Дочери для бывшего (СИ)

Быстро собираюсь, еду в ближайший магазин с детской одеждой. По дороге набираю мобильный сестры, намерена устроить ей взбучку.
К сожалению, телефон молчит.
– Ничего, я навещу тебя позже, – угрожаю невидимому противнику, сотрясая кулаком в воздухе.
В этот момент прилетает эсэмэс.
Мама. Поля, я соскучилась. Заедешь сегодня?
Полина. Да. У меня есть к тебе серьезный разговор!
Кажется, я выбрала сторону. Виталина сама напросилась!
  
Глава 9
 
Виталина
После ресторана отправляемся с мужем в номер. Андрэ уходит в душ, а я засыпаю.
Черное марево поглощает мой мир шаг за шагом. Непрозрачный темный воздух с красными прожилками стелется у поверхности земли, и я иду за ним. Туман исчезает и передо мной возникает розовое двухэтажное строение детского дома в Красногорске.
Зачем я снова сюда приехала?
Ах, да! Я привезла юбки для малышки с медовыми глазами. Осматриваюсь в поисках пакетов, их нигде нет. Зато замечаю другое.
Я снова махонькая девочка шести-семи лет.
Удивленно гляжу на собственные маленькие ножки, обутые в ярко-оранжевые сандалии. Не помню, чтобы у меня были такие.
Делаю шаг вперед, тут же оказываюсь в лапах заботливого мужчины, пахнущего одеколоном:
– Вот наша Кнопка, – цедит черноволосый огромный мужик, похожий на бурого медведя.
– Ух, какая Милашка! – вторит ему женщина с рыжим каре.
– Имя только у нее какое-то мальчишечье – Виталина. Будто, отец ждал Витька, а родилась девчонка. Наверное, поэтому в детский дом сдали.
Хмурю бровки. Эта ведьма говорит, что мой папа избавился от меня из-за того, что я не мальчик?
– Ничего, мы дадим ей нормальное имя, – подмечает женщина. – Агриппина! Так звали мою бабку.
– Иди к черту! Я Виталина Лебедева, – бью тетеньку по руке со всего размаху палкой.
– А-а! Убили. Помогите! – вопит жирная корова, и к нам со всех сторон бегут воспитатели.
– Мы отказываемся удочерять этого ребенка, – визжит несостоявшаяся мамаша, обвязывая шейным платком руку с кровавой раной.
– Как же так? – причитает воспитательница Евгения. – Уже документы оформлены, ребенок настроился на переезд, вещи собраны.
– Мы ее не берем! Понятно?! – мужик трясет кулаком перед нашими носами.
Шмыгаю носом, вытираю ладошкой с лица слезы. Незаметно для взрослых прячусь за спиной новой молодой воспитательницы. Она новенькая, но молодая и красивая, и ее люблю как родную маму.
Женя ловит мою маленькую руку и ведет меня за собой в розовое здание.
Этим же вечером меня отводят к психологу.
– Виталина, возьми карандаши, нарисуй будущих маму с папой и себя.
Оглядываюсь на Женьку, она кивает мне розовой длинной челкой, поддерживает.
Беру самые яркие карандаши, рисую розовый домик, рядом с ним двух одинаковых девочек, держащихся за руки, желтым цветом вывожу солнце над нашими головами, а зеленым – траву.
Откладываю яркие карандаши, беру черный и коричневый. Рисую две огромные фигуры папы и мамы в углу рисунка, подальше от нас.
– Виталина, кто эта девочка рядом с тобой? – интересуется психолог.
– Любимая подружка, – шепчу, опуская глаза в пол.
Женя с психологом переглядываются. Воспитательница тут же пересаживается ко мне.
– Виточка, у тебя же нет подруг! Ни одной. Ты всех обижаешь…
– Врешь! Есть у меня подруга! Она всегда рядом, я ее вижу, разговариваю с ней.
– Как она выглядит? – мягко спрашивает психолог.
– Она как я! Моя копия, – доказываю, стучу кулачком по столу.
– Понятно, – тяжело вздыхает Женя, закатывая глаза. – Всё намного хуже, чем я могла предположить.
– Вита, зачем ты ударила женщину? – психолог задает мне единственный вопрос, который интересует на самом деле.
– Они сказали, что мой папа хотел мальчика, а родилась я. Поэтому он избавился от меня. И имя у меня дурацкое, как у мальчика. Мне дадут другое – Агриппина. Я не хочу быть Агриппиной! – не выдерживаю, срываюсь на плач.
 
– Ты всё правильно сделала, – неожиданно заявляет Женя, гладит меня по спине. – Надо всегда бороться за себя!
– Евгения! Следите за своей речью! Иначе мне придется пожаловаться руководству на ваши методы воспитания, – угрожает психолог моей любимой Женечке.
– Не надо жаловаться! Не надо! Не надо! – кричу на психолога и шлепаю женщину по руке.
– Видите, что она себе позволяет! Вы вынудили меня сообщить руководству о данном инциденте.
– Проснись! Белла, проснись! – грубо толкают в бок.
С трудом разлепляю веки, в ужасе смотрю на мужа. Он включил ночник и уставился на меня.
– Что стряслось? – еле шевелю пересохшими губами.
– Ты мне скажи, почему разговариваешь во сне по-русски!
– В школе учила, – вру заготовленную заранее фразу.
– Ты говорила без акцента! Будто, русский твой родной язык, – Андрэ продолжает лезть мне под кожу.
– Андрэ! Прекрати придираться к мелочам. Мне очень-очень плохо. Я вся горю. Потрогай. – Беру загорелую руку мужа, дотрагиваюсь ею до своего лица, груди.
– Горячая! Что делать? – округляет темные глаза.
Гарсия слишком молод, и не привык к сложностям. В нашей маленькой молодой семье всегда я ограждала его от житейских проблем, всё решала сама.
– Может, позвоним моей сестре, вызовем ее? – предлагаю слабым голосом.
– Сестру? Нет. Исключено. – Муж убивает мои сестринские порывы. – Белла, ты прекрасно знаешь, кто я и зачем приехал в Россию, поэтому лишние свидетели не нужны.
– Хорошо, вызови скорую, и дай мне ноутбук. – Перед глазами бегают мошки, абсолютно нет сил. Делаю неимоверные усилия, подтягиваю туловище, сажусь в кровати. Голова кружится как на карусели. – Ноутбук, – протягиваю руки к столу.
– Ты больна. Поспи, – командует муж.
– Не могу. Я обещала маленькому человечку сделать дело.
– Кому? – муж недоуменно разглядывает меня.
Представляю, что он сейчас думает обо мне. Я впервые выгляжу неопрятно. А из-за постоянного ношения линз у меня жутко болят глаза, они даже припухли, а я не могу дойти до ванной и закапать глаза. К сожалению, мужа о таком не попросишь.
Моргаю, чтобы хоть немного снять напряжение с глаз. Вроде, помогает.
– Вчера в детском доме встретила девочку, она мне напомнила меня. Я должна купить юбки и отправить. Я обещала ей. Пожалуйста, – делаю попытку выбраться из кровати.
Безуспешно. Меня всю скручивает от внутренней боли. Ощущение, будто, органы стянуты жгутом в один тугой узел.
– Ах! – падаю обратно на кровать.
– Я сделаю всё сам! – Андрэ явно злится, что я впервые заболела, да еще и не вовремя, доставляю жуткие проблемы, ломаю его стройные планы.
– Купи на Вайлдбериз сто юбок, для девочек, возраст пять – семь лет. Возьми в моей сумке бумагу с адресом, она лежит во внешнем кармашке под замком. Доставка на имя Сони Мармеладовой, с пометкой для Русланы Алешкиной.
– Хорошо, – Андрэ поднимается с неохотой со стула, идет в холл.
А я тем временем засыпаю. На этот раз сплю без сновидений.
  
Глава 10
 
Полина
Заезжаю в торговый центр, покупаю сотню разноцветных юбок всех размеров для девочек пяти-шести лет.
– Ух, куда так много? – интересуются любопытные продавщицы.
– В детский дом!
– Разве детей там не одевают? – удивленно глядят на меня как на иностранку.
– Что за глупости! Это мое желание, – обрезаю женщин. Не хочу ни с кем объясняться.
– Мы тоже можем в этом поучаствовать? – спрашивает та, что постарше с огромными серьгами-висюльками.
– Почему нет? Ради Бога! Только в другой раз, ладно. Очень спешу. Кстати, не откажусь от помощи. Поможете донести пакеты до машины?
– Ой, это я мигом устрою, – молодая девушка исчезает в дверях подсобного помещения, через две минуты появляется с упитанным парнем.