы в любой момент можете охладить свои чувства видом морской безмятежности». Ага! Охладил! Стоило мне перевести взгляд в сторону океанского простора, как вместо ожидаемого спокойствия получил очередную порцию будоражащих ощущений от очень загорелой девушки, направившейся к океану. Только я перевел взгляд на аппетитную часть её тела, чуть ниже спины, как именно в этот момент она решила наклониться, чтобы получше рассмотреть что-то на песке. В общем, мы оба рассмотрели что-то свое. «Фу-ух. Нет, это просто форменное издевательство. Я здесь аппетит на интим уже не просто нагулял, он у меня скоро из ушей полезет».
 
Я скосил взгляд на соседку справа, обладающую прекрасным экземпляром главного женского оружия по привлечению мужского внимания. Кира – глава моей охраны ещё с Нижнего Новгорода – вольготно расположилась на лежаке, вытянув длинные загорелые ножки и закинув руки за голову. Спинка пластикового устройства для комфортного отдыха была слегка приподнята, что позволяло ей внимательно наблюдать за пляжем, а мне давало возможность, не напрягаясь, любоваться её красивой фигурой. «Интересно, а секс двадцатисемилетнего мужика и пятидесятитрехлетней женщины будет считаться извращением? А если эта женщина выглядит не старше тридцати пяти, тогда как? Или все равно найдутся блюстители морали, которые, презрительно тыкая в меня пальцем, воскликнут: – Фу-у, осквернитель гробниц, потрошитель мумий». «Тпру», – тут же сказал я своим мыслям, ибо их явно понесло в сторону эротических фантазий и останавливаться они не собирались. А меня и так после приключений со Светой Белезиной передергивало при воспоминаниях о последствиях.
Ольга отходила долго, настолько долго, что я грешным делом подумал, что Светлану я если и встречу когда-нибудь, то только на том свете. Моя жена нацепила маску княгини Гордеевой и не снимала её почти две недели. Весь этот период она была холодна, неприступна и абсолютно не шла на контакт. У меня реально отсох язык каяться и просить прощения. И видно, мой последний горячий монолог с клятвенными обещаниями и искренними сожалениями о моем проступке все-таки возымел действие, и меня благосклонно решили простить. После нашего примирения, перешедшего по всем канонам жанра в интимно-горизонтальную плоскость, Ольга, естественно, не удержалась и проехалась по этой теме еще раз.
– Если ты действительно так сильно меня любишь, если и правда считаешь своей богиней, то, даже идя на смерть, я хочу, чтобы ты умирал с моим именем на устах, а не искал утешения в объятиях первой встречной.
Ну что тут скажешь – она права, а я слабак, раз не смог справиться с нервами и поддался обстоятельствам. А Ольга, несмотря на всеобщую гаремность вокруг, гневалась ещё и потому, что я ей достаточно подробно рассказал о нравах своего мира. И ей, конечно, очень сильно импонировало, что нормальная семья состоит из одного мужчины и одной женщины. А раз я из такого идеального, на её взгляд, мира, то требования ко мне по этому вопросу были несколько завышены. К этому инциденту мы больше не возвращались. А месяц назад род Белезиных был принят в наш клан. Как ни крути, но девушка помогла мне, Ольге и показала характер своей готовностью драться наравне со всеми защитниками Верного. На церемонии присутствовали все главы родов, и после обоюдных клятв боярский род Белезиных вошел в состав клана Гордеевых. На устроенном после этого праздничном вечере я видел, как моя Ольга, сохраняя на лице ласковую улыбку, что-то шепнула Свете, после чего юная глава своего рода явственно побледнела. И после этого весь вечер Светлана держалась от меня на расстоянии и даже старалась не смотреть на меня. Так что о примерном смысле слов моей княгини можно было догадаться. Вздохнув, прогнал от себя накатившие воспоминания и вернулся в реальность.
 
– Кира, – недовольно обратился я к обладательнице четвертого размера груди. – Твоя роскошная грудь мешает мне любоваться этим золотистым песком.
– Правда роскошная? – решила уточнить хранительница.