Шанс на семейное счастье (СИ)

— хочу — и впервые она подарила мне свою обворожительную улыбку, а у меня вырвался вздох облегчение.
— что будем читать?
— хочу сказку, давай Гарри Поттера.
— будет тебе Гарри Поттер. Тебе как на английском или в переводе?
— в первом переводе, как в детстве — и снова эта очароваельная улыбка от которой я схожу с ума.
Все оставшееся время до операции Лиза много улыбалась, общалась с моей мамой и Мишкой по телефону, она быстро уставала, но все же больше не замыкалась в себе. Я ей по-прежнему читал, иногда мы просто слушали музыку. А накануне операции она попросила привезти Мишутку. Я решил оставить их наедине, а сам на эти пару часов уехал в офис. Там были даже удивлены увидев меня, конечно столько времени здесь не появлялся. Я сразу пошел в кабинет Егора и попросил, чтобы через полчаса подошел мой зам.
— привет дружище — встретил меня Егор — как Лиза?
— завтра будет операция, после нее станет известно, сможет ли восстановиться, или она останется навсегда парализованная. Я привез парочку врачей с Германии, да и хирург который оперировал в первый раз очень хороший, благодаря ему и есть надежда. Как продвигается расследование с нападением.
— есть кое-какой след. Но я пока не буду говорить, потому что много всяких но и я не уверен до конца что прав.
— я тебя понял, надеюсь скоро сможешь все выяснить.
Потом пришел Николай Юрьевич и мы стали обсуждать рабочие моменты. Японцы все-таки подписали с нами контракт и благодаря этому мы выходим на азиатский рынок. Я решил отправить зама в командировку, сначала в Японию для налаживания связей и с другими компаниями, а потом в Корею.
— кстати, я нашел нужный компромат на Власова и его сына, так что если дашь добро я с ними побеседую и думаю парня переведут в другой лицей.
— хорошо, в этом вопросе тебе карт-бланш. А что с родителями Лизы?
— самый удачный способ его проучить, разорить охранную фирму, он ей больше всего дорожит, он кстати в прошлом месяце летал в Варшаву к своему сыну от первого брака. И это странно, у них редко случаются встречи.
— значит будем разорять фирму, найдешь у него человека, готового стать кротом?
— без проблем. Я тут еще выясняю про инвестиционную компанию, чтобы сделать полный крах. Останутся только акции, хотя он ими никогда не дорожил. Поэтому мы можем вынудить его их продать, а потом уже обрушить фирмы которыми он занимается. Сначала инвестиционную, потом охранную, как вишенку на торте.
— а это хорошая идея, пусть почувствует как было Лизе оказаться на улице.
— надо найти человека, готового купить акции и не связанного с нашей фирмой, чтобы подозрений не было.
— Фил.
— а ты прав, я думаю он согласится.
Потом я вернулся в больницу, забрал сына, мы немного прогулялись в соседнем парке и я посадил его в машину охраны, чтобы те отвезли его домой. А сам вернулся в палату, по пути я купил букет из 35 пионов цвета пыльной розы. Вернулся Лизонька спала, я поставил букет на тумбочку, чтобы проснувшись она их заметила, а сам опять сел в кресло с ноутом за работу. Через несколько часов Лизавета проснулась, я даже не заметил этого, очнулся от работы когда услышал робкое «спасибо», я сразу отставил ноут и сел к ней, поцеловав в уголок губ.
— не за что, любимая моя. Хотел немного порадовать перед завтрашним днем.
— Тим, ты так много делаешь для меня.
— поверь, я готов делать еще больше. Я хочу весь мир перевернуть ради твоих улыбок.
— ты завтра меня дождешься?
— да, я буду как всегда рядом, когда ты вернешься в сознание я буду с тобой.
— я рада, и пожалуйста, начни стройку нашего дома. Мне понравился наш последний план. И наверное это даже лучше, что он будет одноэтажный, мне будет проще.
— нам точно хватит пяти спален? Может всё-таки двух этажный и еще добавить спальни?
Лиза искренне рассмеялась.
— Тимош, нам и пяти спален много.
— ничего не много — пробубнил я в ответ — одна наша, одна гостевая и остается три детских. Этого мало. Я кстати договорился и перекупил соседний участок, прилегающий к нам. Так что мы их объединим и получится просторно, можно будет устроить фруктовый сад, чтобы у наших детишек были только самые свежие витамины.
 
— Ох, Тимош — вздохнула Лиза и заглянула мне в глаза, где плескалось столько нежности и любви
— Лизонька, я тебя люблю, все-таки одного этажа мало будет, хочу детей пять как минимум
— если только сам рожать будешь их — рассмеялась Лиза в ответ — а еще токсикоз, мммм, сразу видно ты ни разу не общался с беременной женщиной.
— ну нет — замялся я — но все говорят, что это радость и наслаждение.
— ну это так, но все же иногда, когда от любого запаха ты бежишь в туалет. А в конце беременности оттекшие ноги не влезают в единственные зимние сапоги, хочется поскорее уже родить. А когда рожала единственная мысль была, почему это не заканчивается.
— ну теперь у тебя будет много обуви, от запахов я постараюсь ограничить тебя. А рожать, я буду рядом и поддерживать тебя.
— ну вот после всего этого и поговорим о пятерых детишек.
Ночью я лег к ней и обнимал, нежно перебирая ее белоснежные мягкие волосы. Лизонька уснула с блаженной улыбкой на устах, а я не смог уснуть. Утром встал перед самым приходом медсестер, Лизавету подготовили к операции и увезли в операционную, а я как верный пес мерил шагами коридор под дверью. Операция заняла много часов, я за это время успел надумать много всего, но старался думать о хорошем, у на будет этот шанс на семейное счастье, я в это верю.
Когда вышел хирург, и сказал что операция прошла успешно, теперь осталось пройти период реабилитации, который может занять до года времени, но скорее всего она полностью восстановится и не будет следов парализации.
Врач из Германии, порекомендовал нескольких массажистов, один из них был из Санкт-Петербурга, поэтому и остановил выбор на нем. Лизавете предстояло две недели провести в больнице под наблюдением, а потом я мог ее забрать домой, при условии квалифицированной сиделки.
На следующий день после операции, когда Лизонька окончательно очнулась после наркоза, к ней приехал сын и моя мама. Мы сначала посидели все вместе, а потом мы с мамой ушли оставив ее с Мишкой наедине, я ведь знаю что они скучают друг без друга.
— Тимош, ты плохо выглядишь, весь исхудал — сказала мама, когда мы были уже в кафе
— я не мог нормально питаться, да и нервов истратил столько сколько не тратил за всю свою жизнь.
— я знаю, сын, это для всех нас был тяжелый период. Лиза нам стала как дочь. Но ты мужчина, и должен думать в первую очередь о жене и сыне, поэтому приводи себя в порядок, ты должен быть опорой для них.
— спасибо, мам, за все спасибо. И то что с Мишкой сейчас.
— для того и нужны родители чтобы помогать и поддерживать. А внук для нас не забота, а самая большая радость.
Когда вернулись в палату Лиза счастливо улыбалась, сын тоже был расслаблен.
— я хотела предложить, чтобы вы все-таки поехали в круиз с Мишуткой. Я уже иду на поправку, а вам надо отдохнуть.
— как скажешь, дорогая — сказала мама — я тогда займусь сегодня же путевками, а потом как и планировали остановимся в Италии, мой умный внук попрактикует итальянский.
— прекрасно — улыбнулась Лиза
Когда Миша и мама уехали, Лиза повернула ко мне голову и попросила.
— Тим, полежи со мной рядом, пожалуйста. Хочу чувствовать твои прикосновения к себе
— любимая, эта просьба мне сейчас просто снесла башню.
Я прилег рядом со своей девочкой, аккуратно обняв и переплетая пальцы наших рук, а второй рукой взял телефон и начал читать книгу в слух. Это было настоящее блаженство, вот просто так находиться рядом с ней. Просто любить ее.
— Тим — спустя какое-то время прервала меня Лиза
— да, моя Сказка?
— я тебя люблю и доверяю тебе. — сказала она заливаясь румянцем, глядя мне в глаза.
И мои стоп-краны сорвало. Я накинулся на ее губы с жадным поцелуем, я хотел чувствовать эти слова, хотел чувствовать ее. Лиза в ответ начала постанывать мне в губы, черт, какая же она соблазнительная. Мне хотелось показать ей, как я ее люблю. Ласковыми прикосновениями рук я оглаживал изгибы ее фигуры, уделяя особое внимание эрогенным зонам, нежными поцелуями покрывал каждый миллиметр ее бархатной кожи. Я вознес ее поцелуями до звезд, показал насколько нежно ее люблю и что она для меня важна, да для моей выдержки это было настоящее испытание, но глядя на светящиеся от счастья глаза это все сглаживало.