Опасное знакомство (СИ)
А может мне, всё-таки, повезёт. К Оксане я должна съездить ещё, как минимум, два раза. А вдруг мы с Кириллом Андреевичем совершенно случайно пересечёмся во дворе «Симфонии»?
Вот он удивится!
3
СОНЯ
Пролетел целый месяц после моего визита в главный офис «Эланты». Заканчивался ноябрь, уже несколько раз улицы заметало снегом.
За это время мне ни разу не удалось снова повстречаться с боссом. Дана больше не болела и не отправляла меня с поручением к шефу. И во дворе Оксаниного дома я тоже Кирилла Андреевича не встретила, хотя каждый раз задерживалась на полчаса, мёрзла, бродила около автомобилей. При этом проклинала себя последними словами, обзывала дурой.
Но так хотелось взглянуть на босса хоть одним глазком! Я была готова душу продать за эту встречу. Тосковала, маялась.
Вспоминать о том дне, когда я заявилась в главный офис, было неприятно и радостно одновременно. Неприятно — потому что я вела себя как идиотка, мямлила, заикалась. Но в то же время сердце каждый раз сладко сжималось, когда я представляла Кирилла Андреевича. Как он взглянул на меня, когда я вошла в кабинет, как отбирал у меня папку, сжимал моё плечо, улыбался мне… Эх…
В реальности он даже лучше, чем на фото в интернете!
К сожалению, у Казанцева не было Инстраграма, по крайней мере, я ничего не нашла. Иначе можно было бы вдоволь любоваться его фотками.
Всё, что удалось раздобыть в интернете, это интервью, где рассказывалось о развитии «Эланты», и фоторепортаж с соревнований по триатлону. Кирилл Андреевич принимал участие в гонке — проплыл два километра, отмахал на велосипеде девяносто и пробежал двадцать. Это нормально, да? Нет! Я считаю, что это уму непостижимо! Разве человеческий организм может выдерживать такие перегрузки?
Представляю, какие железные мышцы у моего шефа…
Ещё Кирилл Андреевич увлекается боями без правил. К сожалению, ни одной фотки или видео, где он сражается в клетке-октагоне, найти не удалось. Возможно, это нельзя снимать. Вдруг эти бои вообще запрещены? Я не знаю…
Но ужасно хотелось бы взглянуть на босса, когда он в одних шортах атакует противника. В кабинете, когда я там устроила цирк, он выглядел спокойным и насмешливым. В октагоне, конечно, ему не до улыбок…
Теперь Лиза постоянно ловила меня на том, что я зависаю: сижу над раскрытыми тетрадками, взгляд стеклянный. А я витала в облаках, мечтала о боссе. Он и по ночам мне снился, и не всегда эти сны были приличными.
Просыпалась разгорячённая, металась по кровати, а потом замирала и прислушивалась к себе.
Что со мной творится?
— Так, стоп! — приказала подруга. — Не смей влюбляться в Казанцева!
— Ты же сама хотела, чтобы я произвела на него впечатление.
— Но ты же не произвела. А теперь поезд ушёл. И вообще, я была не права. Надо искать себе ровню. Казанцев — мужчина из высшего общества, до него не дотянуться. Он, наверное, давно уже миллионер, если не миллиардер. Может, у него есть подруга — светская львица, богачка. А нам лучше думать о парнях попроще. Забудь о своём драгоценном боссе, всё равно тебе здесь ничего не светит. Только будешь страдать
Я уже итак страдала. Желание видеть Кирилла Андреевича, говорить о нём становилось невыносимым. Чем бы я ни занималась — сидела на лекциях, кроила одежду в цехе, ехала в метро — его образ всегда витал рядом со мной, я видела насмешливый серый взгляд, упрямо сжатые губы…
Моё увлечение Казанцевым превращалось в одержимость. Если раньше я легко общалась с парнями в колледже, иногда соглашалась сходить с кем-то на свидание, в кино или кафе, то теперь даже смотреть на них не могла.
Грустила, тосковала…
— Ну-ка, вернись на землю! — Лиза пощёлкала пальцами у меня перед носом. — Чем сохнуть по господину Казанцеву, давай-ка лучше распланируем бюджет на декабрь.
— Давай, — вздохнула я.
— У нас проблема. И тебе, и мне надо покупать новые сапоги.
— Это да. Я сегодня две пары просидела с мокрыми ногами, и только когда добралась до цеха, смогла там высушить. А сейчас опять сушу. Подошва треснула, блин.
— И у меня всё очень плохо, Сонь. Надеялась ещё одну зиму протянуть, но нет. А цены что-то безумные. Совсем уж шлак покупать не хочется, а что-то подороже мы не потянем.
— Мама обещала приехать на Новый год, хочу её поводить по Москве, поразвлекать. На это тоже столько денег надо.
— Сейчас посчитаем, что да как, — сказала подруга.
* * *Так как Лиза учится на бухгалтера, ей сам бог велел заниматься нашим бюджетом. Он сложный, потому что денег всегда в обрез, мы справляемся с трудом. Слава богу, платим за общагу всего по пятьсот рублей с носа.
С лета, как только я устроилась в «Эланту», сразу запретила маме присылать мне деньги. Она работает продавщицей в продуктовом магазине. Зарплата — двенадцать тысяч. Я понимала, что все эти годы мамуле приходилось во всём себя ограничивать ради моей учёбы.
А Лизе и так никто ничего не присылал, она была на полном самообеспечении. Сейчас подруга устроилась помощником бухгалтера в небольшую фирму — тоже, как и я, на полставки, чтобы оставалось время на учёбу.
Лиза достала тетрадь, и мы погрузились в расчёты.
— Еда, проезд, интернет, две пары сапог, экскурсия для мамы… Плюс остался последний взнос за ноутбук. Сонь, а тебе заплатила Оксана Геннадьевна?
— Всё ещё нет, представь себе!
— Ну, она на-а-а-глая! Не позорилась бы. У неё же денег куры не клюют.
— Я уже не знаю, что делать.
Вот уж не думала, что для богатой бизнес-леди станет проблемой заплатить мне те десять тысяч, на которые мы договаривались. Для меня это месячный бюджет, а Оксана, наверное, столько оставляет вечером в ресторане.
Я не только переделала для неё два костюма и лёгкое стёганое пальто, но и с нуля сконструировала и сшила платье — такое же красное, как и её Порш. Десять тысяч за такую работу — это ещё очень скромная сумма. По идее, я должна была запросить больше.
Оксана осталась довольна. Она очень долго вертелась перед зеркалом в моём платье. Её фигура выглядела гораздо более гармоничной, корпус не казался таким огромным, а тощие бёдра удалось визуально увеличить драпировкой и сложным кроем.
— Прелесть! — воскликнула Оксана. — Да это ж офигенно!
На самом деле, мадам произнесла другое слово, от которого у меня моментально загорелись уши.
— Соня, ты умница. Ой, малыш, только сегодня я на нуле, не смогу тебе заплатить. Ни копеечки, ***, ни в кошельке, ни на карте. Давай послезавтра, ладно?
Ни копеечки? Но как же так! Немного странно слышать подобное от человека, который живёт в квартире стоимостью в двадцать миллионов рублей!
Однако эта песня продолжается уже две недели.
Я так старалась! И всё зря. Где мои десять тысяч?!
— Не надо было отдавать ей платье, пока не заплатит, — вздохнула Лиза.
— Угу. Лоханулась.
— Лохушка ты моя маленькая. Что теперь делать? Как вытрясти из этой мымры деньги?
— Надоело ей звонить! Я чувствую себя попрошайкой. Можно подумать, я у неё подачку клянчу, а не честно заработанные деньги. Вчера она три раза сбросила мой звонок. Неужели отправила в чёрный список?
— Пожалуйся Дане. Это ведь она тебя порекомендовала этой крысе.
— А толку жаловаться? Разве Дана сможет на неё повлиять? Дана искренне пыталась помочь, она дала мне возможность подзаработать. Она же не виновата, что Оксана оказалась стервой.
— Сонь, но мы ведь знаем, где она живёт. Давай нагрянем в гости? Возьмём Оксанку за жирненькое тельце и вытрясем из неё наши бабки.
— А ты поедешь со мной?
— Конечно. Я тебя не брошу. Скажу этой обманщице всё, что я о ней думаю.
— Она нас закопает.
— Ага, щазз!
* * *Буквально на той же неделе после работы мы приступили к миссии «Вернуть десять тысяч».
Честно говоря, сейчас я умирала от страха. Не пошлёт ли бизнес-леди нас подальше? Мы с Лизой представлялись мне двумя глупыми воробьями, которые задумали атаковать наглую вальяжную кошку. Сейчас полетят наши пёрышки!