Кризисный центр "Монстр" (СИ)
Животинка распласталась на боку, бессильно свесив хвост, вывалив язык и закатив глазки. Демонстрация буквально в голос кричала: «Зачем тебе мёртвый зверёк?! Брось меня тут или выкини в помойку!» За время, потребовавшееся Эрлу, чтобы собрать все кошачьи вещи из списка Элен, поза животного никак не поменялась, ни одна шерстинка не сдвинулась с места: пушистая актриса мастерски справлялась с ролью дохлой животинки. Действительно, если тебе некуда сбежать из квартиры от страшного гостя, убеди его в том, что ты сбежала на тот свет.
– Умная, выдержанная и хитрая, – констатировал Эрл, закончив сборы, внимательно осмотрев квартиру и подхватывая переноску. – Лишний раз убеждаюсь, что домашние питомцы очень похожи на своих хозяев.
Глава 4, об особенностях психиатрических лечебниц
Поданный в палату обед выглядел так, словно его перенесли прямиком со столика дорогого ресторана. Вкус и качество больничной трапезы оказались не хуже внешнего вида, и Элен заподозрила, что пациентов потчуют такими яствами в медицинских целях: любой шизофреник вынырнет из мира грёз ради такого пиршества гурмана. После обеда она пару часов провела за приключенческой книгой, взятой в больничной библиотеке, после чего рискнула выйти из палаты: льющиеся в комнату лучи солнца и весёлый смех под окнами делали заточение в четырёх стенах труднопереносимым.
В общем зале со столиками и стойкой кафе сидело несколько пациентов в голубых, светло-зелёных и бежевых спортивных костюмах. Они мирно попивали чай, читали газеты, смотрели новости по широкому экрану телевизора на стене, разговаривали друг с другом. Элен в своём ярком бордовом наряде почувствовала себя экзотической бабочкой среди мотыльков, когда на ней скрестились все взгляды и разговоры на несколько мгновений утихли. Растянув губы в улыбке, она мышкой прошмыгнула в уголок к окну, и болтовня людей возобновилась, на неё перестали обращать внимание. Как показалось Элен – её демонстративно перестали замечать, будто сговорившись друг с другом.
«Паранойя подкралась незаметно, – поставила она себе диагноз, переводя дух. – После бара с вампирами и драконами мне во всём мерещится подвох! Элен, возьми себя в руки: ты в крупной больнице, охраняемой полицейскими и постоянно посещаемой сами разными людьми. Это не укромный бар, где попрятались ночные монстры, мне нечего бояться».
Распрямив плечи, она прошла к бармену и попросила томатного сока. Вернувшись к своему столику, она устроилась поудобнее, смакуя сок. В свете солнечный лучей, преломляющихся стеклянными гранями стакана, он заиграл алыми всполохами.
– Что это?!! – потревожил её покой истошный вопль. – Кровь?! У неё в руках кровь!!!
Элен обернулась. Худющий парень в зелёном больничном костюме нервно тыкал пальцем в её сторону, бледнея на глазах. Вот он схватился за горло, явно с трудом подавляя тошноту, и бегом унёсся в свою палату. Из-за распахнутой двери донеслись красноречивые звуки, и вслед за парнем устремилась медсестра, а старший администратор отделения с перекошенным от гнева лицом подлетела к стойке кафе. Схватила высокий бумажный стаканчик для кофе, метнулась к Элен и поставила её сок внутрь кофейного стаканчика.
– Извините, – принуждённо улыбнулась администраторша и разозлёно развернулась к растерянному бармену, тихонько прошипев: – Инструкцию забыл?! В прозрачных стаканах подавать только воду! Никакого огня не разводить, резких ударных звуков не производить! Ещё один такой инцидент – и вылетишь с испытательного срока!
Элен искренне посочувствовала жалко оправдывающемуся парню. Получив знатный нагоняй от администратора, он взялся полировать все блестящие элементы стойки и витрины, время от времени посматривая в мятый листок и шевеля губами, повторяя технику безопасности при работе в дурдоме. Когда Элен подошла, чтобы вернуть стакан, он глянул на неё с заметной опаской.
– Не волнуйся, я нормальный человек, такой же, как ты, – ободрила парнишку Элен, весело ему подмигнув.
– Да, вижу, – вздохнул он, одёрнув бордовый форменный жилет, и Элен как-то вспомнилось, что жилет бармена на первом этаже был светло-синего цвета...– Трудно привыкнуть не столько к исполнению инструкций, сколько к тому, что людей вокруг мало. Хочешь – не хочешь, а дрожь пробирает.
Дрожь пробрала Элен от его чудных слов. Обслуживающий персонал заразился от пациентов психическим нездоровьем? Людей вокруг было вполне достаточно: около дюжины человек в зоне видимости. Ближе всех крутилась администраторша, отчего-то не спускавшая с Элен глаз, будто боясь, что она начнёт разливать томатный сок перед страдающими страхом крови пациентами.
«Когда бы бармен успел спятить, если только на испытательный срок взят?» – сглотнула Элен, отступая от бара. Она заметила, как администраторша погрозила парню кулаком, как он судорожно схватился за инструкции и испуганно сглотнул. Умоляюще посмотрел на Элен и одними губами прошептал:
– Я тебе ничего не говорил, ладно?
Элен кивнула и нервно оглянулась на внезапно усилившийся звук телевизора.
Все пациенты развернулись к экрану, и она сразу поняла, что их заинтересовало: в центре кадра был директор больницы, Эрл Хэлл, выходящий из зоны полицейского оцепления. Голос за кадром вещал, что видный психотерапевт нередко привлекался органами охраны правопорядка к расследованию преступлений, совершённых психически нестабильными людьми, и делал логичный вывод о причинах его появления на месте ночного убийства.
– Доктор Хэлл сотрудничает с полицией? – вырвалось у Элен, и администраторша гордо подтвердила:
– Да. Директор нашей больницы – известнейший психотерапевт города. Неужели вы не слышали о нём?!
– Раньше мне как-то не доводилось интересоваться психотерапевтами.
Сотрудничает с полицией. Какое счастье, что она не предложила ему взятку за приемлемый диагноз!
Красавец доктор на экране уселся в машину, выглядящую на миллион долларов. Двойное счастье, что она не предложила взятку! Её бюджета хватило бы разве что на коврики в его спорткар.
«Есть ли в спорткаре коврики? – задумалась Элен, потирая лоб. – Господи, какие глупости приходят мне на ум!»
– Вас часто беспокоят головные боли? – участливо произнёс завораживающий голос Эрла, и она изумлённо посмотрела на широкий экран: к кому обращается с таким вопросом сногсшибательный психотерапевт?
В телевизоре показывали портрет убитого и рассказывали его биографию, а вопрос был обращён к ней самой: Эрл Абсалон Хэлл собственной персоной стоял рядом, держа в руках кошачью переноску.
«Головные боли меня беспокоят исключительно с момента нашего знакомства», – хотела бы честно сказать Элен, но вместо этого отрицательно покачала головой и забрала свою кошку.
...
Стоило закрыться двери палаты, как Фенька перестала притворяться крепко спящей. Она мигом сгруппировалась в комок и принялась водить носом, разнюхивая обстановку в самом прямом смысле слова. Элен поспешила открыть переноску и ласково заговорила с питомицей, но её обиженно проигнорировали: Фенька терпеть не могла переезды, новые места и новых людей. Осторожно выскользнув из переноски, она первым делом испуганно забилась под кровать, злобно шипя оттуда. Вздохнув, Элен занялась раскладыванием кошачьих вещей.
– Прости, – извинялась она перед кошкой. Первый год она брала питомицу с собой, когда уезжала из города, но после договорилась с соседкой и перестала мучить животное – к счастью, её отлучки никогда не затягивались дольше нескольких дней. – Представляю, каким шоком стал для тебя визит незнакомого человека, схватившего тебя и забравшего с собой из привычного дома. Проблема в том, что доктор Хэлл имеет законное право держать меня тут, под охраной и никуда не выпуская, неопределённо долгое время. У меня даже телефон забрали, понимаешь? Счастье, что правила этой необычной больницы позволяют держать в палатах домашних животных, так что успокаивайся, умничка моя, иди ко мне на ручки.