Иди сюда, Заноза! (СИ)

Кивок – и я с неохотой отпускаю ее. Она отскакивает от меня на противоположный конец кухни.
День пролетает незаметно, Кристина все это время суетится, что-то делает в телефоне, я же смотрю какой-то сериал и на удивление чувствую себя вполне себе комфортно.
Хотя до этого девушки в моей квартире дольше чем на ночь не задерживались.
А эта заноза как влитая прям. И меня это даже не парит.
Краем глаза замечаю, как она чешет в сторону коридора.
– Далеко собралась?
Застаю ее врасплох, судя по расширившимся глазам.
– Домой. Ужин – на плите, лекарства – на тумбочке возле кровати. На сегодня мои полномочия закончены, – отчитывается девчонка.
– Иди сюда, пожалуйста, мне нужна твоя помощь, – пытаюсь, чтобы голос прозвучал убедительнее и жалобнее.
  
Костя
 
Кристина, не ожидая подвоха, подходит и вопросительно выгибает бровь. Не даю ей сообразить, хватаю за руку и опрокидываю на диван.
– Эй! – пищит девчонка, упирая кулаки мне в грудь. – Что творишь?
– Составь компанию за просмотром фильма? – притягиваю ее к себе. – Мне скучно.
– А я клоун? – возмущенно выдыхает и толкает в многострадальный бок.
Охаю, аж в глазах темнеет от боли. Кристя застывает и поворачивает голову ко мне. Глаза испуганные, губку закусывает.
– Прости, – шепчет.
А я снова это делаю. Целую сочные губы. Дыхание Кристи учащается, а руки впиваются в мои предплечья.
Да, то что надо!
Прерывает звук сообщения на ее телефон. Она отстраняется. Щеки полыхают, глазки прячет, на меня не смотрит. И я понимаю, что мне все это даже нравится.
Достает телефон, открывает сообщение и хмурится.
– Что там?
Но в ответ только тишина.
Выхватываю телефон. Сообщение с незнакомого номера.
«Я тебя все равно найду, коза. Будешь моей».
– Стасик этот? – в крови закипает бешенство.
Она кивает и поднимает на меня испуганный взгляд.
С неохотой сажусь на диван и нажимаю вызов. Два гудка – и довольный голос:
– Ну что, Кристюш, передумала?
– Слушай сюда, Стас, – говорю жестко, краем глаза наблюдая за Кристиной: она вздрагивает и обхватывает колени. – Еще раз ты позвонишь, напишешь, подойдешь ближе чем на десять километров к Кристине – упеку тебя по статье сто пятьдесят два «Преследование личности против ее воли».
– А ты кто такой? – рычит придурок, чем еще больше выбешивает.
– Гражданский муж! – рявкаю так, что у самого в ушах звенит. – И юрист по совместительству. И уж не сомневайся, я найду как тебя привлечь.
Глаза занозы расширяются.
– Трубку ей дай, –молодец, не сдается.
– Повторить? Кристина с тобой не хочет иметь ничего общего. Еще раз приблизишься – на улицу будешь смотреть через решетку. Я надеюсь, ты меня услышал.
Сбрасываю и протягиваю телефон офигевшей Кристине. Девчонка берет телефон дрожащими руками и поднимает на меня глаза.
– Гражданский муж? – удивленно выдает заноза.
А я только скалюсь в ответ:
– Ну а что? Вполне грозно звучит для преследователя.
– А реально такая статья есть?
– А хрен его знает, – дергаю плечом и фыркаю.
– В смысле? Ты же юрист...
Запрокидываю голову и хохочу. Такая она в этот момент наивная.
– И что? Ты думаешь, я уголовный кодекс наизусть, что ли, знаю?
Кристина открывает рот, но ничего не говорит. Складывает руки на груди, надувает губы, но вижу, что пытается не засмеяться. Я притягиваю ее к себе.
– Ну то, что я найду, за что его притянуть, я не соврал.
– Мне домой надо, – откидывает голову мне на плечо.
– А может, не надо? – наклоняюсь к уху и замечаю, как по ее шее ползут мурашки.
– Завтра к Аленке надо.
– От меня поедешь, – не хочется ее отпускать.
– В грязных шмотках?
– Я дам тебе свои, постираешь. Успеет высохнуть. Мне очень нужен уход, – последнюю фразу шепчу, уткнувшись в изгиб тонкой шеи.
Кристина передергивается и фыркает.
– Ладно, рыцарь. Но только сегодня, – строго говорит.
А я киваю. Завтра придумаю еще что-нибудь, чтобы она осталась.
  
Кристина
  
Утром с неохотой ухожу от Кости.
Черт, надо с этим что-то делать. До добра не доведет то, что я начинаю привыкать к нему. Я точно ему не нужна, и сейчас он просто развлекается, а я уже растеклась.
Да и со Стасом поговорил. Приятно, черт возьми. Но скоро мне домой возвращаться, и вот к чему сейчас все вот это?
Только хуже будет.
– Систер, привет, – раздается в трубке слабый голос Аленки. – Ты занята?
Да уж, тряхнуло ее токсикозом. Я, конечно, помогаю, чем могу, но постоянно не могу находиться сней. Да и сейчас Костя еще нарисовался...Хоть клонируйся.
– Нет. Надо выдвигаться к тебе? Макс опять куда-то сруливает?
Угукает.
– Понял, принял. Скоро буду. Целую.
Провожу день с сестрой.
– Слушай, – листаю каналы, пока Аленка бегает на свидание к фаянсовому другу, – ну ты врача спрашивала? Ну двадцать первый век, должно ж быть что-то от этой фигни.
– Это токсикоз, от него не спастись.
Сестра бледная и слабая. Но мы пытаемся постоянно накормить ее через не хочу. Макс вокруг нее круги нарезает, да и меня на подмогу зовет частенько.
– Расскажи, что ты делаешь-то?
– Ну-у-у-у-у-у, – рассказывать про ситуацию с Костей я не хочу, чтобы не волновать, – а что я могу делать? Ты со мной не гуляешь. Я так, по магазинам таскаюсь да с бабулей сериалы смотрю.
– Ох, – Аленка расширяет глаза и прикрывает ладошкой рот, – не завидую я тебе.
– Знаешь, – разглядываю маникюр, – я лучше с бабулей сериальчики посмотрю, чем буду изучать внутренности унитаза.
Аленка швыряет в меня подушкой, и мы хохочем.
– Вот ты коза, – ржет сестра и снова хватается за желудок. – Ой!
Убегает, и как раз возвращается Макс. Я сдаю сестру в надежные руки и сматываюсь. А то знаю я, начнутся сейчас танцы павлина.
Макс с Аленкой дружили больше десяти лет, а потом случайно переспали, и вот – беременность случилась.
И сейчас они пытаются перестроиться из друзей в пару. Оба твердолобые, я уже давно просекла, что они по уши друг в друга, но что-то бегали и разыгрывали «ничего, кроме дружбы».
Я рада, что Макс проявил инициативу, потому что они идеальная пара. Таких очень мало.
Давлю в себе укол зависти. Сестра заслуживает счастья. простого такого, бабского. Чтобы мужчина носил на руках.
Ну ладно, не носил, хотя бы уважал, ценил и любил.
А мне достается такое, как Стас...
Телефон подает признаки жизни.
– Слушаю, – прохожу мимо магазина с мягкими игрушками и останавливаюсь, всматриваясь в витрину.
– Заноза, а ты где? – тихий голос Кости продирает каждую клеточку.
– У меня дела. Что тебе?
– Ты сегодня приедешь?
Этот вопрос почему-то вызывает волнение.
Взгляд цепляется за одну игрушку, и я хмыкаю. Захожу внутрь, здороваюсь с продавщицей кивком.
– А надо?
– Ну если бы было не надо, я бы не звонил.
Закатываю глаза, снова напоминая, что я для него всего лишь сиделка. Не больше.
– Я заеду, – бросаю в трубку и отключаюсь.
Тем более такой повод.
– Здравствуйте, мне вот эту прелесть, – тыкаю в понравившуюся игрушку.
Мне упаковывают ее в пакет, и я, довольная, выхожу на улицу.
Доезжаю до Костиного дома, и только моя нога касается тротуара, как небо прорывает, окатывая меня проливным дождем.
– Вот же блин! – пищу я от прохлады и рву с места.
Но пока добегаю до подъезда, на мне нитки сухой не остается. Если только на трусах, и то я не уверена в этом.
Ключи все еще у меня, а Костя пока и не требует возврата, поэтому без заминки попадаю в подъезд.
Вода льется с меня в три ручья, и вообще, я похожа на мокрую мышь.
 
Костя стоит в коридоре и окидывает меня взглядом. Вручаю ему подарок и скрываюсь в ванной.
Стягиваю с себя прилипшую одежду и пытаюсь не трястись от холода.