Дочери для бывшего (СИ)
Если раньше мне удавалось смягчить ситуацию, то сейчас моя позиция слаба. Руслана – мой изъян. Я не могу давить на мужа. Боюсь, что он начнет прессовать в ответ, выдвигая свои требования.
В последнее время муж закрылся от меня, спрятался за работой. Даже с сыном редко выбирается на рыбалку и на футбол. Мишутка забыл, когда папа в последний раз играл с ним в шахматы. Крикнешь мужу «Вася», вскинет русую голову, кивнет, улыбнется сапфировыми глазами.
На этом всё! Внимание оказано.
– Мария, кто всё это купил? – обращаюсь к дочери, обвожу рукой холл, усыпанный ненужным барахлом.
– Мы сами! – радостно сообщает Руся.
И мое сердце останавливается.
– Не верю! Как?..
– Пойдем, покажу! – малышка берет за руку, ведет в кабинет моего мужа.
– Воть!
Хлопаю глазами, гляжу непонимающе на открытый сайт Озона с заказами, на банковскую карту Воронцова, на мобильный, оставленный на столе.
– Как?.. – плюхаюсь в кожаное кресло. – Это же сложно!
– Неть! Легко! Раз плюнуть! – Руся делает вид, что собирается плюнуть на ладонь.
– Не надо!! Ты видела, взрослые делают покупки на сайте?
– Угу! – кивает блондинистой головкой.
Тяжело вздыхаю, глядя на содержимое заказа и общую сумму.
– Вашу Машу! – тру пальцами виски. – Нам конец!
Слышу, как машина мужа въезжает на территорию.
– Побежали встречать папку! Пока он не споткнулся об ваши коробки.
Спускаемся. Съеживаюсь, когда хлопает входная дверь.
– Папуля, – Машуня бежит к отцу. Он хватает ее на руки, поднимает.
– Привет, обезьянка! – целует.
– Дядя Вася, – Руська тоже пытается льнуть к Васе, но он прямо отбрыкивается, отходит в сторону. И тут же натыкается на одну из огромных коробок.
– Вашу Машу! – отпускает дочь на пол. – Что это?.. – едва сдерживается, чтобы не заорать
– Девочки заказали в Озоне, – мой голос как шелест, едва слышен.
– Какие девочки? Аврора с Леной? – не понимает, разглядывает детские вещи.
– Нет, – кусаю губы, – Маша и Руся.
– Вот как? – суровое лицо мужа неприступно. – Полина, за мной!!
Зайчиком прыгаю по лестнице за любимым, обдумываю тактику поведения. Понимаю, что ошиблась, надо было взять вину на себя. Поздно.
Вася падает в кресло, глядит на экран монитора.
– Копец! Эта бандитка – мошенница сняла с моей карты четыреста тысяч рублей за пять минут!
– Сам виноват, – брякаю я.
– Чего?! – пронзительный вопль разрывает мой душевный покой и делит его на «до» и «после».
Душа уходит в пятки. Но надо стоять на своем.
– Сам виноват, что оставил телефон, карту и включенный сайт! – выплевываю грозно. У самой душа в пятках.
– Я в собственном доме, в своем кабинете не могу делать, что хочу? Ну, ты и нахалка! Учишься у своей протеже? Далеко пойдешь!
Опускаю глаза в пол, сижу как побитая оскорбленная собака.
– Какого ляда ей понадобилось в моем кабинете?! – не унимается муж.
– Не знаю, – чуть не плачу, еле держусь. Так-то Вася прав, его кабинет – не для детских игр.
– Аврора, придите в Васин кабинет с детьми. Немедленно, – сообщаю по телефону няне. Через пять минут три матрешки стоят на пороге.
Руслана настороженно глядит на большого злого дядю.
– Ты… – шипит он на нее.
Девчонка гневно сводит бровки, готовится к защите или к прыжку. Не разберешь ее. Вся нахохлилась как воробей.
– Сама поговорю! – шиплю едва слышно на мужа. – Напугаешь ребенка! – встаю навстречу девочке, внесшей полную сумятицу в нашу жизнь.
– Руслана, зачем вы приходили в кабинет утром? – спрашиваю, едва сохраняя спокойствие.
– Мы хотели отпроситься на улицу. Там дождь лил, мы не знали, можно ли, – лепечет малявка, одаряя меня янтарным взглядом.
– Аврора, где вы были в это время?
Женщина в ужасе жмется к стене. Готова провалиться под пол, спрятаться от гневного взгляда хозяина дома, к сожалению, некуда.
– Чай пила…
– Отлично! Вы уволены. Пейте чай дома, – цедит зло Вася.
– Аврора, вы не уволены, но оштрафованы.
– Да-да! Штраф в четыреста тысяч! – вопит Вася.
– Василий пошутил, – говорю испуганной женщине. – Чуть позже мы с вами обсудим снова все моменты. Надеюсь, впредь, за детьми и дверями кабинета будут следить лучше. Никто кроме меня и домработницы Лены не должен входить в эту дверь. Запомнили?
Кивает.
– Руслана, нельзя брать чужие телефоны и карты без спроса, – объясняю чужому ребенку очевидные моим детям вещи.
– Я вам теперь не нравлюсь? Вы меня не оставите? – лепечет испуганно ребенок.
Бросаю быстрый взгляд на Русенка. Как бы я не старалась сгладить ситуацию, говорить мягко, девочка явно испугалась, что натворила непоправимое.
– Дело не в этом. Нельзя брать чужое, – стараюсь донести до нее важную информацию. Видно по детским глазенкам, что малышку интересует один вопрос «оставят ли ее в семье». Всё остальное «идет лесом».
– Идите! – показываю перепуганной няне на дверь.
Едва дверь за Авророй и детьми закрывается, как снова накидываюсь на мужа:
– Доволен? Ребенок напуган!
– Ребенок? Да она – монстр, – шипит муж кровожадно.
– Потерпи, она научится жить по нашим правилам! – умоляю слезно.
– Я на такое не подписывался!!
Приклеенная улыбка сползает с моего лица.
– Ты – эгоист!!
– Нет, Полиночка. Это ты эгоистка!!
– Какой же ты…
– Блин! Снова я виноват? Полина, может, мне уехать жить в отель или к матери, пока девчонка живет здесь? А?.. Вернусь через две недели.
– Нет!!
– Тогда, давай, отвезем девочку обратно в детский дом…
– Нет!!!
Сажусь на диван, обнимаю колени, горько плачу.
Вася не выдерживает, садится рядом. Единственная его слабость – слезы – мои, детей, сестер, матери.
– Малыш, я постараюсь быть с Русланой мягче, – гладит меня по спине.
– Ты не уйдешь? Не оставишь нас? – шепчу отчаянно, шмыгая носом как ребенок.
Вжимаю голову в плечи, в ожидании ответа.
– Конечно, нет. Я же тебя люблю.
Ровно через пять минут муж выпроваживает меня из кабинета со словами, что ему край как надо работать.
Глава 25
Денис Ковров
Понимаю, что Надя рассчитывает на многое. Впрочем, как и моя дочь.
Обе слишком многого хотят от меня. Я не могу им этого дать. И сказать не могу, что я бессилен. Дурацкая ситуация! Рвусь на части между дочерью и ее матерью.
Понимаю, после того, что учудила Клава в бассейне, спрыгнув с вышки, я не вправе вести себя так, как хочет и подсказывает мое сердце.
Мне слишком дорога Клавуся, и если она решила получить Надю – тренершу в мамы, так тому и быть. Надо смириться, – уговариваю себя. В принципе мне фиолетово на ком жениться. Главное, чтобы мое чадо было счастливо.
Спустя два дня
Мы уже два дня как приехали в Новосибирск, где у женщины живет мама.
Перевожу взгляд на обалдевшую дочь, стрекочущую как кузнечик. Бежит, подпрыгивая за нами с Надей.
Понимаю, меня привезли как племенного телка – жениха – знакомиться. Веду себя покладисто, не брыкаюсь.
Так намечалось изначально после ЧП с дочерью в бассейне.
Но за эти два дня моя жизнь снова изменилась, перевернулась с ног на голову, после встречи в аэропорту с женщиной…
Которую любил.
Люблю.
Буду любить всегда.
– Постелить тебе со мной? – интересуется Надежда вечером, с трепетом заглядывая в глаза. Ее жилистая рука ложится мне на голую грудь.
– Не надо, – скидываю ее руку с мокрой груди. Я только из душа.
– Что-то не так? – ее серый взгляд становится призрачно-серым.
– Всё не так, – шепчу едва слышно, чтобы нас не услышали посторонние. Клава уже спит, глядит волшебные сны, но мать Нади еще топчется вокруг нас. Ждет последние новости, всё-то интересно старушке.