Ваше Сиятельство 8 (СИ)

— Тебе понравилось, Саш? — виконтесса все еще стояла на коленях, ее лицо и грудь, едва прикрытая вампирским платьем, блестели от густых жемчужных капель.
— Ты волшебница, — я подхватил ее на руки и понес к дивану.
— Его надо раздвинуть. Люблю, когда много места.
Раздвинул диван я чуть позже. Сначала разобрался с вампирским нарядом, что оказалось не так просто из-за множества скрытых застежек. Мои неумелые попытки раздеть актрису, ее смешили. Иногда она мне помогала. И когда уже мои руки добрались до ее трусиков, я был порядком злым и возбужденным. Может быть поэтому, разложив диван, я открыл ящик той заветной тумбочки и достал из него два фаллоса: один бежевый, ребристый, сделанный из мягкого пластика или резины и второй черный, тоньше и утолщавшийся к рукояти.
— Елецкий! — Светлана почти никогда не называла меня по фамилии. Сейчас же она сначала разыграла возмущение, потом испуг и отползла в дальний угол дивана. — Нет! — она мотнула головой.
— Да! — с довольной улыбкой настоял я.
— Только крем возьми, — мигом сдалась она, и стало понятно, что ее страх лишь игра.
Я нащупал в ящике тюбик с рисунком розовых лилий. С этими штучками подполз к моей актрисе, полный желания продолжить наш чувственный спектакль.
— Иди ко мне, — намазав черный фаллос кремом, я привлек Свету к себе. — Расслабься.
— Только медленно, Саш, — шепнула она, прижавшись ко мне полной грудью и доверчиво выпятив попу. Ее губы с нежностью начали целовать мое тело.
Когда я нашел ее узенький вход и погрузил в него тонкий кончик дилдо, виконтесса мучительно застонала.
— Больно? — я поцеловал ее в губы.
— Немножко… — она расслабила ягодицы и с теплом ответила на мой поцелуй. — Просто подожди, сейчас привыкну.
Тихонько я начал водить в ней фаллосом, погружая его глубже.
— Так нравится? — я чувствовала с каким трепетом отзывается ее тело.
— Да… — признала она. — Очень… Не спеши. Потом возьмешь меня как захочешь.
— Сюда тебя хочу, — шепнул я, еще глубже погружая волшебный инструмент в ее анус. — Давно хочу. С тех пор как увидел твою аппетитную задницу.
— Чего же не брал? — она застонала от прикосновения моей свободной руки к ее мокрой ложбинке. — Выгнулась, часто задышав.
Я чувствовал через ее полную грудь, как часто, дико бьется сердце моей актрисы. Мои пальцы, нашли ее самую чувствительную точку — распухший мокрый бугорок.
— Сейчас кончу! — Ленская вцепилась в мою руку и укусила меня.
Я лег на спину и притянул Светлану к себе. Она села сверху. Под ее пронзительный вскрик мой окаменевший член вошел в ее свободное отверстие. Ленская взлетела на небеса почти сразу, задрожав на мне, забившись в экстазе и тоненько повизгивая.
Мы еще долго мучили ее диван, сотрясая воздух сладостными криками, и экспериментируя с ее волшебными штучками и моим воином, который не был обделен и побывал везде. Совсем обессилев, просто лежали, лаская друг друга. У меня совсем вылетело из головы, что Ленская должна была сказать мне что-то важное, открыть какую-то тайну. Только когда стрелки на старых часах, висевших возле зеркала, приблизились к половине двенадцатого, виконтесса встала и, направляясь к раковине, где можно помыться.
— Саш, я должна сказать тебе кое-что. Это нужно сделать до полуночи. Знаю, тебе это не понравится, — произнесла она из полутемного угла. — Очень, очень не понравится. Но я должна…
— Что случилось, Свет? — я сел на диван, надел трусы и рубашку.
— Подожди немного… — она исчезла за ширмой.
Появилась через несколько минут, одетая в синий велюровый халат. Подошла к окну, долго постояла там в молчании. Когда я начал надевать джаны, заскрипев диваном, Светлана очень тихо сказала:
— Нам придется расстаться. После полуночи я уже не буду твоей. Прости, — она всхлипнула, прижав ладони к лицу.
 
*** Кто на Бусти смотрит, сегодня арты с Ленской добавлю
 Глава 6 
 Когда плачет небо 
В первый миг мне показалось, что я ослышался. Сказанное Ленская произнесла так тихо, что ее можно было неверно понять. Но когда Светлана сквозь слезы повторила: «Все, Саш, мы вряд ли теперь увидимся! Прости, что так! Пожалуйста, прости!» — вот тогда я во всей полноте осознал смысл ее слов.
— В чем дело, Света⁈ Объясни мне, что происходит? У тебя появился кто-то другой? — я вскочил с дивана, подошел к ней и повернул ее к себе.
— Я все объясню. Только спокойно меня выслушай. И отпусти, мне тяжело дышать, — виконтесса разжала мои руки. — Я не могу так, понимаешь? Я тебя почти не вижу. Ты даже в эйхосе нечасто со мной общаешься. И, Саша, честное слово, я тебя ни в чем не обвиняю. Я все понимаю. Ковалевская мне сказала, что и с ней ты бываешь нечасто. Сказала, что ты очень занят, делаешь важные дела для нашей империи. Но ты меня тоже пойми: когда мы с тобой начинали, мне было трудно согласиться быть второй после Ольги. Я перешагнула через себя, согласилась. Тогда не знала, как мало буду занимать места в твоей жизни. И это при том, что мы могли видеться в школе. Теперь все, школы больше не будет! Завтра ты улетишь с Ольгой на Карибы. Я даже знаю какая гостиница: «Сады Атлантиды». Это прекрасно, я завидую. Очень завидую. По-доброму, не злюсь. А потом, вы с Ольгой сразу отправитесь учиться, и это не в Москве, а где-то там, далеко. Ковалевская не говорит, где, но я поняла, что после этого мы смогли бы видеться еще реже. Насколько реже, Саш? Раз в три месяца? Или раз в полгода? Я не могу и не хочу так! Я просто сгораю и схожу с ума!
— Я постараюсь прилетать к тебе чаще! — возразил я, сердце колотило в грудь. Теперь и мне тоже стало тяжело дышать.
— Пожалуйста, помолчи! И постарайся теперь ты меня понять, как я до сих пор понимала тебя, ничего не выпрашивая, не требуя! Если я не могла стать для тебя женой, то я старалась быть хорошей любовницей. Я перешагнула через себя и, как ты хотел, уступила Ковалевской. Я не спорила с ней и по твоему совету даже подружилась. Соглашусь, твой совет был мудрым. Но в результате я оказалась отодвинута на самый край. Знаю, у тебя есть еще какая-то англичанка и еще кто-то. Но я не могу больше так. Я не могу быть в постоянном ожидании, что ты назначишь мне встречу. Я хочу жить полноценной жизнью и каждый день видеть своего мужчину. Поэтому… Поэтому я приняла решение расстаться с тобой. Сегодня наш последний день. Он уже заканчивается, — Ленская, размазав пальцами слезы, глянула на часы. — Я хотела, чтобы в этот последний день тебе было со мной хорошо. Хотела и хочу, чтобы у тебя остались обо мне только лучшие воспоминания. А дальше нам двоим нужны силы, чтобы перешагнуть эту черту и перейти в следующий день уже без друг друга.
— Свет, не надо этого делать! Я не знал о твоих переживаниях! Почему ты до сих пор молчала и делала вид, что все хорошо? — я вытащил из кармана коробочку «Никольских». Все что она сказала, у меня как-то не помещалось в голове. Так бывает: эмоции просто не оставляют места мыслям. Самое скверное, что Ленская почти во всем была права. Я не мог толком ей ничего возразить. Да, я действительно уделял ей слишком мало времени. Да, у меня на это были причины — я на самом деле очень занят. Постоянно занят. И пусть мои дела чрезвычайно важны, важны для нашей империи, Светлане-то от этого не легче. Она все равно права.
— Молчала, потому что думала, что мы окончим школу и у нас станет больше времени, будем видеться чаще. Но когда я узнала от Ольги, что вы с ней уезжаете из Москвы куда-то учиться. При чем это место закрытое, вроде военной академии, я поняла, что теряю тебя. После того как я это узнала, я не спала всю ночь. И почему я узнала об этом от Ольги, а не от тебя? Не хотел расстраивать? — в ее мокрых глазах появилась обида. — Не отвечай. Это уже не важно. Я проплакала всю ночь и приняла это жуткое решение, как бы мне ни было больно! На следующий день я побоялась, что не выдержу этого. Побоялась, что, расставшись с тобой, быстро сдамся и буду просить тебя вернуться. Тогда я, чтобы не было пути назад, решила принять ухаживания одного мужчины.