Потусторонний. Книга 4 (СИ)

— С удовольствием, — прощебетала Лиза. Настя поманила нас за собой, мы миновали живую изгородь, и за ней оказалась небольшая прогулочная крытая машинка на четверых, похожая на мотороллер с пластиковой крышей. Распорядительница усадила нас назад, а сама села за руль. Изгибы её тела ненадолго отвлекли меня от Академии. Лиза же кашлянула, выразительно выпучила глаза, мол, перестань немедленно, и я одними губами сказал: «Ну, хороша же!»
«Да!» ответила Лиза: «Хватит пялиться!»
В ней определённо просыпалась учительница, и не засыпала подружка, так и не смирившаяся с моей полигамностью. Бедняжка. Тяжело её придётся. Брюнетка тем временем посмотрела на нас через плечо, мазнув по мне максимально равнодушным взглядом, и демонстративно обратилась к Лизе.
— Предлагаю начать с сердца нашего кампуса и это зона отдыха.
Вот, значит, как. Попытка меня игнорировать даже заводила. Настя тем временем подмигнула Лизе, и наша повозка с тихим жужжанием тронулась с места. Электродвигатель. Даже не магия. Ну, могли бы и самоходных агрегатов налепить, раз у них даже гипсовые херувимы озорничают. И ладно если бы такая техника дешевле выходила, но на ней же символика челябинского электромоторного завода, а это значит, что машинка стоит совершенно неадекватных денег. Такой агрегат простой человек себе никогда не купит, разве что в ипотеку, а на экспорт их вообще не делают. Вон, на западе за такую машину бы убили легко. Наверное, поэтому и не поставляют им ничего такого, чтобы в соблазн не вводить горемык несчастных.
Зоной отдыха оказалось несколько зданий вокруг большой площади. Здесь был центр еды, центр спорта, центр досуга (интересно, какого) и центр дополнительного образования. Между ними были выстроены десятки игровых площадок. Пара из которых даже сейчас не пустовала. Одна группа гоняла мяч по небольшому полю, а на соседней площадке несколько парней увлечённо играли в лапту.
Анастасия старательно рассказывала Лизе о том, какие виды развлечений доступны, сколько бассейнов вмещает спортивный центр, какая кухня на каком этаже располагается. В мою сторону распорядительница почти не поворачивалась. Неужели дело в том разговоре по телефону? Моя невинная шутка об ориентации так задела красотку?
Может, она из этих? Нет, я знаю, что на территории Российской Империи такие выкрутасы не в чести, а Первая Церковь ещё и анафеме может придать, если вдруг доказательства странной любви найдёт. Однако это ведь не мешало пользоваться благами цивилизованной жизни людям с различными вкусами. Если они не тыкали этим в лицо окружающим, то их и не трогали.
Короче, в отношении Анастасии ко мне была какая-то загадка, и это интриговало пуще разговоров о том, как живёт Академия. Я наблюдал за её сильным телом, за тем как играли мускулы, как она поворачивалась, как изгибалась её талия, и наслаждался поездкой.
После зоны отдыха наступило время учебных центров. Их было несколько, и злая воля строителей раскидала здания по всей огромной территории. Вероятно для того чтобы ученики больше двигались, чтобы не опоздать на занятия, идущие в разных корпусах. Часть из них нас пока не интересовала, так как там занимались определённые факультеты на старших курсах. Каждый корпус был выполнен в собственном стиле, отражающий многообразие культуры Империи. Какие-то вполне себе петербургские, какие-то с примесью южных рубежей грузинского типа, какие-то знатно отдавали архитектурой империи Чжунго, это уже ближе к нашему дальнему востоку. Была пара зданий с высокими арками в стиле персидской империи. Короче, полная смесь развитых культур и наших с ними взаимодействий. Но и более отсталым соседям место нашлось: прачечная в стиле немецкого фахверка да серый, обрамлённый чёрным контуром, скандинавский параллелепипед местной котельной. Странно, что хотя бы такое построили.
Лиза смотрела на всё вокруг, как ребёнок из люльки колеса обозрения. С восторгом и страхом. Мне же было немного скучно. Да, сюда надо было попасть. Да, я должен здесь остаться, но, ёжкина ты кошка, это ведь натуральная тюрьма для молодёжи, и уж особенно для меня. Там, в Пушкинских Горах, начиналась интереснейшая движуха. Да что там, в Пушкинских Горах… В самой столице уже знали о происходящем в потустороннем мире и собирались реагировать. А я здесь буду уроки учить. Тьфу, пропасть.
 
Ладно, Илья. Не печалимся. Приключений нам хватит. Надо настроиться на лучшее и получать от студенческой жизни максимум удовольствия, не забывая при этом, что я здесь для создания надёжной легенды для легализации большего моего арсенала заклинаний. Пока ведь очень узко всё, а больше и нельзя показать, ведь ко мне и так уже слишком много внимания. Хватит уже его и дальше привлекать, потому что на данном этапе это уже вызывает подозрения, а не уважение.
А мне в Российской Империи, как бы, ещё жить.
Последними точками нашего путешествия были общежития. Анастасия проводила меня до входа в мужской корпус, а затем увезла Лизу прочь. Я остался один, перед огромными дверьми с коваными узорами. Толкнул их, и они раскрылись так легко, словно ничего и не весили.
Передо мною раскрылся просторный холл с большой мраморной лестницей, слева, как в отеле, расположилась стойка регистрации, за которой стоял подтянутый мужчина в дорогом костюме.
Он приглашающе улыбнулся, и я направился к нему. Ну что, вперёд, Илюшка, к знаниям. Грызть гранит и прочие вкусности.
  
Глава 16
 
После приютского безобразия и их тесных каморок два на два метра, здесь, право, условия проживания были значительно лучше. Конечно, не номер люкс, но и не нищенская хибарка. Кровать достойная, пара шкафчиков, очень прикольный стол прямо напротив окна, с полками уже повидавшими множество книг, но сейчас пустыми.
Белые стены, белый потолок. В целом, почти больничная обстановка. Дверь крепкая, и оконные рамы тоже вполне себе. Я с хмыканьем отметил, что и стёкла бронированные. Что же за студентики здесь до меня жили?
Надо кроватью остались пятна от прежде расклеенных здесь плакатов, вроде рок исполнительниц или прочих авто-календарей, где саму машину ты не увидишь, а вот на обнажённой красавице будет красоваться какой-нибудь ГРМ или же в руках сия дама будет недвусмысленно сжимать гаечный ключ, который, разумеется, никогда прежде даже не видела.
Впрочем, легко мог быть вариант, что здесь повсюду висели мудрёные таблицы с блок-схемами, практическими набросками, описаниями ритуалов или тупо строения человека в разрезе. Я, признаюсь, не представлял, чем в целом здесь будут обучать.
Плюхнувшись на кровать, я проверил его упругость. Неплохо. Не жесткая больничная койка, но и не перина. Вполне себе приятненько. И не скрипит, что важно. Хе-хе.
Впрочем, женщин, насколько я понимаю, в мужской корпус не пускали. Однако не всё то, что запрещено, не разрешено на самом деле, м?
Рядом проявилась Княгиня. С интересом проплыла по комнате. Ненадолго задержалась у окна, а затем повернулась ко мне и сложила на груди руки, в жесте немой мольбы. Взгляд её демонстративно коснулся одной из полок. Я хмыкнул, подошёл ближе и полез в карман. Достал первую драгоценность в мягкой обложке, затем вторую. Скоро полочка пестрела Любовью, Господинами, Изменами, Не твоими детьми и Разводами. Княгиня сразу заняла место за столом с книжкой и жадно погрузилась в чтение, то и дело мечтательно всматриваясь в раскинувшийся за окном студенческий городок.
Я некоторое время любовался на неё, думаю, может быть, она когда-то заканчивала эту самую Академию, а? Ведь когда мы сошлись в той войне, она многое повидала, многое знала. Никогда не спрашивал о жизни до, да и Княгиня не рассказывала.
Но вполне возможно, что она вернулась в Альма-Матер, и всё это окутано ореолом ностальгии для неё. Это ж я совсем дикий человек. Всё, что видел — это демоны, поэтому так мне всё здорово, так интересно. И будто не по-настоящему совсем. Будто всерьёз у людей самая большая забота это получение знаний от каких-нибудь умных людей, нашедших в себе призвание учить юную бестолочь…