Просто бывшие (ЛП)
Я выхожу и смотрю ей вслед, когда она добирается до верхней ступеньки.
— Ты поднимешься, — это все, что она говорит.
Это требование, а не предложение. И я тупо подчиняюсь.
Я бросаю ключи на стойку, когда она включает свет.
— Ты что-то не договариваешь, — говорит она.
Мои руки скользят в карманы.
— Не знаю, о чем ты говоришь. — Это была ошибка — идти за ней. Я должен был пожелать ей спокойной ночи и лечь спать.
— Не лги мне, Гейдж Перри. Я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой. Ты страдаешь. Что-то случилось, пока тебя не было.
Ни хрена себе.
Я успокоился и прислонился спиной к стене.
— Что бы ты ни думала, ты знаешь, это неправильно. Я устал. Подай на меня в суд, черт возьми.
Она топает ногой и роняет сумку.
— Я знаю тебя, Гейдж!
— Нет! — Это слово вылетело из моего рта громче, чем я хотел. — Раньше ты меня знала. Ты текла по моим гребаным венам. — Я отталкиваюсь от стены и встаю прямо. — Ты бросила меня. Ты бросила меня, а я убежал и получилось больнее, чем когда-либо могла причинить девушка, разбившая мне сердце. Дело не в тебе. — Я выбрасываю руку и жестом указываю на комнату. — Все, что происходит в моей жизни, больше не связано с тобой.
Я ожидал, что мой ответ разозлит ее, но получилось наоборот.
— Что там произошло? — Ее голос трещит в вопросе.
Прилив адреналина заливает мои щеки.
— Это не имеет значения.
— Что случилось? — На этот раз слова прозвучали более уверенно. А мои — жестче.
— Это, блять, не имеет значения.
Я напрягаюсь, когда она делает шаг в мое пространство.
— Тебе больно.
— Я фыркнул.
— С каких пор тебе не плевать на мои чувства?
Она не подходит ближе, но останавливается в нескольких сантиметрах от меня.
— Мы можем, пожалуйста, забыть о прошлом? Боже мой, это было много лет назад! Мы были чертовыми детьми.
— Детьми? Нам было восемнадцать. Восемнадцать, и мы принимали взрослые решения!
Печаль проходит по ее темным чертам лица.
— Что случилось, то случилось. Да, у нас есть прошлое, но это не значит, что мы не можем быть друзьями сейчас. И, судя по всему, тебе нужно кому-то довериться.
Мне не нужна ее жалость.
— У меня полно друзей. Мне не нужен еще один.
В этот момент она закрывает меня собой, не давая мне выхода, пока она стоит передо мной, и если я отступлю, то ударюсь о стену.
— Тогда, что тебе нужно? — спрашивает она.
Мой ответ покидает мой рот, как будто он ждал там на автопилоте, готовый к тому моменту, когда придет время.
— Ты. — Я снимаю кепку и отбрасываю ее в сторону. Не проходит и секунды, как моя рука обвивается вокруг ее затылка, мои пальцы зарываются в ее шелковистые волосы, и мои губы впиваются в ее губы. — Мне нужна девушка, в которую я влюбился. Черт, она нужна мне сейчас больше, чем когда-либо.
Мысль о том, что она откажется и отстранится, меня не пугает. Я потерян в моменте прикосновения к девушке, которая сбежала. Ее рот открывается, и наши языки танцуют вместе так легко, когда она погружает свой в мой рот, как будто наших лет разлуки никогда не было. Мое тело реагирует на воспоминания о ней. Ее тело делает то же самое.
Когда она подходит ближе, я не останавливаю ее. Я обхватываю руками ее талию. Ее грудь ударяется о мою, и меня отталкивает к стене. Из ее рта в мой вырывается стон, и это отталкивает меня. Мои руки падают, и я убираю ее пальцы со своей груди. Она хнычет, когда я скольжу вдоль стены, чтобы отодвинуться.
— Черт, — выдыхаю я, вытирая рот. — Мне жаль. Это не очень хорошая идея.
— Гейдж, — говорит она, пытаясь остановить меня на пути к двери.
Я поворачиваюсь, чтобы показать ей, кто я теперь, чтобы она увидела свидетельства сломленного человека.
— Лорен, я не тот, кем был раньше. Я тебе не нужен. Я деструктивный, темный и несчастный. Ты — улыбки и солнечный свет. Мы больше не подходим друг другу, и я отказываюсь выпустить свою тьму на тебя.
Она повторяет мое имя, пока я выхожу и бегу по лестнице.
* * *Как будто всё не так плохо, я вхожу в дом и вижу отца в гостиной. Я киваю ему головой в знак спокойной ночи, но он останавливает меня.
Он двигается взад-вперед в своем старом кресле, не сводя с меня глаз.
— Все в порядке?
Я протираю лицо руками.
— Нормально. Просто нужно лечь в постель.
Его морщины становятся все более заметными, чем дольше он смотрит на меня.
— Ты сказал ей?
Этот вопрос только разжигает неконтролируемый огонь, горящий во мне сегодня.
— Нет, и я не планирую, так что держи это при себе, хорошо?
— Может быть, она может… — Он останавливается, чтобы вдохнуть кислород из своего баллона. — Может быть, она сможет помочь тебе пройти через это.
— Никто не сможет.
Он только медленно кивает мне, и я выхожу из комнаты. Я не включаю свет, не переодеваюсь и не снимаю обувь, падая на свою старую двуспальную кровать. Бесконечные мысли на самые разные темы проносятся во мне. Я думаю о том, чтобы попросить Лорен съехать, о том, чтобы сбежать обратно в Чикаго, пока не свершится правосудие, о том, чтобы рассказать ей все.
Как бы больно мне ни было признавать, Лорен может быть единственным человеком, способным вернуть меня в нескольких шагах от тьмы, но я не могу так поступить с ней. И не сделаю. Это не только для моей защиты от того, чтобы снова не пострадать, но и для защиты ее от того, чтобы она не связалась с кем-то настолько поганым. Я переехал домой, надеясь вернуться к тому спокойному парню, которым был раньше, и я жду, когда это произойдет.
Хотя не уверен, что это когда-нибудь произойдет.
Мой телефон звонит, и я борюсь с собой, стоит ли на него смотреть.
Я жалею об этом, как только смотрю.
Неизвестный номер: Привет, это Сьерра. Я взяла твой номер из телефона моего брата. Давай встретимся как-нибудь на этой неделе и наверстаем упущенное.☺
Мой телефон снова подает сигнал с фотографией.
Это она в нижнем белье.
Черт.
Я быстро удаляю ее.
Меньше всего мне нужно, чтобы Кайл злился на меня за то, что я трахаюсь с его младшей сестрой.
К черту этот день.
ДЕВЯТНАДЦАТАЯ ГЛАВА
ЛОРЕНЕго рот казался таким знакомым.
Комфортным.
Согревающим.
Я провела пальцами по своим улыбающимся губам. Они чувствуют себя по-другому — пухлее, легче, живее. Его уход от меня не должен был заставить меня улыбаться, как сырный шар, но я не могу остановиться.
Помнит ли ваше тело чьи-то прикосновения так же сильно, как ваш мозг помнит ваши с ним воспоминания? Наш поцелуй отличается от тех, что были у меня с бессмысленными мужчинами. Мою кожу покалывает, мне хочется, чтобы он был везде.
Эта широкая улыбка все еще на моем лице, когда я беру свой телефон и опускаюсь на диван, полностью готовая позвонить Уиллоу и выкрикнуть свое разочарование, но я этого не делаю. Вместо этого я открываю свои сообщения и нажимаю на его имя.
Мое сердце колотится, как будто я всасывала кофеин во время перерыва на работе. Теперь, когда я испытала взрослые поцелуи Гейджа, я хочу от него всего.
Отчаянно ли писать смс?
Да, наверное.
Я должна подождать до завтра.
Волнует ли меня это в данный момент?
Нет, черт возьми.
Его поцелуй зажег мой мир, и мне нужно больше. Проблема в том, что я могу сказать, чтобы он не закатил глаза… или не получил от него запретительный судебный приказ?
Моя цель в моем сообщении — заставить его вспомнить, что у нас было.
Я: Твои поцелуи потрясающие. Спокойной ночи.
Я кладу телефон и встаю, чтобы приготовить чашку чая. Мой телефон звонит, когда я иду обратно к дивану. Я делаю глоток чая и смотрю на экран.
Гейдж: Этот поцелуй заставил меня вспомнить все, что я хотел забыть.
Нагловатая улыбка растет.