Серебряный Плащ (ЛП)

— Ох! Я попросила кучера подождать на площади Ранульфа.
Мать Шпинель сложила несколько морщин в некое подобие улыбки.
— Мне нужно пройти через кабинеты и предупредить инквизиторов. Я люблю Магистра Милашку не больше, чем Змей, но следует ему доложить. И еще целителям, про которых Змей забывает, пока не становится слишком поздно. Думаю, ты хочешь увидеть, чем все закончится? Почему бы нам не отправиться в Кривой Проулок и не собрать крошки?
— Очень мило с вашей стороны, миледи.
День оказался чрезвычайно интересным.
  
Глава вторая
 
Вся королевская рать
 
Сир Кинжал? Подгоняемый собственной яростью, Доблестный на одном дыхании промчался два лестничных пролета. Ему не везло с именами. Когда четыре года назад его приняли в Айронхолл, он решил назвать себя Доблестный и мгновенно получил кличку Варт. Это не слишком беспокоило его, в конце концов, прозвище сильно напоминало его родное имя, Ват. Но ведь Доблестный, это не только храбрый. Это еще большой и сильный. И вот, спустя четыре года ему уже семнадцать, а он все еще мелочь! Понятно отчего для сира Доблестного путь в Гвардию был заказан. Он выглядел, как ребенок! Теперь Змей подхватил дурацкую шутку Амброза, а потому Доблестный неизменно именовался "сир Кинжал". Просто животик надорвешь.
Юноша влетел в жаркую маленькую комнатку, которая стала его личной частью мира. В углу стояла драгоценная лютня, а покосившаяся плетеная корзина хранила в себе остальные вещи. Стянув перевязь и меч, Ловкость, он осторожно положил все под кровать, а затем начал срывать с себя одежду, нарочно раскидывая пуговицы, которые уже сегодня вечером ему придется собрать и пришить на место. Какой смысл в фехтовальщике без меча?
Духи, он был отличным фехтовальщиком! Он был лучшим в Айронхолле, когда его привели к присяге Гвардейца — лучше Леопарда, Орвила, или Руфуса с Драконом, которые были старше его. Все вышеперечисленные в тот день были связаны. Но король отказался связывать его. Не из-за друзей по мечу. Он был лучше, чем большинство Старых Клинков. Он даже мог с закрытыми глазами (ну, почти!) победить Змея. Единственными, кто мог его превзойти, были Чефни и Демиз, и оба они в свое время выигрывали Кубок Короля. Теперь они тренировали его для турнира, который должен был состояться в следующем году. Они ворчали, что он придет из неоткуда и побьет даже заместителя командира — Дредноута, который брал кубок последние два года подряд. Лишь об одном не жалел Доблестный — ежедневные советы, которые давали ему по фехтованию. Парни работали с ни до боли в костях. День за днем. Но делали из него Клинка. Чефни сказал, что юноша уже стал одним из лучших фехтовальщиков в мире.
Но Змей не позволял ему использовать меч в настоящих сражениях!
Он убивал людей. И все же соратники дали ему работу, в которой не требовалось обнажать оружие.
Он откинул крышку корзины и вытащил жирную тряпку, потрепанный халат, которая скрывала тело до самых колен, оставляя руки голыми. Именно это он носил теперь, чтобы служить королю. Он носил это одеяние, когда Старые Клинки устроили рейд в Брандфордский Приорат, носил его в течение трех ужасных дней в местечке Дарландское Братство, работая кухонным мальчиком, чтобы собрать доказательства — и жуткие свидетельства пролившейся крови тоже. Он начал свою карьеру Клинка в качестве замаскированного кучера, так на что теперь жаловаться?
Работа была важная. За последние три месяца он помог расправиться с множеством врагов короля, но все еще завидовал Орвилу и остальным, что расхаживали по дворцу в своих причудливых ливреях. Все его одногодки либо были приняты в Королевскую Гвардию, либо все еще оставались в Айронхолле.
Натянув на голову бесформенную шляпу, он скользнул ногами в деревянные ботинки. Они были на удивление удобными и идеально подходили для работы на грязных улицах и во дворах, но в них человек не мог защищаться. Юноша нахмурился, глядя в зеркало. Что-то не так? Ах, да. Он был слишком чистеньким. Проведя рукою по верхнему косяку двери, он собрал вековую пыль, чтобы измазать себе лицо. На верхнюю губу он насыпал даже двойную порцию, а потом присмотрелся пристальнее. На ней виднелся какой-то белокурый пушок, но грязь не делала его заметнее. Теперь весь мир провоняет мышью. Жаль!
 
Наконец он вытащил из угла набитый перьями мешок и перебросил его через плечо. Мешок ровным счетом ничего не весил, но, будучи учеником менестреля, Варт научился создавать муляжи, а потому знал, как заставить вещь выглядеть тяжелой. Неотличимый от сотни мальчишек, зарабатывавших на бедную жизнь, бегая по Грандону, он застучал своими деревянными туфлями вниз по лестнице.
Сир Доблестный, кавалер Ордена Белой Звезды, член Древнего и Преданного Ордена Королевских Клинков, солдат Королевской Гвардии, временно назначенный Старым Клинком, порученец Королевского Суда Магов... к обязанностям приступил, СИР!
***
Сопровождая Мать Шпинель по изумительным внутренним лабиринтам Змеиной Ямы, Изумруд внезапно почуяла запах гниющей рыбы. Минуту спустя их путь был заблокирован человеком, облаченным в необыкновенно безвкусную одежду — фиолетовые штаны, серебряные сапоги, бархатный плащ с золотыми полосками и красно-зеленый жакет с бесконечным числом буфов, окантовок и кружев. Улыбка его не касалась глаз, а кивок головы был едва заметен.
— Сестра Изумруд! Я рад наконец познакомиться с вами. Наслышан о ваших подвигах.
Никогда не видев этого человека раньше, Изумруд оказалась ошеломлена его словами и незнакомыми ощущениями. Хотя он не носил обыкновенной черной мантии и головного убора, Сестра знала, что это никто иной, как инквизитор. Об этом говорило зловоние заклинаний Черной Палаты. А этот равнодушный рыбий взгляд не оставлял никаких сомнений.
— Старший Инквизитор Милашка, — сухо заговорила Мать Шпинель, — стремиться поразить нас своей всевидящей мудростью, но на самом деле его шпионы следят за дверьми Змеиной Ямы.
— Миледи, — возразил Милашка, — ты испортишь милую девушку своим цинизмом.
На голове его отсутствовала не только шляпа, но и волосы, от чего она напоминала собой полированный деревянный шар. Глаза мужчины казались каким-то поздним, запоздалым добавлением на этом лице.
— Есть способы и похуже, — возразила Сестра Шпинель. — Удивлена, что вы не принимаете участие в вылазке.
— Вылазке? — первый раз Изумруд увидела инквизитора изумленным.
— Сир Змей и его вежливые люди в настоящее время штурмуют незаконный элементарий в доме номер двадцать пять по Кривому Проулку.
— Мне не сообщали о помещениях, находящихся под наблюдением по этому адресу.
— Возможно, — сказала Мать Шпинель с одной из своих жутких небольших улыбочек, — вам следует следить за врагами больше, чем за друзьями.
— Возможно, — холодно ответил Милашка. Он развернулся, скрываясь там, откуда пришел.
— Что это за инквизиторы? — пробормотала Изумруд, когда они двинулись следом.
— Они любят, чтобы мы чувствовали себя виноватыми.
— Но мне не в чем себя винить!
— Для инквизитора, — мягко сказала Мать Шпинель, — это выглядит очень подозрительно.
***
Старуха оказалась необыкновенно ловка, прокладывая себе путь. Оказавшись перед затхлыми, но грандиозными, кабинетами Суда Магов, она сказала:
— Почему бы тебе не позвать свой экипаж, дитя? А я пока соберу целителей.
Изумруд быстро зашагала по ступеням.
На площади Ранульфа стояло множество экипажей, так что девушке потребовалось пара мгновений, чтобы увидеть на дальней стороне коляску матери. Вины Вильфа в том не было, в конце концов она не говорила ему, где следует дожидаться. Но сейчас старик сплетничал с двумя другими кучерами. Уборка улиц была делом для отцов Грандона невиданным, а женская обувь не предназначалась для прогулок по болотам. И потому Изумруд все еще лихорадочно размахивала руками, когда на пороге к ней присоединилась Мать Шпинель.