План «Б»: отдамся за корону! (СИ)
Келебримбор, наконец выковорил Саурона из вороха чёрного шелка и взял его член в рот. А руки нолдо занялись подготовкой желанного тела. Сначала ласкали по животу и бёдрам, потом внутри. Саурон сразу же завертелся в руках эльфа, как ужик на сковородке.
— Рано, милый, хочу получше тебя подготовить, — с придыханием говорил эльф, но слышал ответ, совсем не располагающий на промедление.
— Будь во мне, прошу, Тьелпэ…
— Ты ещё не готов… все будет…
Саурон пламенел от этих слов и ласк. Никто с ним так не церемонился. Арагорн не в счёт. Он все же церемонился с Арвен, а не с Сауроном.
«И вообще. Арагорновские трепетные придыхания — это мило, но такая скукатааа. Я всё-таки люблю горячее и разнообразнее. Келебримбор — само совершенство»
Когда эльф решил, что теперь майа точно не будет ни больно, ни неприятно, он аккуратно вошёл в его податливое тело. С первого же движения Саурон застонал и забился в предоргазме.
— Миленький… подожди… дай насладиться тобой… — шепчет эльф, уже сам не в силах сдерживаться под тяжестью своего желания. — Хочу ещё тебя чуть-чуть потрахать…
— Не могу, — жалобно звучит голос Саурона, — я так хочу тебя, Тьелпэ!
И нолдо нарастил и силу, и темп. Саурон закрыл рот рукой, чтобы не орать.
— Кричи! Тебе же нравится! Пусть все знают, как тебе хорошо со мной! — сжимая челюсти и пылая глазами, говорит прерывисто Келебримбор.
Саурон зажмурился, словно под пытками, рваный крик разорвал темноту, и слился с громким протяжным стоном эльфа. Миг — и небо для них перевернулось, и все звёзды разом рухнули с небес.
Восстановив дыхание, нолдо посмотрел на Саурона. Он выглядел счастливым. Самое наипрекраснейшее и наилучшее существо во всем Эа. Принадлежащий вновь отныне только ему, и снова уже такой желанный.
— Ты любишь меня? — шепчет нолдо в острое майарское ушко, требовательно и глубоко его целуя.
— Нет! Обломись, козлина! — сказал Саурон, широко улыбаясь сквозь поцелуй и явно на что-то нарываясь.
— Ничего страшного. Тогда я буду ебать тебя, пока ты меня не полюбишь!{?}[© Майк Тайсон]
И нолдо тут же принялся исполнять угрозу. Пока суть да дело, как-то незаметно и за полночь перевалило…
— Ты не спишь, Тьелпэ? — спросил Саурон, почувствовав среди ночи едва заметные поглаживания своих ягодиц.
— Не очень получается, когда даже во сне чувствуешь, что тебя жгут глазами.
Прикосновения Келебримбора стали более чуткими и трепетными, только кончиками пальцев.
— Я опять… хочу тебя. — сладостно вздохнул Саурон.
Рука эльфа замерла и страстно сжала ягодицу. Он переместился и навис над майя, лаская его торс.
— Ты такой застенчивый был раньше… хрен уломаешь. А теперь сам про…
— Ты хочешь сказать: «Просишься на мой член»?
— Я хотел сказать: «Проявляешь инициативу», но твоя фраза нравится мне больше.
— Ты так сказочно меня трахаешь и только поэтому ещё жив. Возьми меня сзади.
— Хренушки, ты так слишком быстро кончаешь, думаешь я не помню что ли?
Сказав это, Келебримбор перевернул майа на бок. Бешеный пыл сбавился и этот раз Саурон позволил эльфу брать себя так, как тот того пожелает. Келебримбору всегда нравилось эта власть над айну. Когда майа подстраивается под задаваемый им темп, под позы, дрожит от мощных толчков.
В конце концов он всё-таки перевернул майа на живот, как тот просил, и кончил в него, прихлопывая по жопе в такт движениям. Все мышцы Саурона разом напряглись и взорвались. Майа тоже излился и лишился разом всех сил.
— Майрон, любовь моя, сокровище, как же долго я этого ждал… — нежно говорил эльф, отвлекаясь от ласковых поцелуев блистающей тушки.
Удивительно, но Саурон уже дважды слышал эту фразу, на этом самом ложе, от Тьелпэ… и которого он представлял на месте Арагорна, и теперь от настоящего.
«Нет, это не мое любимое дежавю. Просто все счастливые пары одинаковые».
Наступило утро. Солнечные лучили прокрались в покои столицы царства зла Минас-Тирит.
«А Элберет, еб вашу Гилтониэль… везде — одни извращенцы!» — подумала Ариэн и поскакала дальше.
После огненной бессонной ночи, доверху наполненной любовью и желанием, Саурон нежно обнимал своего бесценного эльфа. Тело стало столь легким, его качали волны наслаждения.
— Знаешь, ты все правильно сказал. Вот я и властелин почти всего Средиземья. Осталась одна только твоя упрямая тетка и ещё так, по мелочи. Но и они туда же покатятся, никуда не денутся. Но… как-то все это уже и не интересно. Цель достигнута, система налажена. Может ну это все нафиг? Раздам земли назад. Что ты там про речку с кузней говорил?
— Нет уж, сам назавоевывал, сам и хозяйствуй. И да. Самый интересный вопрос: как ты смог завоевать полмира? Да ещё и после полного поражения?
— Логика, рациональное мышление и талант руководителя, — совсем уверенно сказал Владыка Средиземья Саурон и, не справившись с накатившей волной нежности, уткнулся носом в плечо единственному и любимому.