Один шаг, чтобы проиграть (СИ)

— Ты долго будешь меня изучать?
Подпрыгнула от неожиданности, ударившись макушкой об спинку кровати. Потерев ушибленное место, вернула взгляд Тернеру, который лениво потянулся на кровати, улыбаясь во все тридцать два.
— Давно ты не спишь?
— Минут пять. И все это время ты смотрела на меня.
Какая идиотка. Как можно было не заметить, что он уже проснулся? Но не успеваю даже толком смутиться, как мужские руки с лёгкостью подминают меня под себя, а губы опускаются на шею.
— Доброе утро, маленькая, — поцелуй. — Как спалось?
— Доброе утро, прекрасно. А тебе?
Обнимаю шею Джеймса ладонью, потянув на себя, и ловлю его глаза.
— Я никогда так не высыпался. Боюсь, секрет как раз в одной красотке, которую я обнимал всю ночь.
— Серьезно? — снова поцелуи, но уже настойчивее и быстрее. Мозолистая ладонь пробралась под мою футболку и легла на живот, принявшись пальцами выводить круги на обнаженной коже. — И что же теперь делать?
— Забирать себе. Другого не дано.
Джеймс перемещает губы на мои, проводя по ним языком, а рукой поднимаясь выше по ребрам. Но звонивший на тумбочке телефон Тернера разрушил момент интимности.
— Ответь.
— Не хочу.
— Вдруг это важно. Бери.
Джеймс тяжело вздохнул, затем чмокнул меня в нос и взял трубку. Несколько минут достаточно позитивного разговора, и босс снова устроился рядом.
— Михаил звонил. Через час за нами заедет водитель. Экскурсия, не забыла?
— Ты издеваешься?! Как я могла забыть об этом?
— Да шучу я, маленькая любительница России. Но если мы хотим успеть, то надо собираться.
Тернер игриво пошевелил бровями, заставив меня рассмеяться, а потом снова притянул у себе и крепко обнял.
— Иди в душ, я следом. Хотяяя, мы можем принять его вместе для экономии времени.
— Или ты можешь помыться в своем номере.
— Вечно у тебя есть выход, мисс "лучшая на курсе", — улыбаюсь ему, гладя щеки. Не могу оторваться. — Давай, собирайся, я к себе.
Подарив ещё один поцелуй на прощание, Джеймс поспешил в свой номер, оставляя меня с самой собой.
В итоге мы так зависли в Москве, что успели как раз к завершению регистрации на рейс. Я тарахтела без умолку, пребывая под фантастическим впечатлением от столицы России. Совершенно другой город, не похожий ни на один американский мегаполис, но с такой неимоверной энергетикой и невероятно красивыми людьми. Михаил все это время был с нами, лично рассказывая и показывая местные достопримечательности. В мемориальной квартире Пушкина на Арбате я расплакалась. Сама не знаю, что на меня нашло, но от осознания того, что я вижу все воочию, не смогла совладать с эмоциями. Джеймс всюду держался рядом: обнимал, целовал, шептал на ухо то шутки, то нежности, неизменно вызывая мою счастливую улыбку, что не укрылось от внимательного взора мистера Вернер.
— Это вы ещё в Петербурге не были! А если по всей стране проехать, уууух, — махнул рукой Михаил, провожая нас в аэропорту. — Диана, обещайте, что если снова будете в России, то обязательно заглянете к старику.
— Обещаю. Спасибо вам большое!
Улыбаюсь на прощание, пока мужчины обмениваются рукопожатиями, и через десять минут мы уже сидим в салоне бизнес-класса, просматривая фотографии на телефоне.
— Смотри, — говорит Джеймс, увеличивая снимок двумя пальцами, — видишь?
— Что?
— Какая ты красивая. Теперь это моя любимая фотография.
— Разве у тебя есть ещё? — облокачиваюсь подбородком на его плечо и лукаво улыбаюсь, подавляя зевок. Всё-таки столько ходить вымотает и слона.
— Будут. Но эта всегда будет любимой, потому что первая. — Тернер целует меня в лоб. — Поспи, полет предстоит долгий. А сон скрасит ожидание.
Что, собственно, и случилось. Только проспали мы вдвоем. И когда выходили из здания аэропорта, направляясь к машине Джеймса, настроение у обоих заметно испортилось — драгоценные минуты вместе заканчиваются.
— Диана, — босс завел двигатель и развернулся ко мне, — между нами ничего не меняется, ты же понимаешь это?
— Смотря что ты подразумеваешь под тем, что не меняется.
 
— Все. Все, что было между нами, включая последние сутки.
Джеймс поддел пальцами мой подбородок, заставляя посмотреть на себя. Немного наклонил голову вбок, обнажая едва отросшую щетину, спускающуюся с щек. Провел ладонью по моим волосам, заправив прядки за ухо.
— Теперь, когда я знаю, каково это: ты рядом со мной, спишь у меня под боком, ласково поглаживаешь щеки, целуешь, отдавая все мне. Обнимаешь просто так, потому что я это я. Думаешь я отмотаю все назад? Нет, маленькая. Нет. Но отношения в офисе лучше не афишировать, дабы избежать бурных обсуждений и косых взглядов. Мне то плевать, а вот за тебя я переживаю.
Глупо улыбаюсь, кивая в ответ, и переплетаю его пальцы со своими. Джеймс молчит, крепче сжимая мою руку, вызывая табун мурашек по телу. Чем ближе мы подъезжаем к моему дому, тем больше в воздухе искрится напряжение, которое необходимо сбросить.
Машина остановилась у родного здания, но я не спешила выходить. Сидела и смотрела на Тернера, не в силах наглядеться, потому что сколько бы я не видела — мне мало. Как и Джеймсу, который не выпускал мою руку из своей, поглаживая ладонь. Не знаю, когда атмосфера в салоне изменилась, но буквально ещё пара секунд глаза в глаза, и мы, как голодные звери, набросились друг на друга.
Тернер не выпускал меня из авто, целуя все, до чего мог достать: губы, щеки, нос, лоб, шея, уши, волосы. На них задерживался долго, перебирал пальцами, втягивал в себя запах. Если бы могла, то прямо в салоне растеклась лужей, вымачивая насквозь черную кожу.
— Мне пора… Джеймс…
Новый поцелуй умело заткнул рот, не давая шансов на освобождение. Но спустя несколько томных и сладких минут, мужчина все же выпустил меня из объятий.
— Иди, — севшим голосом пробасил босс, — иначе вообще не выйдешь отсюда.
Я легко улыбнулась, проведя пальцами по его лицу. Сердце трогательно сжималось от каждого взгляда и движения мужчины напротив. Джеймс поймал мою ладонь и ласково поцеловал сначала внутреннюю, а затем и тыльную сторону.
— Иди, маленькая. Последний шанс.
Прекрасно понимаю, что не шутит — все написано в глазах. Чмокаю его в щеку и вылетаю из машины, которая моментально трогается с бешеной скоростью, будто педаль газа приложило от невероятной силы. С глупой улыбкой, блуждающей на губах, поднимаюсь домой и захожу в квартиру. Бросаю сумку в холле, раздеваюсь, напевая себе под нос какую-то давно забытую мелодию, прохожу в гостиную и замираю на месте.
— Рассказывай!
Хлоя, судя по разбросанным подушкам, до этого растянувшаяся на диване, теперь вскочила на пол и с горящими глазами смотрела на меня.
— Ты что здесь делаешь?
— Приехала искать пропащую. Ты не отвечала на мои звонки, а я, собственно, оборвала тебе весь телефон. Ким сказала, что ты в командировке с Тернером. И я узнаю это от других людей! Не стыдно тебе, подруга?
— Все, не тарахти, — теряюсь под напором Ричардс, но улавливаю некоторый укол совести. — Было некогда, извини.
Развожу руками, пытаясь скрыть пылающие щеки, но Хлоя славится своей проницательностью.
— Вот именно про это "некогда" я и спрашиваю, Диана! Постой-ка, — блондинка прищуривает глаза, замечая залитое смущением от воспоминаний лицо, и взвизгивает: — Наконец-то! Господи, наконец-то!
— Не кричи ты так, Хло! — смеюсь, закрывая уши, пока подруга продолжает визжать, но уже обнимая меня. — Ничего такого, о чем ты могла нафантазировать, не было.
— Ясное дело, что ничего такого. Но, — многозначительный взгляд, — судя по опухшим губам и паре засосов на шее, время ты провела краааайне плодотворно.
— Каких ещё засосов?! — отскакиваю от ухмыляющейся блондинки и подлетаю к зеркалу, находя две отчётливо выделяющиеся красные точки. — Вот же черт!
— Да ладно, я завтра замажу. Расскажи мне все до мельчайших подробностей! Хочу все знать! Все-все!