Служанка его высочества (СИ)

В сгустившихся сумерках Софи неторопливо брела в сторону спальни.
В коридорах замка было пусто и тихо. Бейли-Эршир готовился ко сну.
Добравшись до лестницы, Софи стала подниматься наверх. Крутые ступени всё никак не заканчивались. Наконец, лестница вывела её в тёмный коридор, из которого до спальни оставалось всего несколько шагов. В полной тишине она преодолела их.
Она уже стояла у дверей спальни, когда услышала за спиной быстрые шаги, а следом и знакомый голос:
— Софи, постой!
Обернувшись, она увидела принца Уильяма. Её брови взлетели на лоб — он снова разрядился в чёрный костюм придворного. Софи не сумела скрыть удивления, проступившего на её лице.
— Ваше высочество? Почему на вас…
Она не договорила. Приглушённые голоса и смех, послышавшиеся из-за дверей спальни, перевали её. Уильям скосил взгляд на дверь, а затем взял Софи за руку, переплетя их пальцы.
— Идём со мной, — позвал он.
Софи не успела ничего ответить, поскольку в следующее мгновение Уильям потянул её за собой.
Путаными коридорами они добрались до первого этажа, и оказались около дверей чёрного входа. Отворив их, они вышли во двор.
Лица Софи коснулся воздух улицы, наполненный запахом летней свежести, и цветов, и она с наслаждением вдохнула его.
Не размыкая рук, Уильям повёл её куда-то в сторону от дверей. Они брели по вымощенной камнем дорожке, что убегала вперёд и скрывалась в темноте, окружавшей их.
Какое-то время они оба молчали, словно боясь развеять очарование момента. Софи думала о том, что ей приятно прикосновение его руки. Даже слишком. Она бросила беглый взгляд на Уильяма. Интересно, о чём думал он? Софи старалась разгадать, но сумрак скрывал его лицо. Поняв всю тщетность своих попыток, она оставила это занятие.
— Почему вы так одеты? — спросила, наконец, Софи, потревожив тишину ночи.
Она увидела, как в темноте блеснули его жемчужные зубы.
— Так легче затеряться среди придворных, — ответил он. — Иной раз мне хочется пройтись по замку, не ощущая, как в спину дышит дюжина вооружённых до зубов охранников. Так я чувствую некоторую… — он замялся — свободу. Но отец считает это безрассудством.
Уильям усмехнулся, но Софи послышалось что-то грустное в этом смехе.
— Уверяю, из вас вышел бы самый настоящий придворный! Меня вы ловко провели.
Теперь он рассмеялся вполне искренне, и от его смеха внутри Софи что-то затрепетало.
— Сегодня вечером ты не пришла ко мне, — перестав смеяться, сказал он. В его голосе ей почудился лёгкий упрёк. — Почему?
Софи кивнула, а Уильям остановился, вынуждая остановиться и её. Теперь они стояли друг против друга. Его взгляд блуждал по её лицу, словно он пытался отыскать там ответ на свой вопрос.
— Гленна поручила мне одно важное дело.
— Но ты моя служанка, Софи! — Он нахмурился. — Или прикажешь мне сражаться за твоё внимание?
Он сделал к ней шаг, сокращая расстояние между ними, и Софи внезапно стало нечем дышать. Он стоял непозволительно близко. Его глаза блестели в свете серебристой луны, что подмигивала им с небосклона.
«Что я здесь делаю? — внезапно пронеслось в её голове. — О чём я только думаю? Для него это всего лишь игра, затеянная, чтобы развеять скуку на некоторое время! А что станет со мной? Неужели какое-то время делить ложе с наследным принцем это то, о чём я мечтала?»
Эта леденящая мысль будто отрезвила её.
— Я помню об этом, ваше высочество. Я ваша служанка, одна из многих. Надеюсь, что и вы не станете об этом забывать. — Она высвободила свою руку из его руки, и повернула обратно, в сторону замка.
За спиной она услышала его тягостный вздох, но не посмела обернуться. Ни к чему это.
Она шла, устремив взгляд себе под ноги, и не видела, что звёзды посылали ей свой свет.
Следующее утро в Бейли-Эршир началось как обычно с завтрака. В общей кухне за столом велись шумные разговоры — замковые слуги обсуждали последние сплетни и слухи.
В воздухе разливался аромат свежевыпеченного хлеба, а от жаровни тянуло запахом жареного лука. Стук оловянных тарелок о стол порой заглушал пустую болтовню.
 
Внезапно тяжёлые створы дверей распахнулись, и в кухню ворвалась Гленна, развеивая атмосферу уюта и спокойствия. Она подошла к кухаркам и зашикала на них. Голос звучал резко и сердито. Её лицо раскраснелось то ли от гнева, то ли от жара, исходившего от жаровен. Обведя напоследок пространство кухни гневным взглядом, она выскочила вон.
— Что это с Гленной? — спросила Кирсти, удивлённо глядя на только что закрывшиеся с грохотом двери.
— Так в Бейли-Эршир намечается праздник, — ответила Элспет, глядя через стол на девушек.
— Праздник? С чего ты взяла? — Несса с недоверием сощурила глаза.
— Вы что не слышали? — Она склонилась к ним совсем близко, и зашептала: — Ходят слухи, будто его высочество собирается под венец, и в замок уже едет претендентка на роль его супруги и королевы — дочь лорда Синклера, которого ожидают со дня на день. У него обширные земли на западе королевства, а ещё он невероятно богат! Конечно, не настолько, как герцог Аркарт, но, поговаривают, состояние у него такое, что не пересчитать! Так что его дочь весьма выгодная партия для его высочества.
Элспет многозначительно качнула головой.
За столом всего на секунду повисло изумлённое молчание, а затем на Элспет нескончаемым потоком полились вопросы.
Софи молчала. Она отчего-то сразу вспомнила подслушанный накануне разговор. Что ж, по крайней мере, это не мог быть лорд Синклер, поскольку его ещё нет в замке. Осознание этого слегка развеяло тревогу, что владела Софи до недавних пор. Но лишь слегка.
Вечером следующего дня Софи направлялась в покои его высочества. Гленна сказала, что он неважно себя чувствует и приказал доставить ужин в его комнату. Эта новость озадачила Софи, ведь часом ранее она заходила к Уильяму, и он не жаловался на плохое самочувствие.
Комната встретила Софи непривычной тишиной и лёгким полумраком. Окна были зашторены, а единственным источником света оставалась плавящаяся свеча. Красноватое пламя тянулось вверх, его блики заплясали на лице принца, как только он поднял на Софи мрачный взгляд.
— Ну что же ты, Софи, проходи, — сказал Уильям.
Он сидел за столом. Перед ним стояла шахматная доска, а в руках он вертел деревянную фигурку. Пешку.
В комнате царила гнетущая атмосфера, казалось, сам воздух был пропитан тихой грустью.
Софи прошла вглубь комнаты и опустила поднос на прикроватный столик.
— Ответь, Софи, почему каждый так и норовит дать мне "мудрый" совет? Почему каждый стремиться навязать мне своё мнение, ссылаясь на то, что так будет лучше? Для кого лучше? Для меня? Или для других?
Уильям не повернулся к ней. Он задавал свои вопросы, устремив взгляд в призрачную пустоту. Его лицо превратилось в застывшую маску, а голос казался глухим и далёким. Таким Софи его ещё не видела.
— Вероятно от того, что вы будущий король, и речь идёт не только о вас, но и об интересах всего королевства, — ответила Софи, подходя к нему.
Он злобно рассмеялся и впервые за время её нахождения в комнате, взглянул на Софи. Его взгляд напугал Софи. Он был таким тяжёлым, словно на плечи Уильяма разом опустились все холмы Шотландии.
— О, да! Интересы королевства превыше всего! Я помню! — Его голос сочился ядом. — Я усвоил это ещё с детства, наряду с умением ходить, милая Софи.
Сказав это, он опустил пешку на игровое поле.
Софи нахмурилась, смотря на чёрно-белые клетки.
— Если уж мы заговорили о ходьбе… Вы уверены, что это верный ход? — Софи кивнула на поле.
— Ты умеешь играть в шахматы? — удивился он.
— Немного, ваше высочество.
— Тогда сыграй со мной партию, — неожиданно сказал он.
В его ещё совсем недавно безжизненном голосе Софи уловила просящие нотки.
— Хорошо, — ответила она. — Только просто так я играть не стану.
От удивления он выгнул бровь.
— И на что же ты предлагаешь играть?