Пионер – ты в ответе за всё!

Для пущей убедительности я наступил почти полностью деморализованному пацану на голень, заставляя корчиться от боли, и украдкой показал кулак Ивану, чтобы тот скорчил морду попроще. А то устроился, как в кинотеатре, разве что попкорна не хватает. И колы. Кстати, пепси в Союзе вовсю торгуют, а вот воздушную кукурузу едят только в виде палочек. Вкусно и удобно, но жаль, что нет вариантов с солью и маслом, мне они больше нравились, ну да ладно. Их отсутствие я как-нибудь переживу.
– Всосал?! – я обхватил пальцами череп Кулера, сжав с такой силой, что он застонал. – Звони главному, пусть стрелу забивает, перетрем за дела наши грешные.
– Ч-чего делает? – забыв о боли, вылупился на меня школьник. – Стрелу? Ты что, индеец?
– Эфиоп, блин! – я снова шлепнул по лбу Кулера ладонью, досадуя на то, что опять сбился на сленг другого мира. – Говорю, встречу пусть назначает. Дела порешать. Резче давай, ушлепок! Или для ускорения все-таки руку сломать одну?!
– Да сейчас, сейчас! – крутой и солидный буквально пять минут назад Кулер оказался полностью деморализованным стремительной расправой и послушно полез в карман за телефоном. – Звоню уже!
Через пару минут мы с Иваном уже покинули территорию школы. Оставаться дольше смысла не имело, и так чудо, что все прошло без накладок. Пусть летом детей тут почти не было, но это не означало, что территория пустовала. Выпускники сдавали последние экзамены, учителя готовились к плановому ремонту помещений, школьники сдавали учебники. А через пару дней тут вообще будут толпы народу, когда начнут отрабатывать практику, и мы очень вовремя все провернули, но дразнить гусей лишний раз все равно не стоило.
– Ну чего? – стоило пройти пару кварталов, как возле нас притормозила неприметная «шаха», в которую мы и нырнули. – Получилось?
– Так точно, товарищ подполковник, – я шутливо отсалютовал Сикорскому. – Все прошло как по нотам. Некий Золотой забил нам стрелку на пять часов на пустыре за Инюшенским бором.
– Ближе места найти не могли? – скривился Игорь Игоревич. – А вот это «забил стрелку» откуда? Раньше не слышал.
– Ленинградское выражение системщиков, – я припомнил все, что знал о сленге. – Это…
– Я понял, – оборвал меня госбезопасник, демонстрируя свою эрудицию. – Стрелка Васильевского острова, место встречи молодежных субкультур. Странно, что ты его знаешь. Я вот ни разу не слышал до этого.
– Так вы в сети мало времени проводите, – я пожал плечами, развивая придуманную легенду. – А я последнее время оттуда не вылезаю. А в среде программистов очень много представителей разных течений и направлений. Вот и нахватался.
– Это может быть неплохо, работает на образ, – задумался на секунду, но в итоге кивнул подполковник. – Твои бойцы готовы? Это уже не школьники, это уже серьезные люди. Преступники, бандиты. Мы вас прикроем, но кому как не тебе знать, случиться может все что угодно.
– Мы готовы, – за меня ответил Шило. – Мы тоже не пальцем деланные, да и понимаем, когда надо драться, а когда валить. Виктор Михайлович нас хорошо натаскал.
– Хорошо, тогда едем готовиться, и к назначенному времени выдвинетесь на точку, – вздохнул Сикорский, использовать школьников претило его профессиональному самолюбию, но при этом он признавал, что в любом другом случае встреча просто не состоялась бы.
– Машину дадите? – я решил ковать железо, пока горячо. – Не пешком же нам туда идти. Что-нибудь неприметное типа такой вот или даже попроще. Права у меня есть, если что.
– Дам, – еще раз тяжело вздохнул Игорь Игоревич. – Но если попадешь в аварию, я лично твои права сожгу, понял? И ты больше никогда их не получишь.
– Предельно четко! – я не сомневался, что подполковник на это способен, хотя, на мой взгляд, это было перебором. – Не беспокойтесь, Игорь Игоревич, каждый из нас прекрасно понимает уровень риска и не собирается валять дурака. Ребята готовы, а на крайний случай вы нас подстрахуете. Тем более время подготовиться пока есть.
Без десяти пять к указанному месту подрулил побитый жизнью «Москвич-2142». Потертая краска, следы нескольких мелких аварий, подвязанный бампер, и при этом руль, оплетенный цветными проводами, надпись «Не догонишь» на заднем стекле и прикольный, качающий головой болванчик на торпеде. Короче, настоящая пацанская тачка, даже не знаю, где Сикорский ее достал. Но справедливости ради, возможностей у конторы глубокого бурения хватало.
 
Мы тоже были упакованы, как надо. Спортивные костюмы, не фирма, в основном китайские, но заграничные, яркие и показывающие наш статус как крутых пацанов. Под ними была поддеты бронежилеты скрытого ношения и пластиковые анатомические накладки, защищающие конечности и важные части тела. Да, ракушки тоже имелись. На использовании защиты настоял Сикорский, категорически заявив, что иначе никакой операции не будет, хотя никто особо и не отказывался. Дураков среди нас не было.
На дело со мной пошли все пятеро парней, хотя поместиться в «Москвич» всем сразу было непросто. Данил оккупировал переднее сиденье, рядом со мной, а остальным пришлось тесниться сзади, но никто не жаловался. Да к тому же что Вадим, что Ванька места занимали немного, так что влезли все. А что тесно, так злее будут, драки нам точно было не миновать, но на то и был расчет.
– Это нас уже ждут? – Данил мотнул головой в сторону припаркованной неподалеку двадцать четвертой «Волги». – Солидно, прям даже чувство собственной важности греет.
– Да брось, – отмахнулся Шило, вылезший вперед, посмотреть. – Тачка старая, не моложе нашего «Москвича». Разве что ухоженная с виду. Да и то кузов убит, гнилой насквозь.
– Как ты отсюда это разглядел? – поддел его Эмин. – Или у тебя глаз как у орла? А нюх как у собаки?
– Да я, если хочешь знать, любую тачку с первого взгляда опознаю! – возмутился Иван. – И могу про нее все рассказать!
– Ша базару! – я заткнул спорщиков. – Понимаю, нервничаете. Но завязывайте. И пошли. Нехорошо заставлять хозяев ждать.
– Всем внимание! – в ухе активировался ми-кронаушник. – В машине четверо. Два Разрядника, остальные Юниоры. Вокруг, в засаде еще порядка двенадцати человек. Пятеро Юниоров, остальные штатские. Имеется два самопала, направление вооруженных противников три и девять часов.
– Вадим, Иван, слышали? – я шагнул из машины, одновременно отдавая команды. – Это ваши клиенты. Но сразу к ним не бегите, а то на нервяке шмальнут еще. Но если вдруг начнут целиться, сразу работайте по-жесткому.
– Поняли, – парни мгновенно стали максимально серьезными. – Сделаем.
– Не рискуйте, – в наушнике появился сам Сикорский. – Снайперы уже выдвинулись на позиции, мы сами их уберем.
– Ну уж ни хрена! – я даже остановился. – Не вмешивайтесь! Все ведь пойдет коту под хвост! Самопал штука неповоротливая и неудобная для стрельбы. Пацаны не дураки, подставляться не будут, зато появится повод надавить на Золотого.
– Хорошо… – подполковник ответил только секунд через десять. – Но отзывать людей я не буду. Если увижу реальную опасность для вас – будем действовать на свое усмотрение.
Я хмыкнул. Честно говоря, я не ожидал, что у противников будет огнестрел. Да, в Советском Союзе граждане могли себе позволить купить пистолет для самообороны, но подавляющее большинство этого не делало. Даже среди шпаны было неписаное правило, и за волыну могли серьезно спросить. Так что со стволами ходили только беспредельщики, типа Каленого, земля ему стекловатой. Так что моим первым желанием было свернуть операцию. Рисковать парнями я не хотел, да и сам был не против еще пожить на этом свете, но отступить сейчас означало потерять отличный шанс раскрутить Золотого на информацию, а другого шанса у нас может и не быть. Если информация дойдет до недоброжелателей Сикорского, нам просто перекроют кислород, и тогда все, приехали.
Еще поводом продолжить операцию стало мое доверие способностям парней. Мы в шутку на тренировке как-то отрабатывали способ выхватить оружие у противника, и Выгорский, сначала обгадив как следует наши потуги, все же показал, как нужно это делать. А самое главное, объяснил, что наши занятия паркуром и техниками движения гораздо важнее любых приемов против огнестрела. Нет, качать маятник мы не умели. Пока не умели, ведь для этого нужен был хотя бы первый Разряд, но против самопалов могло сойти и это. И я решил рискнуть.