Талисман дракона (СИ)

В самом деле, она как-то позабыла, что в человеческом мире девушки не являются особой ценностью. Не она – так другая. Да и верность мужей в аристократической среде скорее редкость. Нет, ее отец любил матушку и не имел нужды в «приключениях», но другие мужчины… Кто дал бы ей гарантию, что милый и приятный молодой человек не заведет любовницу, лишая жену своего внимания и денег?
– Я понимаю, что ваш союз заключен неожиданно, а твой муж слишком молод, чтобы понимать всю важность брака, – понизила голос госпожа де Суисс, – но поверь мне – тебе очень повезло. Просто ты еще не поняла этого.
Тут на балкон заглянул муж Софии и мягко спросил, не устала ли она.
– Я бы хотела размять ноги, – нежно улыбнулась ему бывшая наставница, – мы прогуляемся с Мираной по саду.
– Конечно, дорогая, я принесу тебе накидку, – отозвался дракон, выглядящий несколько крупнее и старше Эрмана.
Глядя на его заботливость, Мирана кое-что заподозрила и шепотом уточнила:
– София, ты… ждешь ребенка?
– Да, – улыбнулась в ответ молодая женщина, – поверь, для меня брак стал таким же сюрпризом, как и для тебя. Но Даридар сумел найти тропинку к моему сердцу.
– Тебе не страшно рожать? – спросила Мирана и тут же закусила губу, стесняясь неприличности своего вопроса.
– Даридар все мне объяснил и показал книги. Драконицы сносят яйцо, из которого вылупляется дракончик, а женщины рожают обычного ребенка, который оборачивается лет в десять-двенадцать. Малыш будет обычного размера, и в нашем замке уже живут повитуха и врач, готовые прийти на помощь в случае необходимости. Тебе не стоит бояться, драконы очень любят детей и делают все для спасения жизни матери.
Мирана выдохнула, хотя страх ее не отпустил. Слишком много женщин – даже знатных, даже магичек – умирали родами. Но София легонько похлопала девушку по руке:
– Сейчас тебе не надо думать об этом. Просто представь, как ты изменилась за месяцы, проведенные здесь. А еще подумай о том, что нельзя дважды войти в одну и ту же реку. Даже если ты вернешься к родителям, ты вернешься совсем другая. И репутация разведенной женщины станет клеймом. Возможно, твоим близким придется даже отселить тебя в фермерский домик на отшибе или вообще скрывать твое возвращение…
Мирана вздрогнула. Почему-то об этой части жизни после развода она не подумала. А ведь София права! Развод, даже в аристократической среде, до сих пор считался чем-то неприличным. Даже грязным. Правда, на мужчинах последствия почти не сказывались – подумаешь, их переставали приглашать на балы дебютанток. Многие аристократы были счастливы избавиться от такого занудного времяпрепровождения. А вот женщины… В лучшем случае они уезжали в глушь, а в худшем вели жизнь дам полусвета, появляясь разве что в театрах и магазинах. На светские мероприятия их не приглашали совсем, да и родственники нередко отворачивались, убеждая, что надо было терпеть любой брак.
Долгая спокойная прогулка в уютном молчании помогла девушке успокоиться. Увидев, что воспитанница снова смотрит по сторонам, госпожа де Суисс предложила вернуться и еще немного потанцевать. Мирана с готовностью приняла это предложение и почти до рассвета кружилась в танце со своим мужем, находя в нем немало достоинств. Эрман же не сводил с жены взгляда, и
Следующие два дня бала прошли для Эрмана и Мираны очень насыщенно. Они снова общались с родственниками дракона, гуляли по садам и оранжереям Драгонвика, немножко целовались и чуть не уронили золотой самородок необычной формы в музее-сокровищнице королевской семьи.
Когда настала пора возвращаться в замок, девушка благодарно обняла наставницу и попросила не прекращать переписку. София обещала не оставлять воспитанницу вниманием, и после супруг быстро утащил ее в телепорт.
  
Эпилог
 
Вернувшись в замок, Эрман и Мирана некоторое время вели себя настороженно. Обоим хотелось сделать шаги навстречу, и оба переживали, что будут не так поняты. Разрешилась ситуация случайно – Даридар Бирюзовый прислал воспитаннику бутылку настойки из драконьих ягод. Огнекрылый был удивлен и обрадован, долго рассказывал жене о ценности такого подарка и редкости ягод, а потом предложил попробовать – вечером, в гостиной, по чуть-чуть…
 
Проснулись они в одной постели. Причем это была постель в одной из гостевых комнат. Помнилось все слабо, зато стыдно было невероятно! Мирана попыталась потихонечку сбежать в свою башню, но застонала от боли в непривычно натруженных мышцах. Перепуганный Эрман проснулся и тотчас поймал жену в объятия. Его с трудом удалось удержать от немедленного вызова лекаря.
Самолично бросив диагност и убедившись в том, что его хрупкая человеческая жена не умирает, дракон выбрался из кровати, заклинанием разгладил измятую одежду и потащил Мирану в часовню. Да-да, в замке, оказывается, была часовня с алтарем для принесения клятв и заключения союзов. Так что не успела дочь графа пожаловаться на гудящую от настойки голову, как коварный ящер надрезал ее ладонь и смешал их кровь на алтаре, разделяя с коротко живущей человечкой долгий драконий век.
– Зачем? – выпалила Мирана, разглядывая свежий розовый шрам на ладони.
– Затем, что я не хочу тебя терять, – честно ответил ей Эрман. – Я плохо разбираюсь в себе и в чувствах, но, ощутив твою боль, понял, что влюбился еще тогда, когда впервые увидел тебя на той лестнице!
Молодая женщина недоверчиво фыркнула:
– Я была чумазая, вспотевшая и злая от усталости!
– Ты была сильна и прекрасна, лучше любой драконицы! – дракон осторожно обнял жену и уткнулся ей в макушку, наслаждаясь теплом, запахом и теми картинками, которые в изобилии подбрасывала его память. Кажется, наставник что-то подмешал в настойку, иначе почему его накрыло с пары стаканчиков легкого и сладкого напитка? И как же хороша и горяча его жена, м-м-м! Эрман невольно чуть сильнее сжал Мирану и заметил, как она покраснела. Тогда хитрый дракон склонился к ее уху и прошептал, едва-едва касаясь губами бархатистой кожи:
– Моя прекрасная жена желает вернуться в спальню?
– Твоя прекрасная жена отчаянно желает ванну! – чуть ворчливо ответила ему Мирана.
– А как насчет ванны вдвоем? – интимно шепнул дракон, прижимаясь к жене кое-чем твердым, весьма ощутимым сквозь тонкую юбку домашнего платья.
Глаза девушки расширились, и по губам ящера скользнула улыбка:
– Возражений нет? Идем!
Один шаг через телепорт, и вот они на теплом озере. Эрману пришлось поуговаривать «смелую охотницу», но оно того стоило. Горячая вода расслабила сведенные мышцы, капелька магии убрала неприятные ощущения, и вскоре Мирана вполне осознанно обнимала мужа, с восторгом целуя его губы, царапая спину и страстно выгибаясь навстречу.
Через год в замке Огнекрылого горели огни, носились слуги, а сам дракон сидел на крыше, вздрагивая каждый раз, когда из окна супружеской спальни раздавался очередной стон. Когда наконец послышался легчайший писк, дракон с облегчением выгнул шею и выпустил в темное небо столб пламени, возвещая рождение нового дракона.
Потом он, измученный долгим ожиданием, спустился в опочивальню, обнял жену и сына, вытянулся на широкой постели и заснул под понимающими взглядами повитухи и лекаря. Мирана лежала рядом, держа у груди красного и сморщенного новорожденного, и удивлялась – неужели из этого крохи когда-нибудь вырастет такой же огромный и прекрасный дракон, как ее муж? Крохотные пальчики станут сильными и нежными, а младенческий ротик научится улыбаться предвкушающе и горячо? Ох! Надо будет посоветовать ему искать жену среди людей, кто их там знает, этих дракониц? Вдруг они недостаточно хороши?
Конец