Холодный ветер, строптивая вода (СИ)

  
Холодный ветер, строптивая вода
   
Пролог
 
За десять минут до того, как меня похитили, я вышла из примерочной к Катюхе и покружилась, чтобы нежные, легкие ткани свадебного платья показали себя во всей красе.
- Как тебе? – замирая от волнения, спросила я.
- Ленка! Господи… красота-то какая! Ты просто как… как богиня! Афродита! Мишка, если не умрет от восторга, когда тебя в нем увидит, то потащит жениться еще быстрее!
- Куда уж быстрее-то, - засмеялась я. – Он же меня только в загсе увидит.
Катя обошла меня кругом, не спуская с меня восхищенных глаз. Продавщицы говорили подругу не приводить, а приходить с мамой или сестрой. Но мамы у меня нет, а вот Катя – почти что сестра. Мы с ней обе детдомовские, такое не забывается, пусть я в него попала только в пятнадцать из другого мира, а Катя сразу после рождения. Теперь же мы обе успешные, красивые девушки, теперь весь мир у наших ног.
Я создала школу изящных манер и этикета, которая быстро превратилась в академию, где женщинам преподают все, от психологии до походки.
А Катя открыла салон красоты, и мы часто посылаем к ней своих учениц, ведь иногда для изменений в жизни достаточно просто поменять прическу, как говорит Катя.
За три года мы стали теми, о ком мечтали. Бизнес-леди, которые твердо стоят на ногах, знают, какие цели ставить дальше и как их добиваться.
А полгода назад я познакомилась с Михаилом. Наш роман развивался стремительно, но очень нежно. Миша внезапно пошел на все, чтобы завоевать меня. Даже мое упорство сохранить невинность до свадьбы – единственное последствие воспитания, от которого я не хотела отказываться в современном мире, его не испугало. И он сделал мне предложение очень быстро.
Пока я рассматривала себя и Катю в зеркале, задумавшись о своем, Катюха подошла и по привычке положила подбородок мне на плечо.
- Лен, ты счастлива?
- Очень, - честно ответила я, глядя на нас в зеркало. Мы с ней разные: я блондинка, она брюнетка, у меня синие глаза, у нее карие, у меня белая фарфоровая кожа, а Катя всегда выглядит загорелой. Но было у нас и общее: мои три года в детдоме, наш карьерный взлет, наша гордость друг за друга.
А еще я гордилась собой: я сама выбрала мужа, выхожу замуж по любви, добровольно и весь процесс сборов мне интересен. Потому что решаю я.
- Ты будешь самой красивой невестой! – Катя улыбнулась мне в зеркало и обвила за талию руками. – Самой-самой!
Я с восторгом смотрела на нас в зеркало. Да! Счастье переполняло меня, как переполнен бывает бокал, если туда плеснуть слишком много шампанского. Радостное предвкушение будущего шипящими пузырьками бурлило в крови.
- Ну как? – портниха все это время стояла в стороне.
- Сидит идеально!
Я еще раз покружилась. Уже хотелось попасть на свою свадьбу, не терпелось назвать Мишу мужем, ощутить невероятное счастье вступления в новое состояние.
- Тогда мы его отпарим, и все будет готово через неделю.
- Отлично!
Я прошла в примерочную, больше похожую на комнату, а Катя осталась ждать снаружи. Я знала, что ей хочется полистать каталоги с платьями, потому что она мечтала о свадьбе уже давно, хотя хорошего парня пока не нашла.
Никуда не торопясь, я остановилась перед огромным зеркалом в пол и еще раз посмотрела на себя.
Невеста. Красивая, счастливая, полная надежд. Влюбленная. Любимая.
Я улыбалась, глаза светились от радости.
Нехотя, завела руки за спину, чтобы раскрыть молнию, но в этот момент мое отражение в зеркале пошло кругами, а потом его серебристая поверхность исчезла, открыв проход прямо передо мной. Оттуда в примерочную шагнули двое мужчин в черном, с суровыми лицами.
- Леди Эллен? – спросил один из них.
Ледяной ужас окатил меня с головы до ног.
Я вышла из ступора и бросилась бежать из примерочной, но они не дали мне даже сделать шаг. Мгновенно опутав тело магическими оковами, которые неприятно холодили кожу, они потащили меня к зеркалу.
Я только начала осознавать весь ужас происходящего: меня нашли! После стольких лет! Нашли!
 
Я брыкалась, мычала, но понимала, что никто не услышит шума: они поставили звуковую завесу.
Я боролась за свою свободу, как могла.
Но в этот раз я проиграла. Они втащили меня в зеркало, проход тут же закрылся, и я ощутила, как все тело покалывает мелкими иглами, а внутренности словно выворачивает наружу: переход между мирами был неприятной процедурой.
И так же, как и в первый раз, когда я бежала в обратном направлении, я потеряла сознание.
Очнулась я довольно быстро, меня еще тащили куда-то по коридорам, поднимали по лестницам и переходам. Во рту по-прежнему был кляп.
Когда меня грубо бросили к чьим-то ногам, белые юбки платья накрыли волной сапоги из дорогой кожи.
- Ну, здравствуй, дочка, - прозвучал надо мной знакомый насмешливый голос.
И вот тогда я поняла, что моей счастливой жизни пришел конец.
  
ГЛАВА 1
 
Меня зовут леди Эллен Олбрайт Вендер, я из очень древнего рода Альбиона, наш остров, по сути, маленькое королевство, которым управляет мой отец вместе с другими четырьмя семьями, находится севернее большого континента. Этот континент, в свою очередь, поделен между другими королевствами, герцогствами, республиками и прочими государствами. Наш мир зовется Альтеррой.
Мой род владел магией воды до определенного поколения, после чего мощь дара пошла на убыль по неизвестной причине. Власть политическую семья удержала, потому что иногда у девочек в роду дар открывался, пусть и не столь сильный. Моя старшая сестра Изольда стала первым магом за три поколения, у кого этот дар проявился очень сильно: она могла вызывать дожди, превращать воду в пар, замораживать ее. И за нее посватался король Франкии, Карл Третий. Союз оказался выгодным для обоих государств, поэтому было подписано соглашение о браке, и назначена дата бракосочетания.
Меня с детства пророчили в жены сыну второго по влиятельности семейства Дику ван Ховену. Ван Ховены славились магией ветров, Дик с детства неплохо управлялся с воздушной стихией, задирая девушкам юбки ветром. Мы были друзьями, хорошо ладили, проводили время вместе – больше у нас не было одногодок, остальные семьи обзавелись детьми либо намного раньше, либо гораздо позже. Благодаря Дику, я умела лазать по деревьям, дразнить собак и делать мелкие пакости. Справедливости ради стоит отметить, что меня наказывали чаще, чем его – таковы уж порядки, девочке следовало быть благонравной, а не пытаться залезть в пасть сторожевым псам. Дику прощалось все, да и родители его были куда более любящими, чем мои. Чем Дик и пользовался.
Незадолго до его пятнадцатилетия, когда мы ели ворованные на кухне его семейства пирожки, сидя на стене, разделявшей наши дома и сады, Дик рассказал мне, что отец привел ему девушку на ночь.
- Зачем? – спросила я. – Ты боишься спать один?
Он фыркнул.
- Ты что, Эллен, не знаешь, как дети появляются?
Я задумалась. Меня этот вопрос как-то мало интересовал. Я полагала, что в какой-то момент живот у женщины начинал раздуваться, потому что в нем появлялся ребенок.
Дик поржал над моими умозаключениями и рассказал такое, отчего я выбросила пирожок в сад из-за подступившей к горлу тошноты. А потом в красках описал, как провел ночь с опытной проституткой, которая его и посвятила во все эти тонкости.
- Не понимаю, чего ты так реагируешь. Это же лучше для нас, - сказал он, небрежно пожав плечами.
- В каком смысле? – спросила я.
- В том, что мы однажды займемся тем же самым, - он подмигнул мне.
И тут я поняла, что он смотрит на меня теперь, как на возможную следующую девушку, стыд и гнев опалили мне щеки, я вскочила, зло одернув юбки.
- Дурак ты! – прошипела я и спрыгнула в свой сад.