Лучший колдун короля (СИ)

Пёс был мощным и не слишком мохнатым, а ещё высоким и с висячими лопухами ушей. Он забежал в галерею и уставился на меня, как на вора, пристальным взором серого и карего глаз. Ласковые разговоры с таким зверем были неуместны, и я просто отвернулась к окну, давая понять, что не претендую на его территорию и не планирую внезапно атаковать.
— А, Доур!
Это был король, и я поспешно склонила голову.
— Ваше Величество.
— Размышляешь в одиночестве? — улыбнулся мужчина, подходя ближе.
Пёс двигался возле его правого бедра, как примагниченный.
— Мне здесь нравится: просторно, тихо, и округу можно разглядывать.
— Рисуешь?
— Просто наброски… что-то типа карты.
Он протянул руку, и я смущённо отдала свой альбом. И, пока Кайрн изучал рисунки, я осторожно изучала его. Он загорел за эти дни, но это были, пожалуй, все перемены. Губы так и остались улыбчивыми, а короткая щетина — опрятной. В тёмных глазах не было ни намёка на проблеск, но этот кромешный омут только больше затягивал.
— В библиотеке полным-полно подробных карт местности, — поднял глаза король. — Что не взял?
— Так лучше запоминаю. Художник из меня, конечно, неважный.
— Как и из меня, — сказал мужчина. — Пройдёмся вместе?
Я была не против, но волновалась так сильно, что ладони потели. Да ещё и пёс глядел на меня исподлобья строго, проницательно. Наверняка он чувствовал, как темна и запутана моя магия, но уже хорошо, что не мог рассказать об этом хозяину.
— Мортис вас с ребятами хвалил, но про тебя говорил, что ты самый старательный. Кэрсадрис проявился у тебя с раннего детства?
— Да. Помню, года в четыре я впервые пошёл за золотой «ниточкой», и нашёл в лесу раненого бельчонка. Долгое время я путался в реках, и, выбирая лишь одну из них, порой находил только неприятности. Уже потом научился сплетать, и делать правильный выбор.
— Так ли это важно: избегать ошибок? — сказал Кайрн.
Пальцы его опустились на голову пса, потрепали уши и короткий хохолок, и я отозвалась:
— Так меня учили, Ваше Величество. Бабушка была строгой, да и брат тоже не делал поблажек.
— Включая физические наказания?
Я отрицательно мотнула головой.
— Без них обходились, я не настолько плохим учеником был.
Кайрн усмехнулся.
— Мортис, как ты заметил, тоже не практикует порку. Хотя, пару лет назад был случай, довёл его один лоботряс. Но и тогда он не был чересчур к парню жесток.
— Когда сердится, он страшный, — честно сказала я, и Кайрн рассмеялся.
— Мортис из тех, кого лучше не доводить. Ты боишься его?
— Нет. Я его уважаю и немного опасаюсь…
И снова он хмыкнул.
— Именно эта твоя честность подкупает, Доур. Скажи, а меня ты боишься?
Это был неожиданный, опасный удар.
— Немного, Ваше Величество, — отозвалась я, глядя на пса, который поднял хвост, словно готовясь атаковать.
— Потому, что в моих руках власть? Или я пугаю тебя как человек?
— Как человек вы кажетесь справедливым и добрым. Просто я не уверен, что всегда смогу быть с вами честен…
— Если твои тайны не несут ни для кого угрозы — пусть остаются нераскрытыми.
Я кивнула.
— Наверное, каждый о чём-то сожалеет. Простите, но я не готов ни с кем этим делиться, Ваше Величество.
— Понимаю, — серьёзно сказал он. — Имеешь право. Скажи, а собака у тебя была?
Я только спустя время поняла, насколько хитёр он был. Так, не выпытывая моих тайн, он простыми вопросами помогал открыться, поделиться своей энергией. И сам щедро делился в ответ, что подкупало. Однако, я боялась Кайрона по-прежнему.
В начале июля мне предстояла важная вылазка в лес за ингредиентами для обманного зелья. Ехать вместе с ребятами было нельзя, они могли заподозрить неладное, а потому я встала в воскресенье раньше всех, ещё до восхода солнца, и, взяв Заката и большую сумку, направила коня к одному из самых больших островов. Называли его Летним, так как там по неизвестной причине (возможно, из-за магии) деревья дольше всего оставались зелёными.
До нужного места был час неспешной езды, и мы с конём встретили рассвет на вершине холма. Простирались впереди цветущие луга и благоухающие рощи, и река петляла, словно вышивая на земле сложный узор. Мне всегда нравилось наблюдать, и я позволила себе несколько минут любования, заодно высматривая среди трав нужные растения. Таковых пока не наблюдалось, зато были другие, проще, дающие более слабый эффект. Их я на всякий случай прихватила, хотя и планировала найти всё необходимое точно по списку.
 
День выдался жаркий, и спустя время мне пришлось надеть шляпу. В лугах мы обнаружили землянику, а ближе к дубовой роще — ежевичные заросли. Ягодами я пренебрегать не стала, объелась за милу душу, а ещё нашла дикий лук, щавель и даже мирмизу — растение с маленькими жёлтыми плодами вроде помидорок. Подкрепившись, мы преодолели по отмели реку, и наконец оказались на Летнем, где сама зелень казалась ярче и сочнее. Этот остров славился ещё и тем, что его не посещали призраки, что не могло меня не радовать.
Я провела в лесу несколько часов, прежде чем отыскала нужные грибы и лишайники, а также корешки особо вонючего растения, которые предстояло растереть в порошок. Всё это следовало подготовить к использованию прямо здесь, ведь в комнате меня запросто могли застукать за тёмной магией ребята или сам Мортис. Поэтому, трудиться предстояло долго, и хорошо, что я захватила с собой хлеб, картошку и мясо.
— Эй, эй, хищная лошадь! А ну-ка кыш от моего мяса!
Закат приподнял верхнюю губу, но отошёл к траве, демонстративно повернувшись ко мне задом. Он в принципе был всеяден: и ягоды хрумкал, и рыбу, но особенно любил булочки с изюмом.
— Если будет второй знак, и я в нужный час отыщу подходящую тропу, предотвратив всё то, что суждено, мы с тобой найдём себе дом по нраву, где-нибудь в небольшом поселении, чтобы никто не нашёл… Что, не хочешь? Тебе понравилось в королевской конюшне? Мне Преальд тоже нравится, но вряд ли после этой лжи мы будем там желанными гостями.
Пока я болтала с Закатом и занималась переработкой ингредиентов, с севера наплыли облака, и в лесу стало прохладно. Дело у меня спорилось, я даже напевала тихонько себе под нос, пока от грибной пыли меня не пробило на чих. Закат тоже чихал — за компанию, притопывая копытом, и я не могла сдержать смех, глядя на него.
— И никто, кроме меня, не знает, что ты ещё и плясать умеешь.
Закат с лёгкостью встал на дыбы, а потом ещё и подпрыгнул, словно кузнечик. Да, он умел многое, и, несмотря на высоту и мощь, был лёгким и стремительным.
— Ничуть не хуже королевских лошадей, дружок. Ты у меня красавец!
Вдалеке пророкотало, и я приступила к завершающему этапу. Магический костёр был крошечным, но мне его хватило, ведь котелок с варевом тоже был небольшим. Я всё смешала, прокипятила, добавила в строгой последовательности энергий, и стала ждать, когда напиток обмана остынет, чтобы разлить его по пустым склянкам.
Гроза между тем приближалась, и я вспомнила слова Мортиса о том, что в бурю и духи буйные.
— Пробуем. — Я сделала тёплый глоток и поморщилась. — Да, оно дозрело. Пора домой.
Торопясь, я завершила все дела, сложила вещи, и закопала остатки собранного. Потом прихватила несколько съедобных грибов, чтобы не показаться странной, а по дороге, уже под чёрно-розовым небом, наложила в котелок крупной ежевики.
— Для ребят.
Домой мы с Закатом возвращались под грохот небес и розовые вспышки. Толстые бодрящие капли падали за шиворот: плаща я не взяла, но мне было хорошо. Уже в сумерках я въехала во двор, поздоровалась с воинами, и тотчас направилась к конюшне, где неожиданно столкнулась с Дриа.
— А, Доур. Что, гуляли по округе?
— Исследовал новые для себя места, — ответила я, поглаживая коня по носу. — А вы, госпожа?
— Пришла проведать свою любимицу, белую Звезду.
Это была одна из самых красивых лошадей здесь, но я нисколько не удивилась словам Дриа.