Холодный ветер, строптивая вода (СИ)

Мы направили его на противника. По дороге попробовали ледяное дыхание на войсках Рахмана, превратив их в ледяную глыбу. А потом, сделав кульбит в воздухе, полетели к дракону. Наш ледяной дракон двигался, как морской угорь, извиваясь так, будто плыл, а не летел. Когда я удивилась, во мне прозвучал ответ Генриха: «Это ты его таким задумала».
Я? Я думала, это он создает…
«Нет, мы вместе. Просто ты уступила мне лидерство. Но ты создаешь и участвуешь, а веду я».
«Это как танец», - вдруг поняла я. Он ведет, я следую, но при этом вольна делать свои па.
Но этот танец магии был страстным, мои щеки пылали, то и дело я изгибалась всем телом от прошивающей меня силы.
«Наверно, со стороны выглядит так, будто королева бьется в конвульсиях», - подумала я.
«Нет, это чертовски чувственно».
Он еще и мысли мои читает. А я его?
И тут я осознала, что целую саму себя в плечо, словно я со стороны… А нет, это Генрих пустил меня в себя или я туда сама переместилась…
«Эллен, вернись к дракону».
Сгорая от стыда, я попыталась вернуться к нашему творению.
Мы приближались к огненному дракону. Он повернул к нам пасть, обрушил пламя, я мигом растворила нашего дракона в воздухе, Генрих переместил пар, я сформировала его заново за спиной огненного монстра в ледяного ящера.
«Эллен…» - восхищенный шепот Генриха приободрил меня и помог сосредоточиться на битве.
Мы обрушили на огненного дракона ледяные тонкие стрелы, которые прошивали его насквозь, лава застывала комочками, он стал крошиться, но тут же взмыл в воздух, вспыхнув еще больше. Я даже чувствовала его жаркое дыхание… или то был жар от Генриха, который проникал в каждую клеточку моего тела и, казалось, ласкал меня повсюду…
Я почувствовала, как снова выгибаюсь со стоном в руках короля, бесстыдно прижимаясь к нему бедрами, но мое внимание уже было сосредоточено на драконе.
Мы набросились на огненного монстра с новой силой, дохнули на него ледяным ветром, от которого застыла и обрушилась его морда, но тут же выросла снова, обдав нас новой огненной атакой.
«Эллен, видишь его сердце?»
Я сосредоточила взгляд и заметила в груди дракона более яркую точку.
«Даааа!» - это прозвучало так, будто я не сердце дракона увидела, а королю отдалась.
Ледяной дракон тоже на мгновение застыл, видимо, король тоже не смог справиться с тем, что с нами творилось. Огненный ящер воспользовался нашей заминкой и набросился на ледяного дракона.
«Попробуй попасть в его сердце!» - услышала я, наконец, короля.
Я переформировалась, острые ледяные когти сверкнули в лучах заходящего солнца, которое вдруг пробилось из-за туч.
«О Эллен!»
Так, кажется, король теряет голову, как я недавно. Мы не выдержим долго такого бурного взаимодействия. Я бросилась на огненного дракона, обняла его ледяными крыльями, обдала снежным дыханием, он начал плавить меня, но мои когти уже вонзились в его грудь, и Генрих дал дракону силу вырвать огненный ком из груди чудовища. Раздался страшный визг, дракон осыпался камнями вниз.
«Заморозь его сердце!»
Оно уже растопило лапы ледяного дракона и выскользнуло вниз, мы переформировали наше животное в стрелу, она настигла пульсирующий летящий огненный ком, пронзила насквозь, раздался хлопок, и нас снесло взрывной волной.
Я открыла глаза, медленно возвращаясь в свое тело, убеждаясь, что снова только я контролирую свои мысли и действия. Рядом со мной пошевелился и застонал Генрих.
Успокоившись, что он жив, я кое-как поднялась с земли и огляделась.
Вокруг поднимались люди и кони. Отряхивались, растерянно оглядывались вокруг. Не только наши войска, но и войска Рахмана. Красный демонический свет в прорезях шлемов исчез, более того, многие снимали их с головы и растерянно рассматривали, словно видели впервые. Это были обычные люди, влияние Рахмана исчезло, они снова вспоминали, кто они, и удивленно оглядывались вокруг. Видимо, уничтожив сердце дракона, мы убили Рахмана, ведь он должен был вложить всего себя в управление огненным монстром. Как мы с Генрихом вложили себя в создание ледяного дракона.
 
Я повернулась к королю. Тот уже поднялся, обвел взглядом свою землю, которая не уступила завоевателям, улыбнулся и тихо сказал:
- Хорошо!
И да… это было хорошо. Зеленая Франкия будет продолжать цвести и развиваться под его руководством. И люди будут обожать своего необыкновенного короля. Ведь он этого достоин.
Я улыбнулась ему и сказала:
- Кажется, у тебя появилось несколько сот тысяч новых подданных.
В следующие две недели мы с Генрихом поливали выжженные земли бывшего халифата. Пепел впитывался в почву, и она становилась еще более плодородной. А пока там поднималась трава и пробивались деревца, часть переселенцев помогала отстраивать заново крепости и городки Франкии, разрушенные в войне.
Через пять дней подошли войска Великого Жреца, но мы практически сразу отослали их обратно с благодарностью. Вскоре уехали виссарийцы и измирцы. Я отпустила и альбионские войска, но многие, включая капитана Уилкора, присягнули на верность Генриху. И остались.
Великий Жрец тоже остался, загадочно заявив, что подождет нас в Гефесте.
Микеле Вислы судили и казнили за измену. Черные лилии были исключены из королевского совета. Впрочем, их сторонников Генрих оставил в совете, чтобы был противовес белым лилиям.
А тетушка Генриха, изрядно испугав маэстро Фермина, который поверил в ошибочный слух о ее смерти, и чуть не доведя его то сердечного приступа, переехала по просьбе короля в Эмеральд. Ей было грустно жить одной теперь, когда Алисия уехала с Максимилианом в Виссарию.
Через две недели состоялась свадьба капитана Уилкора и леди Алейны. Генрих устроил им сказочный праздник в Эмеральде. На празднике король практически не отходил от меня: наше время заканчивалось.
Мы сильно сблизились и подружились, король все чаще показывал эмоции на своем лице, хоть я уже и научилась читать его невыразительные черты, как книгу. Я восхищалась им теперь, зная, через сколько страха и боли ему пришлось пройти. Образ надменного, избалованного мальчика, который бесил меня в начале, полностью разрушился.
И я думаю, Генрих изменил свое мнение обо мне. Слишком часто теперь я ловила на себе его восхищенный взгляд, от которого пела душа. Мы оба помогли друг другу пройти через боль, страхи и недоверие. И стали дороги друг другу.
Но пора была прощаться.
  
ГЛАВА 48
 
Мы отправились в Гефест, где, как оказалось, находилось одно из черных зеркал. Великий Жрец ждал нас там, чтобы провести ритуал.
Противоречивые чувства я испытала, оказавшись перед столь вожделенным черным зеркалом, которое не раз мне снилось. Скоро я узнаю, что же происходило там, в другом мире, пока я была здесь. Нервная дрожь пробежала по телу. Настал момент истины.
- Ты напряжена, Эллен, - Генрих взял меня за руку. – Что с тобой?
Его тепло влияло на меня успокаивающе. Я доверчиво призналась:
- Немного страшно. Столько времени прошло… Но все будет хорошо, - тут же заверила я короля. – В том мире я чувствую себя лучше, чем в этом.
Но было ли так на самом деле? Раньше – да, но теперь я увидела прекрасным и этот мир.
Великий Жрец подошел ко мне с ритуальным ножом. Я решительно закатала рукав.
- Я тебя провожу, - вдруг сказал Генрих.
- То есть как это – проводишь? – удивилась я.
- Провожу до границы с другим миром. И вернусь. Хочу убедиться, что все будет в порядке.
Он был бледен и тоже, казалось, нервничал. Мы вопросительно посмотрели на Великого Жреца.
Тот кивнул.
- Я подержу коридор, пока вы там, ваше величество. Только не задерживайтесь надолго.
И вот, наконец, холодная поверхность зеркала стала жидкой, и я вошла в нее, чувствуя неприятное покалывание на коже. Вспомнила, как плохо бывает в переходе между мирами и поморщилась, но никакой тошноты и головокружения не почувствовала. Теперь я маг. А они легко проходят между мирами.