Кандидат. Том первый (СИ)

Вымыть руки. Зарядить молотый кофе, от аромата которого проснулся бы и мертвец. Трубка, табак с вишневыми нотками — подсыпать, зажечь. Автомат, заваривающий кофе. Банку «Трокадеро» — открыть, поставить на стол у голопанели. Пожалуй, можно и поработать, отметил Эрнест.
Несколько коротких побудительных слов в адрес конторы, делающей лэндинг его «фирме». Несколько сухих ответов магистрату, требующему отчётов о предполагаемой деятельности. Поиск по внутренней сети «Agni Corp». Странно, но его до сих пор не отключили — и даже не обрезали права доступа. Позаботилась Организация? Возможно.
Дело 24-215. Одно из многих, связанных с рейдом в Мыловарни. Под группу этих дел бюрократия «АК» даже выделила отдельный шифр — настолько много было рапортов внутренних (о применении силы, потерях, расходе боеприпасов и многом другом) и внешних (задержания и аресты, атаки на безопасников, торговля оружием и многое другое). Не без грусти Эрнест увидел в числе смежных дело 24-555. Картель «Мыловарни». Статус - «закрыто».
Детище старших офицеров «АК», приносящее космические барыши — и едва не убившее А.Н. и всех, кого он когда-то любил. Как Ганс-Ове, спустивший на коллегу и наемников и бандитов, не добрался до Агнетт — Эрнест не понимал. Впрочем, как не понимал, почему покойного немца не назвали публике руководителем картеля. Всех собак за прикрытие нарколабораторий тогда повесили на десяток мёртвых и почти мёртвых офицеров, а руководством «назначили» кого-то из мёртвых донов. Видимо, последняя дань уважения грязной пешке.
Длинный список установленных участников. Каждый — мёртв. И кандидат даже знал, кто их убил. Щедрый аванс Организации за членство — как и обещал Баттл. Эрнест поморщился. Вздохнул и переключился на 24-215. Задержано — пятнадцать человек. Ещё три десятка числятся убитыми. В основном — ударным биоботом, вызванным А.Н. в наиболее жаркий момент. Доклады «Сыновей Аякса». Его собственный доклад. Выдержки из регистраторов. Перед глазами встала картина, как он пробирался через разваленную баррикаду, и вовсю добивал пешек из полирежимки. Эрнест тряхнул головой.
Итак, список освобождённых. Абрахам Вловски, третий освобождённый из группы в шесть человек. Наказание отбывал на руднике по соглашению между «Agni Corp» и «Ödemark kemiska gruvor». Освобождён «за ударный труд и высокую личную дисциплину». Кандидат заглянул в профайлы других освобождённых — формулировка один в один.
И никаких данных по тому, как отбывали наказание. Никаких отметок о роптании или экзальтированной работе. Никаких отметок врачей об усиливающих инъекциях или просто прививках. Никаких данных по ударно добытым рудам. Вловски словно спокойно получил отбойный молоток (или чем там сейчас добывают породу), спустился в забой и вышел оттуда ровно перед прошением об условно-досрочном. Бред.
Эрнест отхлебнул «Троки». Причмокнул, добавив дыма в лёгкие. Пожалуй, нужно поговорить с кем-нибудь из знакомых в альма-матер безопасности. Детективы его недолюбливают почти поголовно. До ненависти далеко, но и до любви - тоже. Всех, кто не принадлежал к «поголовно», убил либо он, либо Организация. Мда, неловко вышло. Впрочем, они получили по заслугам. Так, кто остаётся? Ленни, Александер, Марв. Начнём по списку.
Согласно внутреннему расписанию Ленни вечером выходит на «сутки» — длительное дежурство командиром отделения. Всё также — пеший патруль в «жёлтых» районах. Значит, он с самого утра на ногах. Нервничает, пьёт кофе больше обычного, но на базе пока не появляется. Ответит Эрнесту? Возможно. Далеко не факт, что продуктивно — «сержант» Эльм Свериге наверняка пропесочил весь мозг «изменником» и «чёрной овцой» А.Н. Но попробовать стоит.
Гудки вызова. Сонный голос:
— А?
— Ленни?
— Ну да, — безопасник вздыхает. — Я так думаю, ты не нажраться в Бесильне звонишь, а?
— Успеем нажраться, — проворчал Эрнест. Встал, начал мерить шагами комнату. — Я тебе что звоню. Помнишь засаду в Мыловарнях?
— Это которые в тринадцатом участке? Плазма, разлетевшаяся голова Соги, любитель эмны и пленные девушки?
 
— Не, которые до этого французов прижали.
— А, ну да, как забыть пидоров, которые где-то звуковую винтовку заимели и с автоматов поливали СБ, — голос Ленни повеселел.
— Ты ничего не слышал об освобождении выживших?
— Освобождении? А там вообще было кого арестовывать, после биобота-то? Гагага, — хохотнул бывший подчинённый. — Шеф, ты же сам знаешь, что за нападение положена дисциплинарка первой степени, а с неё, считай, и не возвращаются.
— Теперь возвращаются, — буркнул А.Н. — Третий освобождённый попытался пырнуть меня в подворотне.
Ленни замолчал. Наконец, медленно произнёс напряжённым и трезвым голосом:
— Просто так, или?..
— Или. Он знал, за кем именно следит.
— А сам не сказал, почему выпустили? — проворчал безопасник.
— Не успел.
— «Быка» надо было ему...
— Не помог твой «бык».
Ленни вздохнул. И непривычно неспешно начал:
— Эрнест, скажу честно, как на духу — сейчас на базе очень нервно. Ты в курсе, что произошло за последние два месяца?
— Слышал, что с подачи «хозяев» муниципалитет урезал контракты. Поговаривают, что из-за коррупции, — расплывчато ответил А.Н., промолчав о своей роли в произошедшем.
— Не просто урезали, — проворчал бывший подчинённый. — Магистрат по приказу «хозяев» лишил нас двух третей «зелёных», наиболее жирных районов. Остались только куски в сабурбиях и три квартала Нового города. Это из того, что приносит прибыль. Сержант сказал, мол, отклоняют заявки даже на Ямы и мосты.
— А Бесильня? Вроде оттуда нареканий никогда не поступало, пока я там служил.
— Приём, мистер Проницательность, помехи на линии, ты куда-то пропал со всеми своими суперсилами! Говорю же, по приказу «хозяев»! Им вообще плевать, были нарекания или не было. Твой участок закрыли к чёрту, вроде даже здание кому-то в аренду сдали. И так - везде. Идёт сокращение штатов, спецам либо урезают зарплату, либо переводят на вольные вахты. Александер хлопнул дверью, Марв торчит где-то в сабурбии...
— Стоп. Александер — и хлопнул дверью? — флегматичный новобранец наиболее пиететно относился к службе из всего отделения.
— Да. Он на аттестационной комиссии получил рекомендацию к офицерской школе, почти закончил её — и тут сокращение штатов. Ему предложили перевестись в штурмовой взвод рядовым — уж их-то не сократишь, когда прибавилось работы в «красных» районах...
— И он сказал, что ну это всё нахер? — усмехнулся Эрнест. Именно так лично А.Н. бы и сказал. Но Александер вроде был куда сдержаннее.
— Нет. Более эмоционально и с примесью профессионального жаргона. Эльм пытался его уговорить, но как я понял из намёков малого — ему уже предложили хлебную должность. В «Валькнуте», кажется.
— Мдаааа...
— Но это ещё не самое весёлое, — заговорщическим тоном продолжил Ленни. — Угадай, при каком сочетании «имя-фамилия» папашу Кюсте стало корежить последнее время?
— Эрнест А точка Эн, — мрачно и очень уверенно обронил кандидат.
— Ага, — весело подтвердил Ленни. — Не знаю, чем ты ему насолил, брат, но с приправами ты малясь перебрал.
Эрнест затянулся. Посмаковал дым и через пару секунд сообщил:
— Не так давно я видел его. На приёме в оккулатории.
— Высоко летаешь, шеф, — уважительно присвистнул безопасник. — И как, подсветил прожектором, что папаша Стеф курит поддельные сигары?
— Вообще нет, — хмыкнул А.Н. Он уже несколько раз прокрутил немногочисленные разговоры с Кюсте — и не нашёл в них ничего особенного. Ну, кроме лёгкой иронии по поводу судьбы Ганса-Ове Нахта. - Так, слегка потроллил на известную только одним нам с ним тему.
— Видимо, ему этого оказалось достаточно.
— А давно его начало корежить?
— Да нет, месяц... может два как. Вот что тебе скажу. Сейчас я не смогу ничего сделать по твоему вопросу — Тиммерман рвёт и мечет от того, что народ разбегается. Ищет, скотина голландская, на ком бы отыграться. Да и допуск у меня, сам понимаешь, не такой высокий, чтобы рыться в базе данных. Но! Если наш чёрный властелин Марв вернётся с вахты — во время очередной корпоративной пьянки попытаюсь ввернуть тему и посмотрю на реакцию присутствующих. Кто-то что-то проболтает.