Цена времени. Книга I (СИ)

Мы медленно тронулись вдоль лесного массива, как вдруг мужик спросил:
— А тебя как звать-то?
— Александр, а тебя?
— Митрофаном кличут.
Мы ещё немного помолчали, но вскоре любопытный Митрофан сказал:
— Дивная одёжка на тебе, да и мешок я гляжу богатый. Никак купец аль немец?
Эта фраза буквально выбила меня из колеи, однако я быстро сориентировался. Вспомнив, что немцами раньше называли всех иностранцев, я подтвердил теорию старовера:
— Немец, издалека я прибыл, но язык ваш хорошо выучил. Родители у меня из ваших.
— А-а, вона чего. А я уж думал дразнишь меня, мужиком кличешь. Так вот запомни — у нас так нельзя говорить!
— А… — Я хотел было возразить, однако вовремя вспомнил, что слово "мужик" в старославянском имело уменьшительно-ласкательный смысл и для взрослого считалось оскорблением. — Извини, запамятовал я слово это.
— Это ничего, уразумеешь. — Смилостивился мой спаситель. — А всё же откуда будешь?
— Ты таких мест и не знаешь, уж прости.
— Понимаю. А родичи твои?
— С Петербурга. — Непринуждённо ответил я.
— Хм… Дивно, не слыхал. Деревня что ли какая? Али на юге где крепостица?
И тут я во второй раз впал в ступор. Ну ладно говор его необычный, но чтобы Санкт-Петербург не знать.
— Э… Как же?! Санкт-Петербург, город на Неве. Заложен Петром Алексеевичем Романовым. — Разразился я заученными на уроках истории фактами.
— На Неве? Нет, по Неве я много раз ходил, нет там городов больших. Ежели токмо Ладога. Да и не было князя такого — Петра, да ещё и Алексеича. — Почесал затылок мой таксист на минималках. — А когда заложили-то его?
Я на мгновение задумался, но почти тут же отчеканил:
— В марте одна тысяча семьсот третьего!
Тут уже извозчик впал в ступор.
— Это ежели сейчас семь тыщ семьсот тринадцатый, то… — Мужик задумался, а я поспешил его опередить, вспомнив про старую моду вести летоисчисление от сотворения мира, то бишь от рождества Христова, да еще пять тысяч пятьсот восемь лет.
— Подожди, то есть как семь тысяч семьсот тринадцатый?! Ты хочешь сказать, что от рождения господа нашего, Иисуса Христа
, прошло… — Я задумался, проводя вычисления — одна тысяча пятьсот пять лет?!
— Ну, так получается.
Что говорил дальше Митрофан, я не слышал, ибо второй раз за сутки упал без памяти. Только в этот раз не от головной боли, а от навалившегося шока.
Интерлюдия.
— Аркадий Семёнович, доложите о состоянии испытуемого.
— Я ничего не понимаю. Датчики жизнедеятельности по нулям, а GPS система вышла из строя. При этом последнее, что мы получили от него — мощный импульс квантовой энергии.
— Какие прогнозы?
— Он либо умер в лесу, где в последний раз его засекли, после чего его съели дикие звери, либо…
— Либо что?
— Либо наши опасения подтвердились и квантовая энергия в голове человека может создавать пространственно-временный аномалии.
— А может, он всё же умер от скачка энергии?
— Маловероятно. Он силён не только телом но и духом. Поэтому я его и выбрал.
— Хорошо, вы свободны, Аркадий Семёнович.
  
Глава 3. "Адаптация"
 
Второй раз подряд моё пробуждение не вызывает у меня ничего, кроме раздражения. Митрофан расталкивал меня, пытаясь привести в чувство. Черносошный крестьянин, а именно такой статус, как я понял, имел мой недавний собеседник, не на шутку перепугался, когда я чуть было не свалился с телеги.
— Эй, Александр! Живой?! — Похоже, он уже долго пытался восстановить моё самочувствие.
— Да живой, живой, не тряси ты так! — В первую секунду, я не понял, кто и зачем пытается меня разбудить, но буквально в следующее мгновение я вспомнил. Вспомнил всё, что произошло со мной за последние сутки. Как я планировал поездку к родителям, как свернул на дорогу, ведущую в Великий Новгород и как словил очередной приступ головной боли. Если это не глупая шутка и Митрофан не сумасшедший старовер — влип я конкретно. Начало шестнадцатого века, мать его! Историю родной страны я знал сравнительно неплохо, поэтому, пусть и с трудом, но смог определить текущую ситуацию. Новгородское княжество, а именно на его территории я находился, входило в состав Московского государства. Это я знаю точно, поскольку присоединили его в реальной истории ещё в пятнадцатом веке. Так, с эти разобрались. А кто сейчас у власти. С этим проблема. В тысяча пятьсот пятом, если мне не изменяет память, скончался Иван третий, а к власти пришёл тоже третий, но уже Василий. Особой разницы мне до этого нет, ведь я не знаю их личности и свершений. Да и далеко не факт, что доведётся с ними повидаться. К сожалению, на этом мои знания обрываются вплоть до взятия Казани в тысяча пятьсот пятьдесят втором. Хм, а спрошу-ка я у Митрофана по поводу ситуации в стране.
 
— Слушай, Митрофан, а кто сейчас землёй русской правит?
— Так вестимо кто. Великий князь Иоан свет Васильевич. — Ага, значит жив ещё Иван третий. Хорошо это или плохо я не знаю, потому как никакой информации по поводу его личности не имею.
— А воюет сейчас с кем-нибудь Великий князь?
— Этого я не ведаю. Но мнится мне, что на вряд-ли это. Стар он уже, не до войны, наверное. Хотя люди говорят, что на юге Казанские татары снова что-то учудили.
Мы ехали в гордом молчании порядка десяти минут. Всё это время я раздумывал над сложившейся ситуацией. Я провалился в прошлое. Фактически в другой мир. В своё время я увлекался разного рода книжками про попаданцев, но они для меня были скорее досугом, а не учебными пособиями по выживанию в прошлом. Я здесь чужой, абсолютно никому не нужный и неизвестный. Велик риск спалиться на мелочи и отправиться на костёр или в темницу. Средневековье, мать его. Или уже Новое время? А чёрт его знает, Америку уже открыли, так что скорее всего второе. В голове проносилось огромное количество самой разной информации. От конструкции доменных печей и пистолей, что так подробно описывались в романах отечественных фантастов писателей, до того, а не сошёл ли я с ума. Вполне вероятно такое развитие событий. Упал в кому на обочине, моё бренное тело лежит где-то под капельницами а сознание вот тут, едет на телеге в Новгород. Идиллию тишины оборвал Митрофан:
— Слухай, Александр, а чего это с тобой было? — Не без доли страха спросил он. Ещё бы, традиционное общество относится к таким вещам очень серьёзно. Для них религия и высшие силы — это явь, самая настоящая и неискоренимая в их сознании.
— Да это… Переутомился я, устал сильно. Вот и упал без памяти. Слушай, а ты неужто в самом Новгороде живёшь? — Я знал, что черносошные крестьяне обычно не жили в городах, а расселялись на окраинах.
— В нём самом! — С гордостью заявил он.
Ага, значит не черносошный. Получается он либо очень сильно обедневший дворянин, либо купец. Хотя на второго он мало смахивает. Я решил не спрашивать у него о его положении, а вместо это поинтересоваться на счёт местных денег. У меня в сумке скопилась пара десятков монет мелочью разного номинала. Я достал пять рублей одной монетой и как бы невзначай продемонстрировал ему:
— Смотри, Митрофан, у меня на родине такие деньги чеканят. Как думаешь, можно за такие в Новгороде что-нибудь купить? Митрофан внимательно осмотрел монету и задумчиво сказал:
— Ну, так сразу, конечно, не скажешь. Узоры вельми красивые, форма ровнёхонькая. Да и вообще дивная штуковина. Не знаю, тут нужно у купцов поспрошать.
Что ж, не густо. Ну, надеюсь, местные не поскупятся на заморские украшения и дадут достойную цену. М-да, пока что моё положение оставляет желать лучшего. В прочем, в рюкзаке ещё полным полно всякого барахла, которое можно выгодно продать и пытаться хоть как-то раскрутиться. У меня нет практически никаких теоретических знаний в области химии, физики, экономики и прочего, чем так умело блистали попаданцы в прошлое из книжек моего времени. Но у меня есть очень развитое по местным меркам тело, ведь в этот период истории занятия физкультурой были не в моде, а боевые искусства, хоть и существовали, но настоящих мастеров своего дела были лишь десятки, если не единицы. У меня также было нестандартное по местным меркам мышление. Я ведь мог увидеть выгоду там, где её не увидит основная масса местных. Да, не ожидал я от себя такой прыти. Без пяти минут в новом мире, а уже наполеоновские планы строю. Я слышал, в подобной ситуации люди в падают в шок, панику и просто физически не способны к здравому мышлению. Значит либо я сверхчеловек, либо врали эти статьи из социальных сетей. А я ещё и шутить успеваю. Ну точно сверхчеловек, не иначе. Вообще уж больно нездоровый интерес у русского читателя к подобного рода произведением, в которых описываются приключения всемогущего, по меркам прошлого, человека. Возможно, это связано с тем, что в нашей истории было уж очень много спорных моментов, которые так и напрашиваются на сюжет с очередным гостем из будущего, который всё разрулит. Будь то нашествие Мамая или пресловутая операция «Барбаросса».