Терновая Лилия (СИ)

Хотя, даже знай я, кто они, все равно заступилась бы за Софи. И за любую другую бедняжку, оказавшуюся в подобной ситуации. Занимаемый высокий пост совершенно не повод вести себя по-свински.
— Я слушаю, — веско уронил маг и уставился тяжёлым взглядом на блондина, безошибочно определив зачинщика всего.
— Я предлагал деньги. А она изображала недотрогу, — херувим снова ткнул пальцем, теперь в Софи, но, поскольку я стояла между ними, получилось, что опять в меня. Я на всякий случай сделала шаг назад, чтобы не плодить непонимание. Уголок рта де Бельгарда дернулся, будто он пытался подавить улыбку, но взгляд, направленный на блондина, суровости не утратил. — Потом вмешалась эта.
Палец, как стрелка качественного компаса, снова упёрся в меня.
Рот дернулся уже отчетливее. Де Бельгарда явно забавляло происходящее, чего нельзя было сказать обо мне. Я продрогла, оголодала и перенервничала.
— Блез? — перевёл испытующий взор маг на вменяемого брюнета. Короткое, рубленое имя вполне ему подходило. Он и сам был похож на топор: резкий, основательный и плечистый — от него веяло уверенностью в себе. Такому не было нужды зажимать девушку в темном углу — скорее, отбиваться от них приходилось.
— Себ выпил на площади и предложил развлечься. Я пытался отговорить. Не вышло, — коротко и четко отрапортовал Блез. Так я и думала. Главный в этой тройке херувим, но вовсе не из-за большого ума.
— Вас задержали сразу после полудня, — медленно, веско протянул де Бельгард, и мне захотелось отступить еще на шаг, хоть я ни в чем и не была виновата. Побелевший блондин мое мнение явно разделял. — Ты выпил так, что потерял контроль над собой и пошёл приставать к девицам с самого утра? Сколько раз я тебе говорил…
Маг оборвал сам себя, безнадежно махнув рукой: решил не трясти бельём на публике, но и так все было ясно. Херувим злоупотребляет давно, и инцидент с Софи далеко не первый. Думаю, остальные так легко не отделались.
Тут мне стало дурно окончательно. Если подобные происшествия скрывают, то пропажу двух цветочниц никто не заметит. Были — и нету. Вдруг выпивший маг — это угроза мирным жителям, а мы слишком много видели?
— Это еще не все, Тьер… мсье Верховный маг, — оговорка блондина тоже не прошла мимо меня. Значит, де Бельгард — большая шишка и с херувимом у них близкие отношения. Сейчас нас точно начнут закапывать. — Эта сумасшедшая вздумала нам сопротивляться!
И он снова ткнул в меня пальцем. Руки чесались его сломать, но я сдержалась. Не подозревала в себе такой кровожадности! Но в оправдание могу сказать: довели.
Верховный маг снова перевёл взгляд на меня. Я в ответ уставилась на него, не видя смысла отпираться. Все равно перевес не на нашей стороне, думаю, и Софи, если ее спросить, повесит всю вину на меня. Так что спасаться придется исключительно самостоятельно.
— Это была пьяная драка, мсье. Мы с подругой просто попались под руку, — честно глядя магу в глаза, выдала я свою версию. Ни слова неправды, всего лишь немного перевёрнуты и сдвинуты акценты.
— Хм, — прищурился де Бельгард, а херувим заголосил:
— Врет она все, она мне нос сломала, сучка безбашенная!
— Прикажете принести Камень Истины? — подобострастно склонился к уху Верховного мага начальник участка. Тот благосклонно кивнул.
— Хорошая идея, мсье Пинчон. Несите.
Конечно же, сам пузатый усач ничего ниоткуда не понёс. Он помахал тем жандармам, что бесцельно мялись у стены, внимая бесплатному зрелищу. От общей группы отделились двое, одетые чуть опрятнее и богаче остальных. Доверенные лица? Заместители?
Стянув с шеи огромный, в ладонь длиной, витой ключ на цепи, начальник участка протянул его одному из подошедших мужчин и что-то прошептал ему на ухо.
Двое уполномоченных быстро сбегали куда-то и через пару минут вернулись, благоговейно неся в четыре руки металлический поднос, на котором лежало нечто, укрытое плотной тканью.
Ношу водрузили на стол перед Верховным магом, и тот поманил меня к себе.
— Подойдите, мадемуазель…
— Лили, — пискнула я, не справившись с голосом, и закашлялась. Фамилию я себе так еще и не придумала, но меня о ней и не спрашивали.
 
Де Бельгард улыбнулся и жестом фокусника сорвал покрывало, открыв присутствующим неправильной формы камень. Он напоминал мутный хрусталь и чуть светился розовато-сиреневым.
— Прошу вас повторить свои показания, положив руку на Камень Истины, — голосом доброго дядюшки предложил мне Верховный маг. — Если вы солжете, он обожжет вашу ладонь, имейте в виду. Магические ожоги не лечатся, как вы знаете.
— Знаю, да, — пробормотала я, недоверчиво оглядывая мерцающую штуковину.
Трогать ее не хотелось. Все внутри меня сопротивлялось мысли, что придется прикоснуться к неизвестной светящейся гадости, но выбора особого не было.
До сегодняшнего дня мне лично сталкиваться с магией не приходилось. В этом я была абсолютно уверена. Мозг подсовывал дикие обоснования того, что камень светится, но ни один из них не подходил, кроме самого логичного и невероятного — это артефакт. Заряженный ментальной магией предмет, способный определить, лжёт человек или говорит правду.
— Ну же, смелее, или вам есть, что скрывать? — подбодрил меня де Бельгард.
Я решительно положила ладонь на светящийся камень.
— Клянусь, что этих идиотов пальцем не тронула.
Полупрозрачный детектор лжи мельком полыхнул зелёным и снова вернулся к своему обычному, едва светящемуся розоватому состоянию. Среди жандармов раздались редкие смешки. Они оценили формулировку: камень подтвердил не только мою непричастность к побоищу, но и то, что троица не одарена умом.
Рисковала я прилично. Кто знает, насколько точно настроена эта штуковина и как подробно улавливает нюансы произносимого. Повезло. Размытость и обтекаемость использованной фразы не прошла мимо Верховного мага. Он прищурился, но кивнул, и светящийся Камень унесли. Хорошо, что он не начал настаивать на более подробном допросе.
Кажется, кто-то за мой счет решил преподать урок зарвавшимся юнцам. Зря я так паниковала, а все Софи со своим упоенным перечислением возможных казней. Оказывается, де Бельгард совершенно вменяемый, даже с чувством юмора. Я немного расслабилась, понадеявшись, что основная опасность позади.
— Врет она! — взревел херувим совершенно не по-ангельски.
Подбоченившись, я повернулась в его сторону.
— Послушайте, мсье. Вы уже достаточно сделали из себя посмешище, советую прекратить. Зачем списывать обычную кабацкую драку между приятелями на слабую женщину вроде меня? Скажите, разве хрупкой мадмуазель под силу побить троих мужчин? — я обратила взгляд обиженной лани на Верховного мага.
Тот успел выйти из-за стола и спуститься с возвышения к нам. Жандармы расходились, посмеиваясь украдкой. Хохотать в открытую над магом все же не осмеливались. Пузатый начальник участка замер округлой тенью за плечом де Бельгарда, внимая каждому жесту и подхалимски готовясь предугадывать малейшие его желания.
Похоже, магов если не боготворили, то близко к тому. И я посмела на сие великолепие поднять руку! То есть ногу. И голову, не забываем про голову.
Карие глаза пробежались по моему порванному платью, оценили лихо сдвинутый набок чепец, не забыли и разбитую губу, и назревающий синяк на лбу.
— Нет, конечно. Вы же такая безобидная, — с едва уловимой насмешкой выдал вердикт маг, делая шаг вперед. Я не успела ни уклониться, ни увернуться, будто меня пригвоздили к месту, а его палец бережно и осторожно уткнулся мне прямо в середину лба. От места соприкосновения наших тел пробежали ледяные иголочки и быстро впитались куда-то под кожу.
 
— Вы что делаете? — почему-то шепотом уточнила я.
— Лечу вашу шишку, — так же тихо, заговорщически, ответил мсье де Бельгард и подмигнул мне. — Мадмуазель невиновна, это же очевидно. От этих троих за километр разит алкоголем.
Повернувшись к проштрафившимся ученикам, он скрестил на груди руки и уставился на них с таким суровым видом, что я на их месте покаялась бы во всех грехах, содеянных и только замышляемых.