Она притворяется парнем (СИ)

— Какого черта ты шляешься за мной? — поинтересовался он с холодом в голосе. Мне захотелось фыркнуть.
— Я не хожу за тобой, я просто иду в комнату. Сюрприз — нам с тобой по пути. Мы ведь живем вместе. Забыл?
Кажется, я сказала слишком многое, потому что Яагер чуть прищурился в ответ, и в глазах появилась мрачная тень.
— Ты, по-моему, слишком охренел, ушлепок. Спишь возле моей кровати, сидишь за моим столом и говоришь слишком много слов для того, кого я заставил когда-то замолчать. Я не трогал тебя, лишь потому что ты не отсвечивал.
Я стиснула зубы в ответ. Он напомнил мне, как поступил с Коеном, и теперь я чувствовала только злость от его слов. До этого мои чувства к Матиасу были ровными, с примесью страха, когда я считала, что он меня раскрыл. Но, получается, что он не понял, что рядом с ним девушка. И сейчас он угрожал моему брату.
Он смерил меня взглядом, и добавил через мгновение молчания:
— Но если ты будешь надоедать — я повторю урок.
— Ты слишком много о себе мнишь. — не выдержала я. — Не подумал о том, что мне плевать на Матиаса Яагера, и я всего лишь упал ночью с кровати? Или то, что все столики в столовой были заняты, поэтому я занял единственный свободный? Мир не вертится вокруг тебя, так что не цепляйся ко мне попусту.
Сказав это, я отступила на несколько шагов назад, потому что в темных глазах Матиаса вспыхнул очень плохой огонек. Вероятно, он сейчас хотел сделать то, чем угрожал, вот только я была готова чуть что — сорваться и бежать, а еще кричать, чтобы все вышли из комнаты и не дали Матиасу меня тронуть.
Но Яагер, еще пару секунд посмотрев пристально на меня, отвернулся и ушел.
Выдох застрял где-то в груди, которую сжало тисками: дьявол, выражение его глаз просто подписывало мне приговор. Но сейчас я была слишком уставшей и злой, чтобы сожалеть о неосторожных словах. Мало того, что я второй день надрываюсь в библиотеке из-за того, что хотела помочь парню, так еще и этот придурок обвиняет меня во всякой чуши.
Спустя минуту я осторожно последовала к комнате, сверля взглядом спину Матиаса.
Яагер прошел мимо нашей комнаты, отправившись дальше, и я поняла, что он собирается в душ. У меня настолько зудело все тело, что я сама мечтала вымыться. Зайдя в комнату и посмотрев на время, я поняла, что большинство уже давно поужинало и приняло душ — на дворе была ночь, и поэтому я сняла со стула полотенце Коена и подготовила одежду для сна.
Сегодня я не собиралась ждать, пока Матиас уснет, чтобы уйти в душ.
Черт, я настолько устала, что не выдержала бы ждать. Да и Матиас явно должен уснуть, едва только его голова встретится с подушкой. Плюс я не собиралась ни на минуту оставаться в комнате с ним после этого конфликта, и с удовольствием бы провела в душе все время, пока он не вырубится.
Поэтому, как только он вернулся обратно и бросил свое полотенце на стул, я подхватила свои вещи и быстро вышла за дверь. Яагер только на секунду повернул голову, проводив меня взглядом. Сердце почему-то при этом тревожно застучало, но у меня в голове была только мысль о купании и чистом теле.
Пробежав по коридору, тонувшему в тишине, я зашла в душ, и, прикрыв дверь, начала сразу стягивать с себя одежду. Где-то вдалеке хлопнула дверь и я напряглась, замерев. Но шаги поблизости я не слышала — вероятно, кто-то просто прикрыл дверь в свою комнату. Вспомнив о том, что мне стоит быть осторожнее хотя бы из-за наказания, я погасила в душевой свет: фонарь возле колледжа, в принципе, более-менее освещал душевую.
Включив напор на полную, я встала под струи воды и со стоном смыла с себя всю грязь, обильно намылившись.
Даже в голове прояснилось. Теперь там была кристально чистая и паническая мысль “Господи, КТО МЕНЯ ТЯНУЛ ЗА ЯЗЫК ГРУБИТЬ МАТИАСУ ЯАГЕРУ?!”. Мне конец. Определенно. Остается только идти к ректору и умолять на коленях о другой комнате.
Закрыв кран, я взяла полотенце и принялась вытираться. После натянула нижнее белье и штаны, и в этот момент мое тело напряглось, как струна. Инстинкты сработали быстрее, чем мозг: я задержала дыхание, прислушавшись до того, как мелькнула мысль “кто-то идет”.
 
В коридоре вдалеке раздавались шаги.
— Нет, только не это, — прошептала одними лишь губами, начиная уже резкими, лихорадочными движениями перевязывать грудь эластичными бинтами.
Сразу я подумала, что мне лишь послышался звук шагов, доносящихся из коридора, но, нет, там действительно кто-то шел. С каждой секундой шаги слышались все ближе и ближе. А это плохо. Черт возьми, ужасно. Этот человек точно направлялся сюда — в душевую.
— Проклятье, — выругалась, представляя, что будет, если кто-то заметит меня — полуголую девушку в душевой закрытого мужского колледжа. Вот и приняла душ. Специально же пришла сюда ночью, но, видно, в моей жизни без проблем никуда.
Одно мгновение и уже теперь послышался звук открывающейся двери. Сердце пропустило удар, и я, толком не закончив с бинтами, сразу же накинула на себя толстовку, которая окончательно скрывала мою фигуру.
Тот, кто зашел в душевую, включил свет, а я, привыкшая к темноте, тут же прищурилась.
— Выключи свет. Иначе нас могут заметить. По колледжу нельзя ходить ночью, — сказала, сквозь плотно сжатые зубы, при этом стараясь делать голос более грубым, чтобы больше походить на парня.
— И что ты тут делаешь?
Я тут же вздрогнула. По голосу, полному пренебрежения, узнала того, кто говорил.
  
Что ты здесь делаешь ночью?
 
— Не твое дело, — огрызнулась я. Глаза привыкли к свету, и я наконец-то открыла их. Силуэт передо мной все еще немного расплывался, но даже так я отчетливо видела, того, кто явился по мою душу.
Матиас Яагер.
Теперь было ясно, почему он включил свет. Это мне влетит, если меня поймают ночью вне моей комнаты, а ему позволялось все. Короля местной элиты покроют и отмажут, даже если он вздумает выйти с утра на пробежку, будучи наказанным.
Он расслабленно шагнул ко мне после этого дерзкого ответа, смерив взглядом.
— Ты место свое забыл, ушлепок?
— За собой смотри, — я фыркнула и наклонилась за полотенцем, но в этот момент произошло то, чего я меньше всего ожидала — в спешке я плохо перемотала бинт и сейчас он, ослабнув, скользнул на талию. Я вообще с трудом успела прижать к себе руку так, чтобы бинт не упал на пол.
Сознание полыхнуло и я мысленно выругалась. Проклятье, почему это произошло так невовремя?
Я быстро схватила полотенце и, забыв даже про мыло, оставленное на скамейке, быстрым шагом пошла в сторону двери. Вот только Яагер сжал ладонь на моем предплечье и толкнул к шкафчикам, из-за чего я врезалась в них спиной.
— Какого черта ты творишь? — я подняла на него взгляд полный ненависти. — Чего ты от меня хочешь?
— По-моему, ты слишком расслабился. Уничтожить хочу, — Он положил ладони в карманы штанов и посмотрел на меня подавляюще. Как на мусор. — Как же ты раздражаешь.
— Взаимно, — сказала, сквозь плотно стиснутые зубы.
Он еле заметно наклонил голову набок и прищурил глаза. Взгляд стал более жутким, но рядом с ним было и без того тяжело находиться.
С первой же секунды, как я попала в этот колледж, стало понятно, что без девушек тут сложились совершенно жесткие порядки. Парни тут как звери и все вокруг пропахло их агрессией и тестостероном. Он же тут являлся главным хищником, буквально выбившим себе место на вершине, и, понятное дело, что сегодняшнюю грубость прощать он мне не собирался. Где это видано, чтобы какой-то ушлепок посмел оспорить его право командовать всеми и открыл свой рот?
Его взгляд опустился ниже и скользнул по моей шее. Почему-то обжег. Я тут же прикрыла ее воротником толстовки, а он, подняв взгляд и, посмотрев мне в глаза, сказал:
— Шея, как у бабы.
— А у тебя мозги, как у придурка, — не выдержала. Понимала, что за такое может конкретно влететь, но я вообще ни о чем не сожалела. Пусть он вообще горит в аду. За то, что творил здесь с моим братом и со мной.