Караул устал (СИ)

Есть от чего прийти девушке в волнение, ведь о моем семейном положении ни в книжке не написано ни слова, ни по Би-Би-Си не говорят. Не принято у Би-Би-Си касаться личной жизни без особого повода, а какой я подаю повод? Никакого.
Может, кольцо обручальное носить, чтобы не вводить девушек в искушение, не возбуждать напрасных надежд? Но ни Лиса, ни Пантера этого не одобрят. Их вполне устраивает нынешняя ситуация, с Чижиком Шредингера в закрытой коробке. И остальных, похоже, тоже. Включая Стельбова. Главным образом Стельбова.
Кстати, о Стельбове. Думаю, это его идея: Общество борьбы за трезвость со мною во главе. Когда-то Андрей Николаевич не то, чтобы запивал, но, бывало, употреблял водочку часто. А потом перестал. Может, и не без моего участия, хотя своей роли не преувеличиваю. Стал он трезвенникам, и карьера пошла в гору. Или наоборот, карьера пошла в гору, и стал он трезвенником. Она и прежде была не из скромных, карьера: первый секретарь обкома — это величина. Кавказский хребет: Казбек, Эльбрус, Арарат. Но войти в состав Политбюро ЦеКа партии — это совсем иные вершины. Гималаи. Кислорода чуть, не всякому удаётся дышать вволю. Смотрит он с высоты на букашек внизу, и думает: нужно бы Чижика встроить в систему. Чемпион и композитор — это, конечно, хорошо, это на какое-то время известность, слава, деньги. Но по сравнению с властью — пустяки. Детские забавы. Нет, играйся, сочиняй музыку, участвуй в турнирах, но займи прочное место в системе. Чемпионство пройдёт, музыкальное вдохновение порой исчезает, всё это как-то слишком легко, воздушно и совсем ненадежно. Другое дело, когда ты в системе: в системе ты сидишь на должности надежно и крепко, так что скорей место затрещит и угнётся под тобой, а уж ты не слетишь, нет. Номенклатура, брат, такая штука, лучше которой свет не видывал.
Оно, конечно, Общество Трезвости вершина не великая, но не совсем и маленькая, а при правильном подходе может принести много счастья и довольства. Мне даётся шанс стать человеком государственным, понимать нужно.
Конечно, Стельбов такие вопросы решает не лично и не единолично, но, видно, остальные в Политбюро не возражают. Пусть. Плата за новогодние события. Да и неплохо бы трезвость подтянуть, в самом-то деле. А то перед иностранцами неудобно. И в смысле производства на пользу пойдет — меньше прогулов, меньше брака, выше производительность, куры станут лучше нестись, коровы — доиться, и так далее.
Но к делу отнеслись с прохладцей. Документы не прописали, положения не утвердили. Авось!
А Чижик, вместо того чтобы от счастья запеть, вдруг отказался. Не клюнул на голый крючок. Оно и чёрт бы с Чижиком, но ведь он Стельбову наябедничает: не подготовили документы сукины дети! А для чиновника не подготовить документ — признак профнепригодности. С него не требуют угля, стали, зерна, молока и мяса, понимают: не для того чиновник создан. Но подготовить документ — это святое. Если дано распоряжение, то загрузи подчиненных, сам не ешь, не спи, но исполни. Согласно воли вышестоящего начальства. Вот тогда тебя люблю я, вот тогда тебя хвалю я. А не подготовил — не люблю, не хвалю, а возьму и растопчу!
Такие мысли занимали меня, когда я вел «Матушку» к гостинице «Москва». Рабочий день кончился, москвичи спешили кто куда, большей частью домой, но транспорт в столице работал много лучше, чем в Чернозёмске. Оно и понятно — столица! Здесь метрополитен, по секундам передвигается. Ну, и автобусы по полчаса ждать не приходится, о, нет! Написано «интервал движения пять минут» — значит, так оно и будет. Максимум — десять. «Сделать Москву образцовым коммунистическим городом — дело чести всего советского народа!» — я как раз проехал мимо подобной композиции: мускулистый мужчина в спецовке и женщина в свободном сарафане бок о бок стояли под этим лозунгом. Занимала композиция торцовую часть девятиэтажного дома. Красиво, что ещё можно сказать.
Конечно, сделаем. Всем народом, до самых до окраин будем стараться. А провинция что, провинция подождет. Москва у нас одна, а провинций вон сколько! На всех коммунизма не хватает, нужно потерпеть. Теория постепенного построения коммунизма в одном отдельно взятом городе, ни больше, ни меньше. Сначала, значит, Москва, потом, к примеру, Ленинград. Затем Киев, Баку, Тбилиси, Ереван — порядок, понятно, условный, возможно, решат иначе. В общем, до Чернозёмска очередь дойдёт не скоро, Чернозёмск город обыкновенный, ничем особо не примечательный, таких в стране много. До Каборановска очередь дойдет еще позже, а уж когда придёт время Стожар, даже и не знаю.
 
Но чего мне печалиться, я ведь москвич, да. Самый натуральный, с пропиской, с квартирой. Мне бы радоваться, а что-то не радуется. По Марксу-Энгельсу, коммунизм должен наступить во всем мире сразу, посредством мировой революции, в огне которой сгорят и реакционные классы, и реакционные народы.
Ленин доказал, что коммунизм может победить в отдельно взятой стране. В нашей, вестимо.
Но вот что он победит в отдельно взятом городе — этого основоположники не предполагали.
А ведь умнейшие были люди!
Я посмотрел на свежекупленную книгу. Солидный том, отличная бумага, зеленая суперобложка. Вот если, к примеру, сравнить любые десять страниц — двадцать, тридцать, не суть — текста Брежнева с текстом Маркса, Энгельса, Ленина, то к какому выводу мы придём?
Хорошо хоть, никто не сравнивает.
Или сравнивают, но результаты держат при себе.
Припарковался. Успеваю? Успеваю!
В «Москве» меня знают, в «Москве» меня привечают. И с директором гостиницы, и с директором ресторана, и со многими работниками отношения у меня замечательные. Ну, так получилось, что среди них много шахматистов. Любителей, да, но в школе играли, даже и в турнирах.
Столик у пальмы ожидал меня. Девочки, понятно, опаздывали, но я не огорчился. Посижу, подумаю…
И только я настроился думать, как явились Лиса и Пантера. Материализовались из пространства. Как духи.
Не одни явились, с гостями. С почётными гостями. Лиса вела Аркадия Натановича, Пантера — Александра Петровича. Два медведя пера, два корифея советской фантастики, два автора «Поиска». Между собой они не слишком ладили, как и положено медведям, но сейчас настроение у них было вполне благодушное, да и попробовало бы оно не быть благодушным, настроение, в компании Лисы и Пантеры!
Поздоровались, уселись, обсудили меню, заказали осетрину первой свежести со всем, ей сопутствующим, и начали прожигать жизнь.
«Боржом» в ресторане был! «Из стратегических запасов», доверительно сказал официант Глеб.
Писатели предпочли «Двин», девочки предпочли свежевыжатый гранатовый сок, дороже «Двина», между прочим, но гулять, так гулять!
И только за десертом, кофе и торт «Вечерние огни», перешли к делу.
— «Молодая Гвардия» готовит вторую серию «Библиотеку современной фантастики». Производственные вопросы решены, осталось за малым — наполнить форму содержанием. И к вам, уважаемые мэтры, большая просьба: укажите, пожалуйста, современных авторов, которые, по вашему мнению, должны быть представлены в «Библиотеке». Как отечественных, так и зарубежных. По одному автору на том, — сказала Ольга.
— А сколько будет томов всего? — спросил Аркадий Натанович.
— Двадцать пять. По пять томов в год. Первая пятерка уже сформирована, волевым решением.
— И кто же, если не секрет, удостоился войти в первую пятерку? — это уже Александр Петрович.
— Секрета нет, какой может быть секрет. Это Станислав Лем, Артур Кларк, Стивен Кинг, братья Стругацкие и Александр Казанцев.
Александр Петрович даже покраснел. В первой серии ему места не нашлось, на что он очень обиделся, но вот — дождался. Аркадий Натанович же принял известие как должное: в первой серии братьям был отдан том, плюс публикация в антологии.
— Договоры на издание будут подготовлены в ближайшее время, — это уже Надежда. — Ждём вас в издательстве в среду, в удобное для вас время. Обсудим детали.
— А список? Список избранных? — это опять Александр Петрович.