Жена кузнеца (СИ)

После ужина, он так же молча, разделся и пошел спать. Я боялась идти в кровать. Не знала, чем еще себя занять, я уже перемыла посуду, вытерла ее насухо, что она скрипела, несколько раз поровняла скатерть на столе. Но деваться было не куда, и я пошла к кровати. Я нервничала так, как будто меня ждет первая брачная ночь. Я разделась и в ночнушке легла на край кровати.
 Кровать скрипнула и я почувствовала у себя на талии его руку. Кузнец обнял меня и пододвинул к себе. Сердце чуть не выпрыгнуло, а мурашки рванули по моему телу в поисках места, где можно спрятаться. Горячие волны от близости кузница поднимались по всему телу.
Он прижал меня к себе, зарылся в мои волосы лицом и я задохнулась от волны счастья, накрывшей меня с головой.
  
11 глава.
 
Кузнец Никита визуализация.
Я затаилась и ждала. Рука кузнеца погладила мою ногу, погладила колено и медленно начала гладить бедро. Волны ощущений разбегались по всему телу. Это было похоже на пытку, которая не кончится никогда. Он повернул меня на спину, и я увидела его глаза. Я растворилась в этих глазах и утонула в их глубине. Он смотрел на меня и меня охватывала дрожь от желания покориться ему. Я протянула руку к его затылку, зарылась в его волосах и наклонила к себе, чтобы поцеловать. В глазах потемнело от его поцелуев. Я хотела еще и еще. Это как источник воды для путника. Дальше мне сорвало голову. Мозг взорвался огнями, по телу пошли горячие волны желания, и я услышала, как трещит моя ночнушка, под его руками. Он гладил и целовал мое тело, а я с ума сходила от его поцелуев, я выгибалась ему навстречу и прижимала к себе его голову. Я теряла голову от прикосновений его рук и губ. Потом он взял меня за бедро и подмял мое тело под себя. И мне нравился этот плен, его рука сжала мою кисть, он прижал ко мне ногу, и я поняла, что схожу с ума от его запаха, от его рук и хочу продолжения. Я выгнулась на встречу и впилась в спину ногтями. Он целовал мою шею, плечи, чем доводил меня до сумасшествия. Все было как в тумане, я не помнила где я, я не помнила кто я. Разум мой помутился, и дальше все завертелось в бесконечном удовольствии и наслаждении. Тела наши сплелись в одно целое. Я принадлежала этому мужчине, а он принадлежал мне. Мне казалось время остановилось. Я впивалась ему в спину, прижимала его к себе и хотела полностью в нем раствориться и слиться с ним. Его большой палец руки гладила мое лицо и губы. Он прижимал меня все сильнее и сильнее, пока нас не накрыла лавина удовольствия, которая перешла во взрыв эмоций и освобождение. Я уткнулась ему в плечо, он очень нежно целовал мою шею, щекотя меня за ухом. Я боялась открыть глаза и посмотреть на него, мне, почему то было стыдно, за то удовольствие, которое я сейчас получила. За ту страсть, которуя я не смогла скрыть и она меня поглатила рядом с этим мужчиной.
Никита перевернулся на спину и увлек меня за собой. Я легла к нему на грудь и закрыла глаза от умиротворения и удовольствия. Я дышала им, гладила его щеку и губы и мне хотелось быть здесь с ним и чтобы утро не наступало. Он брал мою руку и целовал запястье и ладонь и меня накрывала такая волна счастья, что это сложно описать. Уснула я безмятежным сном, мне снилась маленькая девочка с карими глазами, как у Никиты, она смеялась и убегала от меня по полянке с ромашками. А я бегала за ней и пыталась ее поймать.
 
Утром я проснулась не от грохота горшками Лизы, а от того, что кто-то целует мне спину и гладит мое бедро. Я улыбнулась и сказала:
- Еще. – Никита тихонько зарычал, перевернул меня на спину и повторил пытку, которую он проводил со мной ночью. Когда наши объятия разомкнулись, и мы лежали уставшие и счастливые, он  взял мое лицо и поцеловал мои глаза, щеки, лоб, губы, накрыл одеялом и прошептал:
- Спи, душа моя!- поднялся и ушел. Я подмяла под себя одеяло и уснула. Проснулась я поздно. У меня было прекрасное настроение, я готова была летать. Я взяла чугунок с печки с горячей водой и побежала в купальню. Когда вернулась, никого из своих девочек не обнаружила. Мишутки тоже не было. На столе накрытая рушником стояла остывшая каша. Видно я очень долго спала. Я поела кашу и пошла к Никите. Возле кузни, на сене, накрытом покрывалом, играл Мишутка. Никита работал в кузне. Я подошла к нему и погладила его по спине. Он обернулся ко мне, схватил меня в охапку и стал целовать. Этот плен мне нравился, и совсем не хотелось из него вырываться.
- Соскучилась?- прошептал он мне в губы. Я махнула головой и посмотрела ему в глаза. Мне хотелось вот так стоять рядом с ним и смотреть, как он работает.
- Где Сонька с Лизой?
- Они пошли за ягодами.
- Тебе Мишутка не мешает? Я хочу стирку устроить.
- Тогда посиди с ним, я наношу тебе воды.
- Спасибо…..- Я хотела сказать: « Любимый», но замялась и не поверила сама себе, сердце сразу испугалось, что он меня не любит, а я пока не знаю, люблю его или привыкла к нему. Мне хорошо с ним, но очень много – но….
Я села к Мишутке, погладила его по голове и поцеловала в макушку. Никита пошел наливать воду в кадушки. Наверно, где-то в глубине души я мечтала о таком тихом семейном счастье.
 Я сидела с Мишуткой, смотрела на деревню, на поля за деревней и наслаждалась этим видом. Видно было, как во дворе у кого-то дети бегают, изображая коней. Кто-то телегу ремонтирует, столяр ведра и кадушки делает. Люди жили своей жизнью и не знали, что можно жить по другому: бежать со стаканчиком кофе на работу, а там зарабатывать деньги « стуча по клавиатуре», здесь жизнь остановилась и медленно шла, в этом была ее прелесть и очарование. Не нужно было выглядеть лучше, респектабельнее, дороже, круче. Никому не нужны были дешевые понты и крутые смартфоны. Да они тоже стремились улучшить свою жизнь, но самое основное делили одинаково для каждого дома. Каждый дом получал одинаковое кол-во мешков зерна, одинаковое кол-во дров и сена. Остальное уже каждый решал сам, куда деть и соседи менялись с соседями тем, что им не нужно было.
Жизнь была в этом плане честнее и чище в этой деревне, чем в мире, где каждый сам за себя и человек человеку волк.  Я не видела у них церкви и не понимала, как и во что верят эти люди. Хотя у Никиты висит образ Богородицы над столом. Они не вспоминают Бога, а у них Светлые и Темные духи. И Светлый сад очень похож на наш Рай.
От раздумий я очнулась, когда Никита погладил меня по плечам и поцеловал в макушку.
- Все готово, моя душа! Мишутку можешь оставить мне, я за ним пригляжу. – При этих словах он поднял Мишутку и стал его подкидывать к небу. Ребенок не выпуская пальчик изо рта, улыбался ему. Он так несколько раз подкинул его и посадил на место, ребенок радовался ему и не спускал с него своих глаз. Никита ему подмигнул и пошел в кузню.
 
Я поставила на улице на скамью большое длинное корыто и стала носить туда подогретую воду. Рядом стояло корыто для того, чтобы полоскать. Я помню, в фильмах женщины в старину полоскали белье в реках, и здесь я видела то же самое, но я пока не решилась идти к реке и полоскать там свои вещи. Когда заканчивала стирать, во двор вошел староста:
- Завтра утром все собираемся на сенокос. Ты в нашей деревне новая хозяйка, поэтому тебе говорю я, чтобы знала!
- А где собираемся?
- В поле. Увидишь утром, куда  бабы пойдут, туда и  вы с ними идите.
- Хорошо, поняла.
Как только староста ушел, вернулись мои девчонки с коробом за плечами и корзинами в руках. И оставшуюся половину дня мы перебирали ягоду, под песни Соньки и Лизки. Как же они душевно поют свои местные песни со своим говором и распевами.