Бранна (СИ)

— Как? — спросил он. — Они все еще говорят, что не будут позировать обнаженными для обложки ее книги?
Мои губы дрогнули.
— Она шутила над ними по этому поводу.
— Тогда что они делают? — спросил он, прежде чем быстро сказать: — А-а, детка. Нет. Папа разговаривает по телефону; ты не можешь играть с этим. Нет. А-а-а. Джорджи. Никаких ударов, детка. Я сказал «нет»!
Из трубки телефона донесся громкий крик, и я вздрогнула.
— Дэмиен! — позвал Доминик. — Возьми ее на секунду; из-за нее я не слышу, что говорит Бранна.
Я услышала голос Дэмиена, пока он ворковал и говорил с Джорджи мягким тоном; его голос и крики моей племянницы стихли, и я услышала глубокий вздох Доминика.
— Отлучение от груди вызывает у меня головную боль, и это только начало.
Я рассмеялась.
— Представь, что чувствует Брона.
— Кстати о моей будущей жене, что они с Аланной сделали, чтобы довести Килу до белого каления?
Итак, начнем.
— Ты хочешь, чтобы я сказала прямо или немного смягчила?
— Как будто тебе нужно спрашивать, — фыркнул он. — Прямо, всегда, каждый раз, детка.
Ты сам напросился.
— Они напились в пабе «Кроу», — выпалила я. — Кила не многое может сделать, чтобы сдержать их, когда они таким образом вместе. Задействовано караоке и алкоголь, а это значит...
— Задействованы ужасные танцы и стриптиз, — закончил Доминик.
— В значительной степени.
— Я буду там через пятнадцать минут, — сердито заявил он, а затем крикнул: — Дэйм, ты не поверишь в это дерьмо. Подготовь ребенка. Мы уходим. Сейчас.
Я отняла телефон от уха и посмотрела на экран, когда молчание затянулось, указывая на то, что Доминик повесил трубку. Он показался сердитым, и я не винила его. Пьяная Брона была... сумасшедшей. Безумнее, чем трезвая Брона, что кое о чем говорит.
Покачав головой, я вышла из дома сестры и села в машину. Я выехала из сада и направилась в сторону паба «Кроу». Мне нужно было добраться туда раньше Доминика и Дэмиена, чтобы стать баррикадой для защиты Броны. Доминик никогда бы не причинил ей вреда, но он даст ей право высказаться, а даже это может быть слишком для публики.
Десять минут спустя, когда я подъехала к пабу и припарковалась, зазвонил мой телефон. Я порылась в сумке, чтобы достать его, и когда увидела, что звонит мой муж, вздрогнула, осознав, что забыла позвонить ему и сообщить, что со мной все в порядке.
— Привет, — сказала я, прерывисто вздохнув, когда ответила. — Извини, я не позвонила. У меня...
— Большие проблемы, — перебил меня Райдер. — Я все знаю. Доминик только что привез Джорджи ко мне и сказал, куда они с Дэймом направляются и почему. Предупреждаю, он взбешен. По-настоящему зол. Дэмиен тоже не лучше. Ты же знаешь, каким он становится, когда речь заходит об Аланне.
Дерьмо.
— Блестяще, — проворчала я, выбираясь из машины и запирая ее. — Я приеду, когда все здесь улажу.
— Удачи, — рассмеялся Райдер.
Я повесила трубку, покачала головой и вошла в паб. Найти сестру и подругу оказалось нетрудно. На самом деле, вполне возможно, это самая легкая задача, когда-либо выпадавшая на мою долю. На тесной сцене в углу паба две девушки танцевали под какую-то ужасную музыку без слов и ужасно громкие звуки сирены.
Я заметила Килу, сидящую за стойкой бара, наблюдающую за девушками и покачивающую головой. Я подошла к ней и заняла свободный стул рядом, привлекая ее внимание. Она наклонилась и обняла меня в знак приветствия.
— Бармен сказал мне, что они здесь всего около сорока минут, — сказала она, возвращаясь на свое место. — Но уже обе в стельку.
— Би не пила целую вечность, будучи беременной и кормящей грудью, — прокомментировала я, — а Лана почти никогда не расслабляется... Они идеальные легковесы.
Кила фыркнула.
— Ты мне это говоришь.
— Би уверена, что Джорджи отлучилась от груди, поэтому пьет. Лана пьяна, скорее всего, потому что ей приходится иметь дело с тайным романом ее отца и с тем, что Дэмиен дома, хотя она и не признается, что испытывала какие-либо чувства по поводу его возвращения.
 
— Это именно то, о чем я думаю. Они думают, что им весело, но в глубине души они знают. Прямо сейчас пьянство — это порок.
— Это может закончиться плачевно. — Я вздохнула.
— Или смешно, — размышляла Кила. — Я понимаю, почему они пьют, но когда они пьют, это довольно забавно для всех, кто находится рядом.
Я вспомнила, как они в последний раз напились вместе, и кончики моих губ изогнулись вверх.
— Думаю, мы это узнаем.
Я повернулась и заказала воду со льдом, когда заиграла знакомая музыка и запели знакомые голоса.
О Боже.
Я посмотрела на Килу, которая, как и я, сидела лицом к стойке. Мы развернулись, но Кила держала глаза закрытыми, и это заставило меня рассмеяться.
— Они... поют в караоке? — спросила она. — Правда поют это? Не просто бормочат под нос?
Я кивнула, когда она открыла глаза и вздрогнула, когда мои пьяные сестра и подруга запели на маленькой сцене в углу паба. Несмотря на то, что заведение было небольшим, они вдвоем все равно привлекали аудиторию.
— «Мое тело приводит ко мне парней, их любовь лучше твоей…» (песня Kelis — «Milkshake» — сленг, женское тело и то как она его преподносит).
— Это плохо, — сказала Кила, затем прикрыла рот, когда Аланна начала танцевать тверк.
Я широко раскрыла глаза.
— Почему она превращается в Бейонсе, когда пьяна, но тихая, как мышь, когда трезвая?
— Может быть, это настоящая Лана, и мы знаем только ее прикрытие?
Я покачала головой.
— Я склонна верить тебе, потому что... черт. Раньше у нее не получалось, но она явно практиковалась. Я имею в виду, как она заставляет свою задницу так двигаться?
— Не смотри на меня; я не смогу станцевать тверк, даже чтобы спасти свою жизнь, — ответила Кила. — Единственное, что у меня трясется — это живот.
— То же самое, детка, — рассмеялась я. — То же самое.
Брона и Аланна перепутали текст песни, что привлекло наше внимание. Затем моя сестра вздохнула в микрофон. Посмотрев вниз на свою грудь, она обратилась к Аланне:
— Мои сиськи бесполезны и бо-больше не имеют смысла.
Их голоса разнеслись по залу, вызывая улюлюканье и одобрительные возгласы.
Аланна рассмеялась.
— Твой папочка не-не согласился бы.
Брона посмотрела на нее, потом они обе засмеялись и заплакали, что заставило меня только покачать головой.
— Они жалкие.
— Думаю, они обе уморительны. — Кила усмехнулась. — Нам никогда не доводилось видеть их такими.
Через несколько секунд обе девушки оказались на полу сцены после того, как начали смеяться, и у меня слегка разболелась голова от одной только мысли, как я буду засовывать их в свою машину.
— Нам нужно большое подкрепление, — призналась я. — Не думаю, что мы сможем справиться с ними сами, а Дэйм и Доминик не торопятся.
Кила поморщилась.
— Хочешь позвонить Кейну и Алеку?
Я кивнула.
— Эйдин с Джаксом и на позднем сроке беременности, чтобы оказать какую-либо реальную помощь. Райдер с Джорджи, так что он тоже не сможет помочь.
Кила прикусила нижнюю губу, затем быстро сказала:
— Я не буду им звонить.
— Твою мать! — я застонала.
Я достала телефон и набрала номер Кейна.
— Привет, Бранна, — сказал он после третьего гудка.
— Привет, Кейн, ты занят?
— Я прибираюсь, пока Эйдин и Джакс дремлют.
Оу.
— Ты очарователен.
Он хмыкнул в ответ.
— Суперочарователен.
— Женщина, — прорычал он.
— Кто-то рассержен.
— Прости. — Кейн вздохнул. — Это из-за Эйдин. Я попросил ее сделать кое-что, а она сделала полную противоположность тому, чего я хотел, и убила мой стояк.
— Как она посмела.
— И не говори!
Я покачала головой, улыбаясь.
— Что она сделала? — поинтересовалась я.
— Я попросил ее прислать мне фотографию того, что, по ее мнению, могло бы меня возбудить, и знаешь, что она мне прислала?