Белла и чудовище

Мой зверь взбунтовался. Требовал защитить девчонку и наказать обидчицу. Но я остался стоять на месте. Мысленно повторяя, что Белла не ребенок. И раз любит провоцировать, пусть учится стоять за себя.
Войдя в лифт, Ольга нажала на кнопку закрытия дверей, и кабина понеслась вниз.
– У тебя с ней что-то есть?
Ее тон был словно глажка против шерсти. Злил и действовал на нервы. Вроде бы не клялся в любви до гроба. Ничего ей не обещал. Но одноразовый трах снова вылился в гребаную проблему.
Все еще полный агрессии из-за нерастраченной энергии, я мысленно выругался.
– Прости, это мое личное дело.
– А как же наши отношения?
– Какие? – я бросил на нее удивленный взгляд. – У нас с тобой пару раз был классный секс. Не спорю. Но называть это «отношениями я бы не стал.
Видимо осознав, что зашла чересчур далеко, Ольга тут же сменила тактику. Шумно выдохнула. Подошла ближе и положила ладони мне на грудь.
– Не злись, Яр. Это просто неконтролируемая женская ревность. Я помню о нашем договоре – никаких обязательств. Просто… эта девчонка меня раздражает.
Она потянулась вперед, собираясь меня поцеловать. Но лифт вовремя остановился. Дав мне отличный повод отступить, и не ставить ее в неловкое положение.
Как не хреново было это признавать, но ощутив пьянящий вкус шелковистой кожи одной мелкой заразы, мне хотелось еще немного его посмаковать, а не размениваться на суррогат.
Да и зверь еще толком не успокоился. Ему была нужна его женщина. А любая другая вызывала лишь ярость и гнев.
Ольга сделала вид, что ничего не заметила.
– Шпрот сказал, что на берегу Чуры нашли труп и вы с Волокуровым едете туда. Можно мне с вами?
Меня как обухом по голове огрели.
Гребаный труп. Совсем о нем забыл. И все из-за девчонки. Еще одна причина поскорее от нее избавиться.
– Поехали.
 ***
Дующий с реки холодный, пробирающий до самых костей осенний ветер яростно колыхал кусты у берега, в которых лежало обнаженное мужское тело.
Убитому на вид было лет сорок. Лысый. Упитанный. Такого голыми руками не возьмешь.
На лбу, то ли кровью, то ли красной краской был нарисован круг, с точкой посередине. Бледные ноги расставлены в стороны. В сложенных на груди руках были зажаты цветы. Уже пожухшие. Похоже, экзотические. Ядовито-зеленой расцветки, с вытянутыми лепестками и алой сердцевиной.
Необычный натюрморт.
Следов, в виде ссадин или ран, на теле не видно. А значит придется ждать заключение Михалыча. И плясать уже от него.
– Интересно, где этот маньяк Луперкали в такое время года раздобыл, – раздался за спиной Ольгин голос.
– Что? – поднявшись с корточек спросил я.
– Цветы, – кивнула она на труп. – У меня сестра увлекается ботаникой. Видела их в одной из ее книг. Интересное название, вот и запомнилось. Цветут весной. Требуют много внимания, потому мало кто из цветочников с ними связываются. Просто так в магазинах не найти.
Подошедший к нам Орк хлопнул меня по плечу.
– Машину мэра только что эвакуировали. В салоне было найдено заботливо упакованное в файл заявление на увольнение одного из его помощников. Похоже, дело раскрыто.
– Ну хоть одним геморроем меньше, – хмыкнул я и кивнул на труп. – Зато здесь работы в избытке.
– Голый и с цветами… – протянул Леха, оглядев труп. – Это какое-то жертвоприношение?
– Не знаю, – пожал я плечами. – Для них, обычно, используют сексуальных девственниц. Но я бы сузил круг подозреваемых до психов с осенним обострением, черных ведьм, романских колдунов и шаманов.
Леха приподнял брови и присвистнул.
– Про сузил, это ты пошутил? Перед Самайном в город куча туристов съехалась. Это как искать иголку в стоге сена.
– А кому сейчас легко? У нас хотя бы есть зацепка в виде следов от мужских ботинок сорок первого размера, что ведут к дороге, и редких цветов, – я повернулся к Ольге. – Узнай, не используются ли эти Луперкали в каких-нибудь ритуалах. Лех, на тебе труп. А я пока начну шерстить всех городских цветочников.
Кивнув, Чащина вернулась в мою машину. Криминалисты как раз закончили со съемкой, и начали грузить тело на носилки. Ветер усилился, задувая под поднятый ворот форменной куртки. Стоящий рядом Орк что-то записывал в свой блокнот.
 
– Капитан, – окликнул меня Денис Стоцкий, самый молодой оперативник в нашей команде. – Взгляните сюда.
Он стоял в десятке метров от меня, в кустах у железной кабинки, что служила переодевалкой для любящих загорать здесь летом местных жителей.
– Тут еще две пары следов. Ботинки мужские, сорок третьего. И балетки.
– Балетки? – переспросил я.
– Обувь женская. Как туфли, но без каблуков. У меня мать такие любит. В них ноги не устают.
– Действительно, – пробормотал я, разглядывая хорошо сохранившиеся в засохшей грязи следы обуви. – Насколько я помню, в ночь с пятницы на субботу лил дождь. Тело тоже, судя по виду, не меньше трех дней здесь пролежало.
– Думаете, убийц было трое? – спросил меня парень.
Заметив лежащую в грязи перламутровую пуговицу от женской блузки, я поднял ее и принялся разглядывать.
– Сомневаюсь. Следы обрываются здесь, а потом ведут обратно к дороге. В лучшем случае, невольные свидетели. Гуляли под ручку. Решили по-быстрому перепихнуться. Спрятались в кабинке. Ночь. Заросли высокие. Их не видно. Были уже в процессе, как вдруг услышали шум. Видишь вот этот след назад тянется? Мужик поскользнулся и упал на колени. Может сам, а может испугался увиденного. Дождались, пока убийца сядет в машину и уедет. Затем свалили. К трупу, если даже его видели, не подошли.
– Черт, и как же их искать? – тяжело выдохнул Дэн. – От города далеко. Кругом на несколько километров – ни домов, ни камер. Да и времени много прошло.
– Хороший вопрос.
– Разве совсем-совсем ничего нельзя сделать?
Я пожал плечами.
– Можно дать объявление в газету. Кто знает, вдруг увидят и совесть перевесит страх…
 
Глава 7
 
До конца рабочего дня оставалось десять минут, а Яр снова, уехав, так и не вернулся в участок. И было бы не столь обидно, если бы вместе с ним не исчезла чертова брюнетка.
После нашего с ней столкновение у дверей лифта, у меня до сих пор болело плечо. Из чего пришлось сделать неутешительный вывод – спарринга, за сердце одного там зубастого капитана, нужно будет избегать любой ценой.
Ну до чего же невыносимый тип?
Упрямый, как осел и упертый, как баран. Но я-то знаю, что ему небезразлична.
Тело, все еще болезненно-чувствительное после его грубых, настойчивых ласк, напоминало о том, до чего мы с Яром так и не дошли. Грудь ныла. Внизу живота разгорался нешуточный жар. И тот единственный, кто мог его унять, исчез в неизвестном направлении.
Ситуация, как в дешевом романе.
Возбудила мужчину, а роль утешительницы досталась другой. И уж она своего не упустит.
Впрочем, оставалась крохотная надежда, что отсутствие Волкова было связанно с его работой. Но Ирина из отдела кадров, с которой мы пересеклись за обедом в общей столовой, обмолвилась о скучной жизни местной полиции. Редкие кражи, бытовые ссоры. Разве это повод пропадать на полдня?
Может зря я его остановила?
Хотела завести и сбежать. Затем сама потеряла голову. А когда почувствовала, что вот-вот свершится неминуемое – испугалась. Как дура.
Когда кипящий от ярости оборотень подхватил меня на руки, прижал к стенке лифта и навалился сверху, заключив в кольцо рельефных мышц, меньшее, о чем я думала – это последствия.
Я желала Яра так же неистово, как и он меня. Горела для него. Пылала и плавилась. Но в самый ответственный момент запаниковала. И дело было не в страхе перед первым сексом и не в выбранном для него месте.
Просто…
Чем я лучше его однодневных подружек? Безотказная. Влюбленная. Наигрался бы и ушел не оглядываясь. Оставив меня с разбитыми мечтами и израненным сердцем.
Когда попыталась вырываться – смехотворные усилия, возня против его мощи – только еще сильнее распалила обоюдную страсть. И уже сдалась, принимая последствия, как вдруг открылись двери лифта.