Кандидат. Том первый (СИ)

Несмотря на вполне искренние заверения А.Н., Шостак может быть с равной долей вероятности убит и Организацией, и «хозяевами». И ещё кое-кем. Возможно - не своими руками. Наёмных работников слишком много. А Меценат был слишком токсичной фигурой на игровой доске Города. Впрочем, именно Зербе было на это плевать. Его всё ещё беспокоило, с какой лёгкостью снайпер в очередной раз оказался в нужном месте в нужный момент.
— Наблюдаете за вечным, каэл Антон? — раздался гулкий голос откуда-то сзади. «Тёмный» не вздрогнул. Слишком давно и слишком часто слушал этот и подобные ему трубные гласы.
— Лишь думаю, какими безрассудными бывают некоторые из моих сородичей, — негромко ответил повелитель «тёмных».
— Все вы безрассудны.
Зербе склонил голову. Помолчал.
— Повелитель, ваши стражи изложат свою точку зрения на произошедшее?
— Не думаю, — ровно ответил «хозяин».
Зербе поморщился.
— А вы?
«Хозяин» медленно повернул скрытую тяжёлой маской голову, шурша тканью плаща. Склонил её слегка набок. Лорд Нокс усилием воли заставил себя дышать, ощущая шкурой ледяной взгляд нелюди.
— Повторяю ранее высказанное братьями восхищение вашей настойчивостью.
— Благодарю.
— Мнение вашего собеседника лаконично. Стефан Фридрих Кюсте двигается, как буйный бык перед оскоплением. Продолжит двигаться — и лишится не только детородных органов.
Не прощаясь, «хозяин» развернулся. Зашуршал одеждами и двинулся прочь. Оставив Зербе, отдающего приказ о добавлении в вещдоки недокуренной сигары, наедине с отвратительным предчувствием.
Ведь ранее именно такие слова он слышал о личности торговца и мецената Тимона Шостака.
Место: Пустоши
Локация: «Логово».
Время: Вторник, 15:13.
Радим бывал в этой комнате нечасто. Восьмая переговорная, может, не настолько почётная как Первый Зал или Вторая переговорная, но он был птицей более глубинного полёта. Аналитик просто не привык сидеть в компании десятка кураторов, иппи и специалистов по стратегическому планированию. Пусть даже они обсуждали ведомый им проект.
Новый набор кандидатов.
На скромный взгляд аналитика, всё шло куда лучше обычного. Процент провалов — ниже среднего. Попыток обратиться на чужую сторону — практически нет. Точнее, нет тех попыток, которые реально могли навредить Организации. Но волкам, собравшимся в этом зале, было плевать на такие детали. Они почувствовали аромат капельницы со свежей кровью и желали удостовериться в качестве жидкости.
То есть — тех самых кандидатов.
— А я продолжаю настаивать, что ваши кандидаты — сущее дерьмо! — вскочил невысокий, невероятно толстый, но очень громкий для куратора Пол Бирер. Его гигантский второй подбородок трясся от каждого слова. — Просто подумайте, они вместо дедуктивного применяют кулачный метод! И удивляются, когда достигают не тех целей!
— А когда-то было иначе? — пробасил Чёрный Пит. Поднял закованный в кожу палец. Отпил стаута и продолжил: — Месье Бальзамировщик, уж вам-то не знать, что даже самые способные детективы не сразу перестраиваются на наши рельсы. Чего уж говорить о некоторых...
— Каллоуэй на задании, — огрызнулся Бирер, а его тонкие усики подпрыгули.
— О, не спорю, — блеснул глазами Пит. — Ни в коем случае не намекал на него.
— Я бы загнал их всех по участкам. Детективами, — мечтательно проговорила Длинноногая Бритта. Из-за эффектной внешности некогда её продинамили последовательно три СБ. И одна гильдия убийц. Многие из принимавших решение потом кормили джосеров.
— А это решит проблему психической нестабильности двух третей кандидатов? — негромко, но очень гулко спросил коммандер Баттл. Зал умолк.
— Ну, — Бальзамировщик Бирер оттянул тонкий галстук, — при сопутствующем уровне гипноправок...
— Пол, вы уверены, что можете говорить за всех кандидатов? — приподнял бровь Баттл. Монокль, как всегда, умудрился не выпасть из глазницы.
— За всех, — сварливо начал толстяк, — могла бы говорить Мари. Но её нет среди нас. Как всегда.
— Зато среди нас есть аналитик, — очень тихо произнёс голос в углу и выдохнул табачный дым. А поименованный аналитик вздрогнул. Почувствовав, как глаза переглядываются от чёртова Ника к нему.
 
Присутствующие замолчали. А Ник, пользуясь отвлечением внимания, затушил сигарету и достал из таушированного серебряного портсигара ещё одну. Прикурил (не проявив никакого видимого удовольствия) и приободрил аналитика:
— Ну же. Мари говорила, что вы знаете о наших мальчишках и девочках больше, чем даже наш Мастер.
Радим спокойно отпил воды. Он бывал в ситуациях и более неловких. Ну — или кажущихся более неловкими. Например, когда делал предложение жене. Или — когда битый час доказывал вербовщику Организации о неверности политического курса какой-то из контор прикрытия. Что ж, и в те разы он делал всё верно.
— Кандидаты двадцать восьмого набора нестабильны не из-за первоначального качества материала, — веско начал он, смотря в чугунные тюбинги.
— «Материала», — фыркнула Бритта. — Вы всегда считаете полевых игроков биоматериалом? — спросила иппи и осеклась. Радим умел выдерживать недовольство любого игрока в «Логове».
— Да. До тех пор, пока они не обкованы Организацией, — аналитик набрал воздуха и продолжил: — иначе они только мясо. Не инструмент, — он кивнул на Бальзамировщика, — и не игрок, — кивок Длинноногой. — Только набор инстинктов и бесполезных умений. Сейчас кандидаты проходят проверку, кем им быть дальше. Решением Мастера проверка жёстче обычной.
— Куда уж, — проворчал очень спокойный Финансист Джейк. Гипноправки дали свои плоды.
— Есть куда, — заверил Радим. — Мы давим сверху, снизу и по бокам. Кандидаты спиваются, задыхаются и совершают поступки, противоречащие их морали. Но справляются. В основном.
— В основном? — спросил кто-то.
— Отсев от пула кандидатов составляет семнадцать процентов, - спокойно ответил аналитик.
— Бывало и хуже.
— Бывало. При кризисах, войнах и раздергивании кандидатов в действующую агентуру.
— То есть, — пока ситуация не критичная? — спросил Пит, доливая пиво.
— Нет, но очень близкая к таковой.
Собравшиеся помолчали.
— Надо бы ослабить удавку, — неуверенно начала Длинноногая. Бирер яростно замахал руками.
— Чтобы они пошли в Бесильню? Осваивать низы человеческого и гостевого общества на своей шкуре?
Поднялся гвалт. Радиму оставалось хлопать глазами, пить воду и пытаться наблюдать. Во всём зале спокойными оставались человек пять. Ещё не оправившийся от всех вмешательств Джейк, парящий что-то вишнёвое Баттл, Ник. Два сидящих в тенях куратора. Кто-то из них сейчас вставит негромкое слово, и все заткнутся, почувствовал аналитик.
— Господа, — обронил Баттл. Все замолчали. — Вы помните про ситуацию «Омела»?
— Какую из? — уркнул Бирер, с громким чавканьем ткани упавший обратно на кресло.
— Текущую! — рявкнул Баттл, и начавшиеся было смешки погасли.
— Помним, — неохотно произнёс Пит, и поднялась волна ворчливого подтверждения.
— Ситуация непростая. Но не худшая из тех, с которыми мы сталкивались.
— Принято решение использовать кандидатов? — негромко спросил Радим. Он прекрасно знал о ситуации «Омела» и не мог поверить, что собравшиеся готовы вкинуть в неё батальон едва оперившихся кандидатов.
— А что, — хмыкнул Ник. — Это мысль.
— Но они обложены с трёх сторон, — напомнил аналитик.
— Точно! — хлопнул по столу вновь вскочивший Бальзамировщик. На его мертвенно-бледном лице пробежала явная радость. Прижмём с четырёх сторон и откроем дырку в сторону чёртовых омел! Выжмем максимум возможного!
— В конце концов, по статистике не так уж всё плохо, — рассудительно хмыкнул Пит, утирая усы от густой пены.
— Чем прижимать будем? — деловито осведомилась Бритта.
— Да вами, — хмыкнул Баттл, затягиваясь электронной сигаретой. — Выдадим каждому из собравшихся иппи по одному кандидату. Он их будет попинывать.