Я был аргонавтом (СИ)
— Стрелки, приготовиться к бою! — громко скомандовал Ясон. Повернувшись в полоборота, чтобы видеть и нас, и берег, четко уточнил диспозицию: — Бореады, на взлет! Геракл, Диоскуры и Аталанта — с борта. Стрелять по моей команде. В первую очередь выбивайте лучников.
Те двое близнецов, что мне не нравились, вскочили со скамьи, сбросили с себя неуклюжие плащи, прикрывавшие ... И не горбы, оказывается, скрывала грубая ткань, а крылья!
Бореады синхронно шагнули к мачте, одновременно взяв колчаны со стрелами и луки и повернулись к Ясону.
— Зет и Калаид, — строго сказал капитан, обращаясь к крылатым братьям. — Не увлекаться и далеко не залетать.
Крылатые невозмутимо кивнули, перекинули ремешки колчанов на шеи и, расправив крылья, без разбега, рванули в небо. Палубная авиация, блин. Нет, покруче будет. Ни один палубный самолет не взлетит с места, ему разбег нужен или катапульт.
— Ни хрена себе, — только и смог сказать я, наблюдая, как крылатые парни зависли над кораблем и наложили стрелы на тетиву.
— Стрелки, пли! — скомандовал Ясон.
И что тут началось. Сверху по толпе били Бореады, а с корабля по варварам засаживали стрелы лучшие лучники Эллады. И хотя Поллукс, вроде бы, уступал Кастору как воин, но сейчас все его стрелы ложились в цель. Да и мой дядюшка, вместе с прекрасной девой, не допускали промахов.
— Бить по лучникам! — продолжал командовать капитан Ясон.
В рыбацком селении искусных лучников не должно быть много. Вот, если бы мы высаживались где-нибудь на севере, где народ привык бить морского зверя, ходить на охоту, тогда да, трудновато.
Варвары дрогнули, их ряды, и без того довольно нестройные, окончательно смешались, а кое-кто уже пустился наутек. Верно, пора начинать высадку. Ну, чего там Ясон медлит? Пора отдать приказ о боевом десантировании. Я уже сам начал ерзать на скамье, намереваясь показать этим нечестивцам, почем фунт миндаля в рыночный день. Но воины-путешественники прекрасно обошлись и без меня.
Высадка «десанта» шла четко. Видимо, все отработано. Аргонавты, как я втайне опасался, не ломанулись всей толпой к борту (этак бы они и «Арго» перевернули), а спокойно разбирали оружие, обряжались в доспехи, надевали на головы шлемы, а потом выстраивались, насколько позволяли борта корабля, в три линии. При этом, часть гребцов оставалась на своих местах, ожидая команды и уравновешивая судно. Мой напарник, деловито отстранив меня с дороги, взял копье из стойки и прошел в третью линию. Как я успел заметить, щиты никто из воинов брать не стал. Да и зачем они, если вражеские лучники уже выведены из строя, а таскать на себе лишнюю тяжесть нет смысла.
Я растерянно посмотрел по сторонам — дескать, а мне-то что делать? но поймал на себе молчаливый и властный взгляд Ясона — дескать, коли безоружный, так и сиди на месте, не дергайся. Ладно, не буду.
— Первая дюжина пошла! — скомандовал Ясон.
Судно слегка накренилось, но скоро раздался всплеск воды, негромкие ругательства первой партии и «Арго» выровнялся.
— Вторая пошла!
И опять легкое покачивание, всплеск.
— Третья дюжина пошла!
Когда десантировалась (уже без кавычек), третья команда, наш капитан приказал:
— Кормщик, Аталанта и Саймон охраняют «Арго». Остальные — за мной.
Кормщик ничего не сказал, я лишь кивнул, зато девушка выразила свое неудовольствие.
— Вот, как всегда. Если из лука бить, так Аталанта, а как в атаку идти, трофеи брать, так не женское дело, — пробурчала девушка, но подчинилась приказу.
В первой «волне» десанта были самые могучие из нашей дружины — Геракл с Тесеем и Диоскуры. Эта четверка еще в воде набрали такую скорость, что остальные герои едва успевали за ними. Выбравшись на берег и, сблизившись с врагом, вся дюжина одновременно метнула в туземцев копья, а потом, обнажая клинки, атаковали тех из туземцев, кто не упал мертвым или раненым, или не успел убежать.
Геракл вломился в поредевшую толпу, словно медведь в малинник, раздавая удары мечом направо и налево. Он не заботился, чтобы кого-нибудь разрубить и мечом махал, будто дубиной, но и этого вполне хватило, чтобы перебить половину туземцев —попасть под удар полубога никому не пожелаю.
Пожалуй, одного полубога было вполне достаточно, чтобы разгромить толпу дикарей, в шкурах и с каменным оружием, но следом за ним ворвались и остальные. Словом, пока вторая дюжина добралась до места сражения, с противником было покончено.
— Саймон, ты смотри, да не засматривайся, по сторонам следи, — заявила Аталанта.
В отличие от меня, ротозея, девушка не теряла бдительности — прохаживалась по «Арго», посматривая по сторонам. И чего она в море не видела? Волны или дельфинов?
Дзиньк! Это прозвенела тетива воительницы, а с правого борта раздался предсмертный крик. Это еще что такое? Мы же уже победили, а нас атакуют?!
Судя по всему, варвары не были такими уж дикарями. Пока мы махали белым флагом, со стороны деревни в море отправилась лодка с вооруженными людьми. Что ж, вполне разумно ударить по противнику с тыла, а по возможности и захватить корабль. Но рассусоливать некогда, воевать нужно!
Не знаю, откуда во мне что и взялось, но я ухватил копье, оставленное кем-то из аргонавтов и ринулся навстречу здоровенного дядьки, совсем голого, но зато размахивающего огромной дубиной.
Дядька с легкой усмешкой наблюдал, как я подбегаю. Видимо, опознал, что перед ним неумеха. Как мне показалось, время остановилось, а я напротив, слегка ускорил движения, да еще и сумел «считать» мысли своего противника. Он подождет, пока я не нанесу удар, отобьет оружие, а потом размозжит мою голову, ее даже шлем не спасет. Но голова у меня одна, нечего ее под дубины подставлять. Ладно, попробуем по-другому. Перехватив копье, словно боевой шест (спасибо другу, когда-то обучившему меня этому хвату), ударил здоровяка тупым концом не в грудь, как тот ожидал, а в колено, а когда он дернулся от боли, уронив вдоль корпуса руку с дубиной, перевернул копье и уже ткнул острием точно в грудь.
Что-то противно чавкнуло, здоровяк открыл рот, закричал, изо рта выступила кровь, но я, словно во сне, вытащил копье и ударил его еще раз, а потом отопнул раненого, роняя его на палубу. И страшно, и противно, и желудок подступает к горлу, рвется наружу, но все потом. Потом...
Так, что там еще у нас?
Тифий, держась одной рукой за кормило, отмахивался секирой от нападавшего на него дикаря, а Аталанта, сменив свой лук на клинок, дралась сразу с двумя туземцами. Не задумываясь о кодексах чести и правилах боя, я ударил одного из врагов девушки в спину, подождал, пока тот упадет и, наступив на труп, вытащил копье и устремился на помощь кормщику.
— Эй, дятел! — окликнул я варвара, зачем-то обидев неплохую птицу. Тот отвлекся на миг, и этого мига хватило, чтобы Тифий разрубил голову туземца.
Медуза Горгона и все отпрыски Ехидны в придачу! Голова парня треснула, как страусиное яйцо, а во все сторону брызнули кровь, мозги, и теперь я уже не выдержал... Правда, сумел-таки опростать желудок не на палубе, а добежал до борта. Герой Эллады, елы-палы... Позор.
— Что это с тобой? — услышал я слегка насмешливый голос Аталанты. —Ты блюешь, словно первый раз в жизни убил своего врага.
Ишь, как она выражается. Воспитанная барышня сказала бы — мол, тошнит, а эта режет правду-матку в глаза. Сказать девушке правду? Нет, лучше не буду. Получится, что друг Геракла, участник великих походов ни разу в жизни никого не убивал? И пусть Аталанта думает, что хочет.
Вместе с девушкой (кормщик стоял у весла) мы освободили палубу от мертвецов. Однако... Их тут было шесть человек. Когда я посмотрел на разрубленную голову, меня опять начало выворачивать. Не знаю, каким чудом удержался.
А вот оружие варваров оставили себе. Это и трофей, и подтверждение того, что мы и вправду сражались. Заодно я присмотрел себе топор. Не слишком тяжелый, удобно лежит в руке. Правда, лезвие сделано из кремня, но очень искусно. Правильно говорил мой коллега-археолог — в эпоху неолита каменные изделия доведены до совершенства. Впрочем, такой красоты я не встречал ни в одном музее, а их излазил немало, что в нашей стране, что за рубежом.