Догнать и перегнать 1978 (СИ)

— Он охренеет? Да это я уже охренел! — зашипел Лебедев, — И наверху охренеют, когда узнают, какими народными деньгами ты собрался разбрасываться!
— Ой, да прекратите Вы уже ныть! — поморщился я. — Деньгами какого народа я разбрасываюсь, если их заплатит Тейлор? Американского? Так может, пожалеете их народ?
— Не американского, а нашего — советского. Ведь пятьдесят процентов издержек, согласно договору, придётся платить нашей стороне.
— Ну и заплатим, от нас не убудет, — отмахнулся я и, чтобы придать будущему подкупу автора более интеллигентную форму, добавил: — Давайте будем считать этот небольшой инцидент не провалом, а успехом. Ведь благодаря этому скандалу, наш «давно позабытый» фильм про робота-убийцу вновь будет на устах у всего прогрессивного человечества.
— Ты думаешь, всё будет так просто? — с надеждой в голосе спросил американец.
— Конечно, да, — самонадеянно заявил Саша.
— Отлично. Я при первой же возможности полечу в США и решу этот вопрос именно так, как ты и сказал, — обрадовался Тейлор.
— Подожди, Джон. Не так быстро, — обломал его я.
— Чего ждать, Васин? Мистер Тейлор абсолютно прав! Чем быстрее замнётся этот скандал, тем всем нам будет лучше.
— Не совсем так. Или даже совсем не так, — замотал головой я. — Нам нужно воспользоваться подвернувшейся возможностью и затянуть скандал на некоторое время.
— Да ты что⁈ — рявкнул Лебедев.
— А то! — рявкнул в ответ я. — Дополнительная реклама — это тоже реклама, которая нам абсолютно не помешает. Да, признаю — это фактически чёрный пиар. Но раз так вышло, то пусть будет хотя бы такой. Хуже точно не будет. И нам нужно снять с этого скандала все сливки, какие только можно. И сливки эти я предлагаю снимать в три этапа: первый — молчим, ничего не делаем и лишь наблюдаем за тем, как ситуация начинает набирать темп. В это время в обстановке совершенной секретности договариваемся с писателем о решении этой проблемы, объясняя тому, что кроме прямой финансовой выгоды он получит ещё одну ощутимую прибыль — солидный бесплатный пиар фактически на ровном месте.
Второй этап. Мы, тут я имею в виду мистера Тейлора, даём пару небольших интервью, в которых отрицаем сам факт плагиата. Тут репортёры начинают беситься, и сравнивают тексты из книг писателя с нашим фильмом.
Третий этап предполагает появление наших адвокатов, которые громогласно заявят на весь мир, что это не мы украли часть сюжета, а у нас его бессовестно увёл Эллисон. Тут очевидно, репортёры взбесятся окончательно и начнут приводить в примеры и даты, пытаясь выстроить хронологическую цепь.
После этого вступает в силу четвёртый пункт плана. В нём наши адвокаты, вступая в полемику с писателем и репортёрами, всенародно объявят, что все доказательства плагиата сфальсифицированы, и что мы заказываем сразу несколько профессиональных экспертиз. Репортёры естественно всё это время продолжают мусолить нашу горячую тему.
Мусолят. Мусолят. Мусолят… И вот когда уже им всем надоест переливать из пустого в порожнее, они захотят наконец ясности, когда общество в очередной раз поднимет этот вопрос и попросит обнародовать результаты экспертизы, вступит последний — пятый пункт.
Мистер Тейлор даст интервью паре небольших изданий, в котором заявит, что никаких результатов экспертиз в природе не существует, ибо этого уже давно и не требуется. Мол, мы обо всём давным-давно договорились с мистером Харлоном Эллисоном, поэтому и обсуждать здесь более нечего, ибо даже предмета обсуждения уже давно нет. — Посмотрел на открывших рты компаньонов и спросил: — Ну как? Нормально я придумал?
— Удивительно, — прошептал американский продюсер.
— Мошенник ты, Васин, и манипулятор, — несмотря на жёсткие слова, вполне дружелюбно произнёс мидовец. Чуть подумал, а затем, встрепенувшись, забеспокоился. — Только в твоём хитром плане не предусмотрен ответ на вопрос, что будет с нами? И я тебе скажу, Васин, что ничего хорошего нам за такие твои фокусы не будет! Нам с тобой так по шапки дадут, что головы поотлетают! Ты это понимаешь? У нас спросят: почему мы не рассказали об этих планах раньше, и почему не согласовали их с Минкульт? Будет не просто скандал, а гигантский скандал со всеми вытекающими последствиями! И если нам с тобой после этого влепят лишь по строгому выговору и по неполному служебному соответствию занимаемым должностям, то, считай, нам повезло — мы легко отделались!
 
— Ничего нам не влепят, и ничего нам не будет! — покачал я головой. — Я скажу о том, что специально вставил этот плагиат в сюжет и никому не сказал, боясь, что информация может утечь в мировую прессу. Таким образом, все шишки полетят на меня. Вы останетесь в стороне и уцелеете.
— А как же ты? — сочувственно посмотрел на меня американец.
— Не волнуйтесь, товарищи и господа, я найду, что мне на это сказать. Вы, главное, действуйте точно так, как я предложил. И в этом случае я обещаю Вам, что всё будет чикибамбони! Так что не расстраивайтесь и начинайте уже считать этот случайный эпизод с миниплагиатом не трагедией, а неким вариантом рекламной кампании. Договорились? Отлично, тогда пойдёмте к столу. Поднимем за нашу рекламу бокалы. Тем более, что и песня подходящая начинает звучать.
И действительно, ребята из «Импульса», сменившие на сцене «БАК», заиграли очередную композицию, которая естественно моментально повергла всех сидящих в зале в шок.
 https://www.youtube.com/watch?v=g-OQh_7fEWE — ЧИКИБАМБОНИ ПЕСНЯ
  
Глава 9. Ещё один шанс
 
Моё возвращение многочисленными гостями не осталось незамеченным.
— Горько! Горько!! — раздались возгласы из зала, как только ребята закончили весёлую песенку.
Мы с Мотькой дежурно поцеловались и, решив на этот раз не кланяться, сели на свои стулья.
Ребята заиграли очередную композицию, что я им подарил, а я, отобрав у супруги тарелку с салатом оливье, заменил снедь на зелёное яблоко, выпил, закусил и, позволив благоверной взять себя за руку, стал слушать композицию, которую «Импульс» выучили специально для нашей свадьбы.
 https://youtu.be/8SbUC-UaAxE?t=85 Guns N' Roses — November Rain
Когда я помогал ребятам выучить и записать композицию, которую они сейчас исполняли, я преследовал долгоиграющую цель. А именно записать новый двойной альбом, который решил назвать «Русские рок-баллады». Костяк материала для неё должны будут составить суперхиты групп «Guns N» Roses' и «Aerosmith», которые я, разумеется, собирался приватизировать.
Предполагалось, что этот альбом будет состоять из двух пластинок. Песни же на обеих пластинках будут петься одинаковые, и отличаться будут только языком исполнения — русский или английский.
Таким образом, я намеревался нивелировать возможный удар бюрократии, которой любые англицизмы стояли поперёк горла. А тут на тебе — и на русском есть, и на языке вероятного противника. А чтобы это нивелирование прошло ещё более успешно, я и легенду придумал. Мол, прослушивая обе пластинки подряд, советские школьники и студенты смогут изучать по ним английский язык.
Оправдание, конечно, было так себе, ведь очевидно, что тексты при переводе и последующей подгонке под рифму потеряют как минимум часть точного перевода, а как максимум, и это очень часто бывает, лишатся и первоначального смысла, который нередко после коррекции получается абсолютно другим.
Но, тем не менее, идея у меня была, и я ей собирался заняться, как только разберусь с текучкой и закончу этот свадебный марафон.
К нашему столику подошла чета Хмельковых. От души поздравили, пожелали всего хорошего, рассказали о том, что кофеварку и финскую соковыжималку передали в комнату подарков, поблагодарили, что их женской половине семейства я даровал шанс начать карьеру актрис, и, выразив надежду, что я их приглашу сниматься в свои новые фильмы, вернулись на танцевальный пол.