Ваше Сиятельство 8 (СИ)

— Саш, я не знаю, как это делать. Как молиться? — выходя из эрмимобиля, она снова пустила слезы.
— Подойди к жрецам, поговори. В первую очередь пойми, что тебе никто ничем не обязан. Ты привыкла требовать, теперь тебе нужно научиться быть просящей и благодарной за каждую малость. Поверь, это важно и это поможет, — ответил я, и когда она, наклонив голову, пошла к храму, тронул «Гепарда» в сторону школы.
По пути к школе я получил два сообщения от Ковалевской. В общих чертах она знала о произошедшем вчера в доме князя Мышкина и странно, что все утро молчала, не пытаясь узнать свежие подробности. Ведя левой рукой «Гепарда», правой я включил эйхос и услышал голос своей невесты:
«Саш, почему тебя до сих пор нет? Я волнуюсь. Уже час как я сдала и жду тебя».
И следом:
«Я буду на втором этаже возле мех лаборатории. Обязательно найди меня».
Я тут же ответил:
«Оль, извини, с утра замотался: был у Элизабет и хотел от нее сразу ехать в школу, но тут появилась Талия и добавила проблем. Потом все расскажу. Уже подъезжаю к школе».
С Ольгой я встретился на лестнице.
— Елецкий, ты вообще, слов нет! — выпалила она, но при этом на лице моей княгини была улыбка. Ковалевская не злилась, несмотря на то, что я эти дни оставил ее без внимания, и даже гостиницу на Карибах и билеты туда ей пришлось оформлять самой.
— Оль, я тебя люблю! — я обнял ее, поцеловал жадно в губы. Так что мы едва устояли на ступеньках.
А преподавательница латыни и английского, спускавшаяся следом за Ковалевской, шутливо воскликнула:
— Елецкий, ты вообще! — и рассмеялась, наверное, передразнивая Ольгу.
— Давай быстрей в класс! Там из наших только четыре человека осталось — остальные все сдали! — поторопила меня Ольга, и мы вместе быстрым шагом направились к классу общей физики. — Кстати, вот, полюбуйся… — не сбавляя шага, она достала из сумочки два картонных прямоугольника, похожих на яркие открытки. На каждом золотистыми буквами было написано «Сады Атлантиды» на фоне розово-голубых корпусов гостиницы. — И билеты на «Южный Ветер» тоже взяла.
— Оль!.. — я остановился. До меня только дошло, что она купила все это за свои деньги. Ведь я не дал ей ни копейки. Просто вылетел этот момент из головы. — Ты сама что ли заплатила⁈ — задал я вопрос, звучавший сейчас глуповато.
— Да, Елецкий. Считай, это я тебя гуляю. Но не расслабляйся, моя доброта тебе очень дорого обойдется, — выражая безграничное удовольствие она улыбнулась.
Ее отличное настроение передалось мне, отгоняя прочь все проблемы.
— Так что думай, чем ты меня порадуешь в ответ. И это еще не все, — продолжила Ольга Борисовна, когда мы подошли к классу, — у меня есть очень хорошая новость. Сообщу ее только после того, как ты сдашь экзамен. Так что поторопись.
Я поздоровался с одноклассниками, стоявшими у двери в класс. Здесь же кроме наших был Рамил Адашев, Кунцев и Звонарев из класса Ленской — пришлось отвлечься из вежливости на недолгий разговор и лишь потом вернуться к Ольге с вертевшимся на языке вопросом:
— Оль, а что снова за тайны? Скажи сейчас, что там такое радостное стряслось? Какие-то новости из дворца? — начал гадать я.
— Узнаешь после экзамена! — настояла княгиня.
Что за ерунда? Утром Артемида, теперь Ковалевская. Они просто удовольствие получают, когда водят меня за нос своими надуманными тайнами. И я был готов возмутиться, но дверь в класс открылась вышел Романович, оглашая:
— Четверочка! Следующий!
— Иди ты! — Павел Адамов благородно уступил мне свою очередь, и я зашел.
При всем моем легкомысленном отношении к сдаче последнего экзамена, он был для меня важен. Как-никак «Общая физика и основы мироздания». В результате я сдачи я был уверен, потому что эту основополагающую дисциплину я знал хорошо и мне не требовалась подготовка.
 
Поздоровавшись с преподавателем Никитой Семеновичем, я взял билет и устроился за партой напротив Брагина.
 Глава 3 
 Воля мага 
Когда я вышел из класса, на меня вопросительно уставилось этак три десятка глаз. В общем, как всегда. Помимо ожидавших сдачи, в коридоре собралась вся «банда» графа Сухрова: Даша Грушина, Адамов, Лужин и кое-что из класса Ленской. И настроение, конечно, у всех было более чем праздничное. Еще бы, последний экзамен! Самый Последний! За которым больше не будет школы. Да, еще случится много других экзаменов в университетах, академиях, в самой жизни, но для нас школы больше не будет.
— Что там, Елецкий? Сдал? Ты же вроде как умный у нас? — первой не выдержала моего молчания Булевская.
— Отлично, господа! У меня все на отлично! — с улыбкой ответил я.
— Ну, наконец! Так и быть, Елецкий, теперь я сообщу тебе ту самую радостную новость, — сказала Ковалевская. Сказала она это так важно, что все замерли в ожидании: — Мы летим на Карибы не на три дня, а на пять. Обратные билеты я взяла аж на шестое! Давай, радуйся!
— Ох, счастливцы! Как же это здорово! — воскликнул Адамов.
— Вот это окончание школы! А мы как нищета какая-то едем отмечать в «Ржавку»! Просто пьянка и танцы, — горестно выдохнула Дарья Грушина.
— На Карибы — это шик! Возьмите нас с собой! — попросил в шутку Сухров. — И, кстати, какая гостиница? У меня тоже есть планы туда с Арти.
— Сады Атлантиды, — с княжеской важностью ответила Ольга Борисовна. — Долго выбирала, Елецкий же мне не помогал. По отзывам и фотографиям мне понравилась больше всех.
— Оль, ты ничего не путаешь? — спросил я, отходя в сторону, дальше от нашего класса.
Да, я обрадовался, очень обрадовался, но при этом я был серьезно озадачен. Ведь на базе «Сириуса» нас ждали четвертого июня, — это даже после переноса сроков по просьбе князя Ковалевского. О каких билетах на шестое она говорила? Понятно, что любое упоминание о «Сириусе» при посторонних для нас табу, и я ожидал, что Ковалевская прояснит ситуацию как-то иносказательно. Или наконец закончит говорить и пошучивать с одноклассниками, и последует за мной.
— Не прощаюсь! Москва большая, но не сомневаюсь, увидимся еще ни раз! А со многими будем часто встречаться! — сказала Ольга отходя от собравшийся возле экзаменационного класса.
— Удачи Ольга Борисовна! На свадьбу с Елецким хоть пригласите! — Ирина Калинина помахала нам ручкой.
— Оль, что за страсть водить меня за нос этими тайнами⁈ Почему шестого⁈ — спросил я, когда мы наконец остались наедине.
— Все просто. Тебе же последнее время до меня дела нет. Занят слишком своей миссис Барнс. Вот я во дворце вчера была. Пила кофе с цесаревичем. Очень мило беседовали о прошлом, немного о будущем. Что случилось, Елецкий? Тебя что ли задело? — она остановилась на лестнице, явно посмеиваясь надо мной. — Не бойся, я же — девушка верная. Лишнего не позволю даже с будущим императором. Но если ты меня ревнуешь, то мне приятно. Ради этого, могу заглядывать чаще к Денису
— Ревную, Оль, — признал я, и это было правдой — у того прежнего Елецкого во мне, явно на сердце что-то защемило, но я отодвинул эти ощущения и спросил: — Что дальше? При чем здесь Денис и какое отношение он имеет к билетам на шестое июня?
— А такое. Папа же навстречу не пошел, говорит, мол, три дня вам на отдых хватит. Хотя получалось у нас даже не три два, а всего два. Сказал, что уже договорено с Трубецким, и ему неудобно отменять прежние договоренности. Вот я и пожаловалась Денису, а он даже возмутился, что раньше ему об этом не сказали, — Ольга продолжила неторопливо спускаться по лестнице. — Спросил, сколько дней нам надо? Я попросила пять. Денис сказал, передаст Трубецкому, что мы появимся на базе седьмого июня. Поэтому билеты на шестое. Ты рад?
— Да! Спасибо! Ты лучше всех! — я схватил ее, и последние ступеньки одолел с княгиней на руках. — У тебя какие планы на сегодня?