Серебряный Плащ (ЛП)

Помещение было достаточно унылым. Снежинки влетали сквозь окна, зарешеченные, но лишенные стекол. Очаг не горел. Единственной мебелью здесь был стол, два жестких стула, да книжная полка. Леди Кейт тщательно проверила один из стульев на чистоту, прежде, чем доверить ему свои меха. Изумруд направилась ко второму сиденью.
— Не думаю, что он предназначен для тебя, мальчик.
— О, вероятно нет.
Вместо этого, Изумруд направилась к окну, шаркая своими неправдоподобными ботинками. Болото едва виднелось за пеленою снега.
Несколько мгновений спустя, во вторую дверь вошел Великий Магистр. Закрыв за собою створку, он двинулся вперед, пожимая руки.
— Я — Великий... — он замер. — Леди Кейт!
Мужчина одарил Изумруд лишь коротким взглядом прежде, чем ухмыльнуться в бороду.
— Что привело вас в Айронхолл, моя госпожа? Вы здесь инкогнито?
Кейт предложила ему руку.
— Дела короля, Великий Магистр. Делишки, я бы сказала. За ними стоит мой муж.
— Политическими умениями канцлера восхищаются не менее, чем его фехтованием.
Слова мужчины не были абсолютной ложью, но оказались столь близки к ней, что Изумруд почувствовала холод смерти. Великий Магистр завидовал мужчинам, что оказались успешнее его самого. Как и все Клинки он был среднего роста и стройного сложения, но умудрялся казаться маленьким. Плащ, жакет и штаны его были потрепаны. На боку висел меч с кошачьим глазом.
Внезапно что-то вспомнив, он развернулся, чтобы посмотреть на второго посетителя.
— Я тебя знаю!
— Я был представлен Вам, как Люка из Пичьярда, Великий Магистр, — Изумруд не слишком хотелось противостоять ему, но неприятные воспоминания уже были вызваны.
— Ты был с Доблестным в ту ночь!
— Я путешествовал с ним, но присутствовал здесь лишь как невольный свидетель.
Это не походило на речи молодого озорника. Великий Магистр сел, подозрительно переводя взгляд с одного посетителя на другого. В типичном для себя внезапном изменении настроения он обратился к Кейт, одаривая ту язвительной улыбкой.
— А теперь вы хотите зачислить его в Айронхолл? Или у лорда Роланда другие, более коварные, планы?
— Боюсь, более коварные, — женщина протянула ему пакет, который скрывала под муфтой. — И король развязал ему руки.
Великий Магистр нахмурился, узнав тайную печать короля. Он сломал её, чтобы прочитать письмо. Изумруд знала, что в нем содержится полный приказ следовать инструкциям лорда Роланда. Без этого указа Магистр имел бы право не подчиняться. Рыцарские ордена находились в прямом подчинении у короля и ни у кого более.
Сир Саксон сложил бумагу. Губы его побледнели от гнева.
— И какие инструкции для меня имеет Его Светлость?
Молча, Кейт протянула ему второе письмо, которое выглядело более объемным. Когда Магистр закончил чтение, женщины обменялись взглядами. Нечто большее, чем преждевременно наступившая зима, стало причиной ледяного холода этой комнаты. Мужчина поднял глаза, чтобы взглянуть на Изумруд. К тому времени, когда он закончил, все его существо кипело от ярости.
— Сестра Изумруд?
— Да.
Он бросил письмо на пол.
— Абсурд! Вы не можете надеяться на этот обман!
— Конечно, можем, — сказала Кейт, которая в течение последних трех дней твердила обратное. — Она обманула тебя дважды.
— Лишь на минуты! А ваш муж говорит о днях, а возможно, и о неделях, — он снова посмотрел на Изумруд. — Да вы понятия не имеете, на что идете! Айронхолл собирает помойные отбросы — преступников, поджигателей и даже убийц. Эти мальчишки жестокие. Их семьи отказались от них. Часто это осужденные преступники, единственная надежда которых спастись от виселицы — быть связанными, как Клинки. Это сразу приносит им помилование, потому как к этому времени мы делаем их цивилизованными.
— Я знаю, — хрипло ответила Изумруд, хотя то, о чем говорил Великий Магистр относилось не ко всем Клинкам. Выученные манеры Марлона могли скрывать неприятное прошлое, но Варт был менестрелем и артистом, не преступником.
— Знаешь, что происходит в начале? — стукнул по столу Великий Магистр. — Самый новый мальчик всегда просто Клоп. Без имени, без друзей, без честной игры. Все юниоры мучают и издеваются над ним, потому что все они вынуждены были смириться с подобным в свое время, что дает им право думать, будто они могут делать это с другими. Это отсеивает слабаков, и частенько заставляет остальных начать новую жизнь. Они могут гордиться, что пережили худшее, что могут сделать с ними остальные. Девочка не может...
 
— Сестра Изумруд, — отрезала Кейт, — мужественная и находчивая молодая женщина, которой уже доводилось несколько раз совершать подвиги на тайной службе Его Величеству.
Великий Магистр сглотнул, как бы пребывая в недоумении.
— Я не лишена опыта тяжкой жизни, — запротестовала Изумруд. — У меня было два старших брата.
— Тяжкой, детка? Даже самый мелкий из этих головорезов, вероятно, сильнее тебя. Когда твои братья были подростками, задавали ли они своей сестренке основательную трепку? Заводили ли её в угол и избивали, пока вся она не становилась синей и черной? Бросали ли её на землю, чтобы затоптать ногами?
— Вы это позволяете? — резко спросила Кейт.
— Нет, но подобное случается, миледи. Магистру Ритуалов приходится лечить почти каждого Клопа, выправляя сломанные носы или ребра. Мне всегда казалось, что Белым Сестрам не вынести магии исцеления?
Глаза Кейт распахнулись, словно она предвидела эту проблему. Изумруд задрожала. Ей казалось, что она сможет вынести исцеление, если травмы будут слишком серьезными, но уверенности не было.
— Некоторые из нас могут.
Великий Магистр нагнулся, чтобы снова поднять письмо канцлера.
— Сестра, у вас ничего не выйдет с этой мистерией. А в бане? В постели? Вы высокая, а потому вам непременно придется драться. Бросить Клопа в лошадиное корыто -— отличное начало вечера. И что потом? Если у юниоров только появиться малейшее подозрение, они в скором времени оставят вас без одежды.
— И что? — рявкнула Изумруд громче, чем собиралась. Сопротивление, как обычно, заставляло её упираться изо всех сил. — Меня продолжат травить?
Несколько секунд Магистр разглядывал письмо, сминая бумагу, покуда лицо его все краснело и краснело. Наконец, он пробормотал.
— Я не знаю. Думаю, и надеюсь, что на этом все и закончится. Могу только предполагать, потому что прежде такого не случалось.
— Тогда, отлично, — Изумруд отказалась от своего последнего шанса удрать. — Если крайнее смущение и синяки -— худшее, чего мне стоит бояться, мне кажется, что важность моих обязанностей оправдывает риск. Не это ли объясняет канцлер? Я должна приступить, чтобы убедиться, что никакие магические предметы не были тайно доставлены в это место, и что ни единый обитатель не очарован.
Кейт заметила:
— Мой муж не стал бы предлагать столь решительные меры, не будь у него реальных оснований для беспокойства. Как много времени это займет, Сестра?
— Несколько часов.
— Значит, до заката? Наверняка, вы сможете гарантировать её безопасность в течение этого времени, Великий Магистр! Если она сможет поддерживать свой обман после того, как покажется ученикам, будете ли вы в состоянии продержать её несколько дней? Потом прибудет Его Величество, и вы сможете лично передать свои возражения.
Это хитрое упоминание о короле заставило Великого Магистра нахмуриться. Он снова перечитал письмо лорда Роланда. Кейт одарила Изумруд торжествующей улыбкой, и девушка ответила тем же. Насколько могла.
Вскоре Саксон обнаружил новый повод для недовольства.
— Мне поручено ожидать принцессу Вазару из Лукирка. Это кто?
— Понятия не имею, — легкомысленно сказала Кейт. — Кто-то из заграничных королей, которых жаждет впечатлить Его Величество? Возможно, родственница его невесты, принцессы Дирды из Гевили.
Это объяснение прозвучало в голове Изумруд, словно гонг. Кейт не умела лгать.
Глубоко вздохнув, Великий Магистр сложил письмо. Он помолчал, принимая отеческий вид, а затем сказал с великой скорбью.