Кейн: Абсолютная сила (СИ)

Сам же Влад большую часть своей жизни провёл в специальной академии для одарённых детей аристократов, куда его направил отец, едва тому только стукнуло одиннадцать. А когда в семнадцать он её закончил и вернулся обратно в гнездо, то отец только собирался приобщить его к делам семьи. К тому, что от них осталось.
А затем, несколько месяцев спустя, Владислав обнаружил своего отца мёртвым в кабинете.
Похоже, что всё не так просто, как я мог подумать вначале.
— Можете объяснить поподробнее? — попросил я.
— А вы взамен, расскажите мне что в вашем рюкзаке делают сорок тысяч франков и то, для чего вы пересекли границу Франции неделю назад? — предположил ИСБшник.
Ну, здесь скрывать нечего.
— Деньги я нашёл, — не моргнув глазом солгал я ему, — а на территорию Короны я отправился для того, чтобы принять участие в рейде через разрыв.
Что толку врать. По этому мужику видно, что такой ерундой его вокруг пальца не обведёшь. Словно доказывая мои мысли, он тут же подтвердил мои словам.
— В несанкционированном рейде, — поправил меня Голотов и на мгновение отвлёкся для того, чтобы что-то записать в лежащем на краю стола блокноте.
— Если вы и сами всё знаете, то зачем спрашивали?
— А зачем молодому человеку, что ни единого раза не ходил на ту сторону аномалий, подписался на столь... рискованное предприятие? — вместо ответа спросил он. — Насколько я знаю, вы не проходили квалификацию и обучение для участия в рейдах.
— Я быстро учусь.
Голотов хмыкнул, но ничего не сказал.
Честно, этот разговор начал меня немного раздражать. Ещё и потому, что в столице я задерживается не собирался. Мой путь лежал на восток, во Владивосток. И билеты на самолёт, гадство такое, уже были куплены. Только вот судя по всему, этот рейс я пропущу. Обидно, блин...
— Михаил Александрович, давайте не будем тратить время, а? Уверен, что у вас и без меня дел хватает. Для чего я вам нужен? Если бы вы хотели меня арестовать, то, как сами бы выразились, я бы сейчас сидел в куда менее комфортной обстановке. Вы сами так сказали. А вместо этого, я сейчас тут. Разговариваю с вами и трачу ваше и своё время. Так, что вам от меня надо?
В лоб? Да, в лоб. Потому, что не люблю я вот этого хождения вокруг да около.
Голотов внимательно посмотрел на меня. Хмыкнул каким-то своим мыслям, после чего достал из ящика стола папку и положил её передо мной.
— Скажите мне, Владислав, что вам известно об этих компаниях?
Я посмотрел на Голотова. Затем на папку. Затем снова на него. И? Чего он от меня ждёт?
Только вот ИСБшник молчал, держа паузу.
Мысленно выругавшись, я взял папку в руки и сделал вид, что читаю. Почему так? Да потому, что я не имел ни малейшего понятия, о том, что вообще тут написано. Заметил только пару названий, написанных явно на японском языке. Ещё несколько на китайском и итальянском. Но не более того.
— Ничего, — често сказал я ему, пробежав глазами по бумагам. — А должен?
— Это вы мне скажите. В конце концов, именно эти японские компании виноваты в том, что ваша семья влезла в огромные долги...
Так, а вот это уже интереснее...
— И в том, — продолжил Голотов, — что через порты Владивостока, в то время, когда они находились в руках вашей семьи, шло огромное количество контрабанды и запрещённых к импорту и экспорту товаров. В том числе и оружия, которое производилось в Империи.
Я с искренним удивлением посмотрен на него.
— Первый раз об этом слышу, — тут мне даже врать не пришлось.
— Уверены?
— На все сто процентов. 
— Хм... Как интересно. Знаете, что я вижу, Владислав?
— Сами мне скажите.
— Мы уже давно следим за Владивостоком. У нас, как вы знаете, в последнее время довольно напряжённые отношения с Японией. Особенно после конфликта на Сахалине. Да и восток Империи слишком долго варился в собственном соку. Мне кажется, что одна семья, в попытке вернуть потерянное благосостояние начала заниматься контрабандой. И, вот ведь, какое совпадение. Этот род, я пока не буду тыкать пальцем, давно владел обширными связями в торговле, да и к тому же ещё и имел значительную долю в портах Владивостока. Ну, как? Никто на ум не приходит?
 
Хм-м-м...
Я откинулся на кресло, пытаясь что-то сообразить. К сожалению, выходило плохо. Из-за учёбы в академии, Влад практически не участвовал в деловой жизни семьи. Да и отец явно не торопился посвящать его в них после возвращения. А если и собирался, то всё равно не успел.
Но кое что в «своих» воспоминаниях я найти смог. Однажды, через месяц или около того, после возвращения Влада из академии, к ним в усадьбу приезжали несколько японцев. По крайней мере именно так их запомнил сам Влад. Они встретились с отцом в его кабинете, после чего уехали, а глава Рода Коршунов весь вечер ходил мрачным, как туча.
Выходит, что в последних проблемах Коршунов виноваты японцы? Так что ли? Или же нет?
Честно говоря, понятия не имею. Но выяснить это я собираюсь. Для моих целей потребуется помощь.
Видимо пока я размышлял, что-то отразилось на моём лице, раз Голотов вдруг улыбнулся ещё сильнее.
— О чём думаете, Владислав?
— О том, что это абсолютно не ваше дело, Михаил Александрович, — в тон ему отозвался я. — Вы, к слову, так и не ответили на мой вопрос. Я арестован?
— Нет, пока ещё нет.
— Тогда, с вашего позволения, я буду очень благодарен, если вы вернёте мне мои вещи, деньги и доставите обратно в аэропорт. Мне ещё домой лететь.
— Не уж-то собираетесь вернуться обратно во Владивосток, — удивился он.
Как будто он этого не знает.
— Верно. 
— С учётом всех ваших проблем?
— Там, где одни видят проблемы, Михаил Александрович, я вижу возможности, — я поднялся со стула, ожидая, что в этот самый момент сюда могли ворваться те самые мордовороты, что сопровождали меня во время поездки.
Боялся ли я их? Да нет. Не особо. Сейчас выиграть в равном бою я , наверное, не смогу. А вот сбежать я сумею. Это уж точно. Ну, по крайней мере мне хотелось в это верить. Другое дело, что я очень хорошо понимал, чего именно добивался этот хмырь, Голотов. И если я не ошибаюсь, то сейчас он...
— Что же, думаю, что в этот раз мы и правда можем попрощаться, — с напускной доброжелательностью произнёс он, а затем указал пальцем на раскрытую папку. — Вы бы взяли её с собой, что ли. Перелёт до Владивостока не быстрый. Вдруг почитать захочется?
Ну, конечно же. Как я и думал.
— Уверен, чтиво занимательное, — с точно такой же фальшивой улыбкой посмотрел я на него.
— О, вы даже не представляете на сколько. В особенности двадцать седьмая страница.
Хмыкнув, я поддел пальцем лежащие на столе бумаги и открыл ту самую, двадцать седьмую страницу.
Там оказалась фотография, дополняющая короткую справочную заметку. Высокая и стройная блондинка, с длинными, цвета платины волосами, вздёрнутым аккуратным носиком и ярко зелёными глазами.
— А это...
— Мой номер есть в этой папке, — пояснил Голотов. — Позвоните, если вдруг встретите её.
— И с чего вы так уверены, что я её встречу? — не удержался я от вопроса.
Только вот ответа не получил.
— Я очень настоятельно рекомендую вам позвонить, Владислав. Уверен, что в противном случае последствия вам не понравятся, — вместо этого произнёс он и из его голоса пропал любой намёк на показное веселье.
Пару секунд я стоял, размышляя, что ответить, а затем просто закрыл папку, забрал её со стола и направился на выход.
***
— Ваше сиятельство, простите меня за вопрос, но стоит ли его отпускать? — спросил подошедший к Михаилу мужчина. — Вы же прекрасно знаете, что его отец работал с японцами. У нас на руках доказательств столько, что мы могли бы закопать то, что осталось от их рода.
Граф Михаил Александрович Голотов, начальник Второго Специального отдела ИСБ, только покачал головой.
— А какой смысл, Володя, — сказал он, глядя на то, как молодой Коршунов забрался в машину. — Сейчас нам от этого не будет никакого толка. Так, разве что репортёры, да новостные сводки взбудоражим на недельку и не более. Да и оставленное его отцом предсмертное письмо убирает пацана из под удара.