Грибификация: Легенды Ледовласого (СИ)
Хрулеев нырнул под стол, одновременно выстрелив.
Пули прошили пачки мороженых пельменей на верхней полке, и полуфабрикаты посыпались работнику месяца на голову.
— Хенд э хох! — запоздало крикнул отморозок и шмальнул из карабина куда-то вверх.
Одна из дверей распахнулась, и в помещение ворвался огромный жирдяй, усатый и лысый. Тотошка бросилась на жирдяя, но он ударом ноги отбросил овчарку к входной двери. Тотошка глухо стукнулась о дверной косяк и взвизгнула.
Из-под мойки позади Хрулеева вылез совсем маленький и щуплый человечек и ударил Хрулеева деревянной скалкой по голове. По черепу разлилась боль, Хрулеев выпустил из рук автомат и повалился на спину.
В глазах потемнело, накатила тошнота. Судя по всему, череп был пробит. Шура все-таки дождалась возмездия за забитого поленом Сергеича.
Жирдяй выстрелил в Тотошку из обреза, но не попал. Овчарка убежала на улицу, бросив хозяина. Жирдяй запер за убежавшей собакой дверь и подошел к распростертому на полу Хрулееву.
Щуплый человечек, вылезший из-под мойки, помахивал скалкой.
— Молодец, Трусов, — гулким басом заявил толстяк, — Начинка отбита, как надо! А ты, Балбесов, че ворон считаешь?
— Так х-х-х-холодно, господин Бывалов... — стуча зубами ответил отморозок с дробовиком, вылезая из холодильника.
— Ну вот, он пришел! Теперь отпустите меня. Я же кричала и звала его, как вы сказали. Я все сделала. Отпустите меня. Мы же договаривались, — потребовала Шура.
— Чего? — удивился толстяк, — Как это отпустите? Если мы будем отпускать начинку — не будет пельменей. А это недопустимо. И мне плевать, что у вас там конец света и восстание детей на дворе. Пельмени должны быть всегда! Пусть хоть все передохнут, но даже последний человек на Земле обязан...
— Лепить пельмень! — хором продолжили все трое.
Хрулеев потянулся к автомату, и толстый господин Бывалов ударил его ногой в живот.
— Итак, сегодня у нас пельмени из германцев, — объявил толстяк, — Немедленно приступить к готовке. Вот этого самца-начинку с номером три-восемь-девять на лбу — на живое хранение. А вот эту хранящуюся живой начинку с номером девять-один — разделать немедленно.
— Вы же сказали... — разрыдалась Шура.
— Мало ли что я сказал начинке? — пожал плечами толстяк.
Хрулеева схватили и приковали наручниками к трубе, рядом с Шурой. Голова у него невыносимо трещала, череп жгло огнем, хотя крови вроде бы не было. Хрулеева тошнило, он едва соображал, видел и слышал. Ни о каком сопротивлении и речи не шло.
Отморозок в трениках извлек из шкафа огромный мясницкий нож, жирдяй нахмурился:
— Уже второй раз косячишь, Балбесов. Сначала ты не смог подстрелить начинку, а теперь забыл, что прежде чем браться за кулинарный инструмент, нужно надеть колпак и фартук. У нас статусное заведение, а не свинарник. Не быть тебе работником месяца, Балбесов.
Толстяк сорвал с груди Балбесова значок работника месяца и повесил его на свитер щуплому.
— Все. Теперь Трусов — работник месяца.
— А порция... — промямлил Балбесов.
— И значит, положенная работнику месяца порция рябиновой настойки достанется Трусову. Все верно, — отрезал толстяк. Трусов весь засиял.
Все трое облачились в белоснежные фартуки и колпаки с эмблемами пельменной.
Шура тихонько рыдала, судя по всему эти эротические игры, в отличие от развлечений с Сергеичем, ей были совсем не по вкусу.
Балбесов подошел к Шуре и стал примерять огромный мясницкий нож ей к горлу.
— Уже третье замечание за день, Балбесов. Так и до увольнения недалеко, — мрачно заметил жирдяй. Балбесов отложил нож и стукнул себя кулаком по лбу:
— Точно! Я совсем забыл про гимн...
— Именно, — кивнул господин Бывалов, — Ты забыл о корпоративной чести. Мы все здесь гордимся, что работаем в Dumpling and Vodka. И мы не приступаем к работе, не спев гимн. Запевайте, ребята!
Все трое действительно запели. Бывалов басил, как тромбон, Балбесов не попадал в ноты, Трусов пищал.
Текст гимна международной сети пельменных был известен в Республике каждому, в свое время его постоянно гоняли по телику во время рекламы:
— Пельмешек Вотя из Удмуртии пришел,
Отличную закуску для вас нашел,
Он привез вам сказочные яства,
Волшебной Удмуртии богатства,
Мясцо коровы мраморной породы,
В кастрюлю налил родниковые воды,
Тесто из лучшей отборной муки,
Насыпанной с доброй поварской руки.
И чтобы совсем все стало четко,
В стопочку прохладную налил водку.
Есть у Воти и вприкуску соления,
Но главное — ваше хорошее настроение.
Dumpling and Vodka,
Пельмень лучше чем селедка,
Dumpling and Vodka,
В пищевод проходит четко,
Dumpling and Vodka,
К вам плывет пельменей лодка,
Dumpling and Vodka,
Dumpling and Vodka,
Dumpling and Vodka,
Тут каждый найдет усладу на свой вкус,
Пельмень с картошкой получит белорус,
Украинец найдет пельмени с салом,
Бедняк схавает порцию дешевую и малую,
Солидный господин вкусит пельмени с семгой,
Графинчик рябиновой, прохладной и емкой,
Так вкусно, что сразу улягутся споры и драки,
Но помните, главное -
Пельмени без водки едят только собаки!
Dumpling and Vodka,
Пельмень лучше чем селедка,
Dumpling and Vodka,
В пищевод проходит четко,
Dumpling and Vodka,
К вам плывет пельменей лодка,
Dumpling and Vodka,
Dumpling and Vodka,
Dumpling and Vodka,
Наши пельмени кушает каждый,
Наши напитки спасают от жажды,
Кушает дворник, кушает доктор,
Кушают ректор, электрик и повар,
Мамы и папы пельмени едят,
Кормят пельменем ребят и котят,
Ест и строитель, и разнорабочий,
Ест и дедуля, не кушать — нет мочи,
Ест и министр, жадно надкусывает,
Лишь Президент — не ест, а закусывает!
Dumpling and Vodka,
Пельмень лучше чем селедка,
Dumpling and Vodka,
В пищевод проходит четко,
Dumpling and Vodka,
К вам плывет пельменей лодка,
Dumpling and Vodka,
Dumpling and Vodka,
Dumpling and Vodka,
— Замечательно, ребята, — пробасил господин Бывалов. Растроганный гимном Трусов вытирал слезы.
— Наш гимн — самая прекрасная в мире музыка, — продолжил толстяк, — Но знаете что еще прекраснее?
— Горячий пельмень, — хором ответили Трусов и Балбесов.
— Именно так. Поэтому забейте начинку и подготовьте. К кулинарному волшебству приступить! Только сначала вырежите ей кишечник, нам не нужны пельмени с говном...
— Что вы делаете? — вяло пробормотала Шура, видимо находившаяся в состоянии глубокого шока, — Это же безумие...
Балбесов подошел к девушке и перерезал ей мясницким ножом горло. Горячая красная кровь брызнула из вскрытых артерий и вен в лицо Хрулееву. Кровь девушки, которая единственная из всех рассказала Хрулееву, где его дочка. Кровь девушки, которая из-за Хрулеева стала начинкой для пельменей.
Генерал V
8 июля 1986
На кафедру взошел человек в безупречном костюме и с квадратной челюстью. Этот наш. С этим проблем не будет. По крайней мере, не будет визжать и сыпать непонятными терминами, как это любит делать интеллигенция.
Но генерала Бидонова это мало утешало. Генерал больше не мог терпеть.
Промежность и поясница горели огнем. Бидонов ощутил, что из его мочеиспускательного канала вытекла капелька мочи. Пожалуй, ему не следует вставать из-за стола, пока все присутствующие не покинут помещение. Иначе можно опозориться.
Генерал страдал. Он с ужасом сознавал, что из-за простатита скоро вообще не сможет долго сидеть. А ведь сидение на стуле — основное рабочее положение начальника в госбезопасности. Неужели его карьера прервется столь бесславно и трагически? Нет. Он выдержит. Только власть имеет значение, ради власти можно вообще вырезать себе простату, если станет совсем плохо.